Богдан Ричи – Почти смертник II (страница 14)
В два прыжка подскочил к нему, выхватил Ами и врезал по носу. Так и не понял, нарочно я лезвие плоской стороной повернул, или случайно вышло…
– Да как ты посмел?! – завизжал человек, зажимая нос рукой.
– Хо! Так, ему, фазану графскому! – закричали из толпы.
– Легко, – сказал я и снова врезал. – Вот так.
Теперь уже точно нарочно плоской стороной.
Попал по рукам.
– Мелкий невоспитанный прыщ! Бросаешь вызов Лихорию?! Лихорий ответит на него!
Он отскочил в сторону. Его конь, надо отдать ему должное, совершенно невозмутимо на нас покосился и отошёл подальше. В руке Лихория появился клинок с очень узким, но острым лезвием.
Такой же, как на гербе.
– Клянусь Татиком, ты накормишь кровью мою рапиру, – сказал Лихорий.
– Ему мало, парень. Врежь ещё! – кричали люди по ту сторону забора.
– Врезать Лихорию?! Этот прыщ напал исподтишка. Примитивно и низко. Теперь, когда я готов, у него нет шансов.
Нет шансов, говоришь? Это мы посмотрим.
Жар в груди требовал действовать.
Шаг вперёд.
– Знаете ли вы всё, что Лихорий из дома Хорновых? Да, вы не ослышались. Знаменитый дом Хорновых… Не будь вы все примитивными лизоблюдами, узнали бы герб дома на моей груди, – он выпятил грудь, демонстрируя герб толпе. На меня он совершенно не смотрел. – И надо ли упоминать, что я с детства держу рапиру в руках и ежедневно фехтую… Дважды в день. Иногда даже трижды!
Хватит. Достал!
Бросился вперёд.
И чуть не поплатился.
Призрак Лихория ушёл в сторону и нанёс резкий колющий удар. Двигался он так быстро, что еле заметил.
В сторону!
Вскрикнула какая-то девушка. Но я ушёл от удара.
Лихорий стоял напротив и улыбался.
Мразь!
– Вы какого кактуса тут устроили?! – от центра к нам хромал здоровенный бородатый мужик в рогатом шлеме вместо головного убора.
Люди за забором разочарованно загудели.
Хромал мужик, потому что вместо одной из ног у него торчал деревянный штырь.
– Позже всё решим, прыщ примитивный, – сказал Лихорий и обернулся к шагающему. – Распорядитель Григорий, я полагаю?
Теперь ты точно мой!
Бросился вперёд, намереваясь воткнуть Ами промеж лопаток.
Но отлетел в сторону и врезался в забор, спугнув людей, которые на него облокачивались.
Снова вскрикнула девушка.
– Я спросил, какого кактуса вы тут устроили?!
–
Одноногий стоял там, где раньше был я.
Действительно, как? Даже на двух ногах люди так быстро не перемещаются… И не врезаются в других людей, отшвыривая их прочь…
– Ничего, что не могли бы решить сами, – сказал Лихорий. – Примитивный…
– Здесь нет примитивных! – заорал одноногий. – Каждый, кто вошёл на мою арену – воин! И драться он может по моей команде и никак иначе! Увижу ещё раз – выгоню! Обоих! Ясно выражаюсь?!
–
– Предельно, ясно, – сказал Лихорий, скуксившись, словно, съел кислого.
Одноногий повернулся ко мне.
– Я не слышу твоего ответа, воин!
– Понятно мне всё, – сказал я, поднимаясь на ноги.
Одноногий посмотрел на меня и нахмурил брови, которые почти полностью спрятали глаза.
– Тогда жду, для регистрации! – бросил он и похромал прочь.
– Сойдёмся позже, прыщ, – едва слышно сказал Лихорий и пошёл к своему коню.
А я пошёл следом за Григорием, пытаясь утихомирить бушующий внутри пожар.
Хорошо хоть про глаза никто ничего не сказал. Наверняка же сейчас свечу ими, словно лампочками древних…
Григорий хромал к громоздкой деревянной конструкции, возвышавшейся с другой стороны арены.
Арена… Читал я в сорок шестой саге про арену далеко на востоке… И эта ничуть не походила на ту, что описывалась в Книге. Там поле для битвы устроили на дне исполинской воронки, каменные стены которой небольшими террасами убегали вверх на высоту в сотню человеческих ростов. Одинокие крики эхо превращало в гул, а единый восторг толпы, становился рокотом, от которого дрожал пол. Мне тяжело было представлять подобные масштабы…
Зато местные… Легко. Земляная площадь овальной формы, утоптанная до твёрдости каменных пород. Ряд смежных бревенчатых построек с одной стороны, и деревянный забор по пояс с другой. Навес с кучей лавок под ним, стоявший у построек. Люди, на этих лавках. Сооружение с башней в два меня высотой и двумя трибунами по обе стороны от неё.
Всё.
А нет, ещё поединщики в центре площади.
Их, кстати, осталось всего двое. Оба странные. У одного к рукам и ногам, поверх одежды крепились металлические стержни, сходившиеся на спине в контейнер размером с мой рюкзак. Второй… Второй лысеющий, загорелый босоногий старик в лохмотьях.
Стояли они на расстоянии пяти шагов друг от друга, но человек со стержнями замахнулся и нанёс удар. Казалось бы, глупо, но нет… Стержень на руке удлинился, посылая металлический кулак, которым заканчивался, в сторону старика. Но тот легко подпрыгнул на высоту своего роста, перекувыркнулся в воздухе, сократил дистанцию и ударил в ответ. Ладонью. Второй механический стержень отделился от руки и перехватил удар.
– Всё, хватит, на кактус вас посади, – прервал бойцов Григорий. – Убедили. Беру обоих. Шагайте к остальным.
Поединщики улыбнулись и пошли в тень навеса с лавочками, где сидело человек тридцать. Понятно… Будущие соперники.
Григорий шагал прямо, направляясь к башне на противоположном конце «овала», а я присмотрелся к людям.
Странные. Все.
Некто с ног до головы закованный в металлические доспехи, покрытые синими символами… Девушка с очень длинными волосами…
Мой взгляд пересёкся с другим. Человек в форме солдата Альфы смотрел, не отрываясь.
И чего ему надо… Форму знакомую увидел?
Или понял, что я гный?
Даже если и понял, открыто не нападёт, так что плевать на него.
Приблизившись к башне, увидел, что на вершине под навесом стоят несколько мягких кресел.