Богдан Ричи – Осколок Титана (страница 12)
По мере того как Уррук говорил его голос всё больше и больше срывался на писк.
Пшики снова синхронно кивнули, и ящеролиток нервно хихикнул.
Для меня картинка тоже слегка прояснилась… По всему выходило, что пшики нашли саркофаг на местной свалке, а по шансам это примерно, как найти слиток золота в булке хлеба… Потом пшики пришли к развитым сугулам, которые жили в чём-то вроде столицы местной сферы (что такое сфера я пока не понял) и украли там дорогие технологии. Причём не какие попало, а только нужные, чтобы никого не разозлить, как выразился Яч. С червями, правда, вышла накладка, пшики запутались в приказах и прихватили двоих.
Дальше, не представляя, как пользоваться устройством разрывателя, они натыкали кучу кнопок и перенеслись в мой мир, где, собственно, меня и встретили.
Затем, не имея ни малейшего понятия, как вживляются черви, пшики просто затолкали одного мне в ухо, и это сработало. Ну и в завершение всего, они перелили кровь титана, используя для этого оборудование, которое предназначалось для чего-то совершенно другого.
– Но так не бывает! – возмутился ящеролиток. – Это просто категорически невозможно! Это всё шутка… Это чья-то дурацкая шутка…
Он снова нервно хихикнул.
А я думал, что мне крупно повезло остаться в живых, после всех экспериментов… Как и пшикам, что у них вообще что-то получилось. Или же… Всё не так просто, как могло показаться на первый взгляд и дело вовсе не в везении.
– У нас остался саркофаг… – пробормотал Яч.
Но Уррук проигнорировал… он заметил на столе блюдце, поднял его, вытянул свои ящерские губы в трубочку и с шумом отхлебнул зелёной дряни. Судя по тому, как пшики сглотнули слюну, эта дрянь была очень вкусной…
Оба глаза ящеролитка всё это время не отрывались от меня.
– Но, если предположить, что это правда… – пробормотал он, после чего снова отхлебнул и расплылся в улыбке. – Какая у тебя боевая форма? Я могу тебя продать…
– Только попробуй, – оборвал я. – Не уверен, что подниму твою тушу, но вытолкать в окно смогу точно.
Ящеролиток прижал глаза близко к голове, выражая таким образом недовольство.
– Послушай, обезь… человек… Как там тебя зовут?
– Он сказал, что его зовут Отбитый, – вмешался Яч.
– Отбитый? Странное имя для человека.
– Вообще-то, меня зовут Михаил.
– Послушай меня внимательно, Отбитый, – продолжил ящеролиток. – Здесь не твой мир, где вы все такие вольные и независимые… Здесь у человека должен быть хозяин. Как у Рене, – Уррук коснулся лапой руки девушки, от чего та вздрогнула, но не подняла глаз. – Я её хозяин. Я оберегаю её от всех напастей, даю кров и пищу… Так ведь, обезь… Так ведь, Рене?
Девушка энергично кивнула, не поднимая взгляда от пола.
– Взамен она немного помогает мне по хозяйству… Разве это не выгодный обмен?
– Нет, – искренне сказал я. – Я сам могу обеспечить себе безопасность, кров и пищу. И здесь я как раз за этим. Мне нужен бой.
– Вот я об этом и говорю, Отбитый… Участвовать в Малых Играх можно только от кого-то… Если у тебя нет хозяина, я не могу тебя допустить. Вот и предлагаю… Мы найдём тебе хозяина, и он заявит тебя на игры.
– МЫ! – заорал внезапно Яч. – Мы заявляем его на игры!
Ящеролиток постучал глазками себе по голове и проигнорировал крик пшика.
– Когда придут охотники, они продадут тебя на рынке… Ты знаешь, кто тебя там купит? Вдруг гооры или дуджабы? Я же могу продать тебя тем, кого ты выберешь сам… Понимаешь выгоду?
– Нет, – сознался я. – То есть, да, твою выгоду я понимаю. А вот моей выгоды в этом нет. Я не планирую обзаводиться хозяином. Никаким.
Пока говорил, смотрел за реакцией Рене и заметил, как девушка вздрогнула от моих слов.
– Но так не бывает… – пробормотал Уррук.
– Значит, скоро будет. А сейчас запиши меня на Игры от них.
– Да, от нас! – подтвердил Яч. – Это наш человек и мы его хозяева!
– От них?! – возмутился ящеролиток. – Ты идиот?! Эти тупоголовые тупни украли заряженный разрыватель! За ними тоже скоро охотники явятся…
Ящеролиток замолчал. Потому что я показательно хрустнул кулаками.
– Пойми, я же тебе добра желаю, – пояснил Уррук. – Как родитель, который заботится о будущем неразумного ребёнка… Мне не безразлична твоя судьба, Отбитый. Только я могу тебе сейчас помочь…
– Завязывай с этим, – сказал я. – И записывая меня на Малые Игры от пшиков.
– Ты меня совсем не слушаешь, Отбитый, – заботливо продолжал Уррук. – Ты не сможешь выступать от них, потому что придут охотники и лишат их всего, вплоть до жизни. Тогда тебя продадут на рынке… А ты можешь знать, кому тебя продадут? Нет. Вот я и…
– Блин, ты меня не слышал?! Я сказал, завязывай с этим. Нечего мне в уши бананы вкручивать.
Рене вздрогнула, а Уррук засопел и застучал глазками себе по голове.
– Яча, что такое бананы? – шёпотом спросил Яч.
– Это что-то вроде украшений, дорогой, – также шёпотом ответила Яча. – На лапшу похоже.
– А что такое лапша?
– Что-то вроде украшений, дорогой, на бананы похоже.
– А-а-а… Но у него нет на ушах украшений…
– Да, я заметила, дорогой.
– Хорошо, – выдал наконец Уррук. – Давай так… Я запишу тебя на Игры от мусорщиков… Взамен они подпишут договор о твоей продаже, который будет находиться у меня, на случай прибытия охотников…
– Нет, – сказал я. – Никаких договоров. Ты просто запишешь меня на Игры.
– Но…
– Нет! – повторил я.
Глазки Уррука прижались к голове, и он зашипел. Несколько раз он открывал рот, чтобы что-то сказать, но каждый раз молчал. Мне показалось, что он сдерживает направленные на меня ругательства.
– Запишу на черновике, – прошипел в итоге ящеролиток. – Чтобы вычеркнуть, когда тебя заберут.
Уррук начал рыться в бумагах на столе и вытащил из стопки пожелтевший листочек, исписанный непонятными символами.
– Вот и отлично, – сказал я. – Какие условия? Платят за бой или за победу? И сколько платят?
Ящеролиток замер. Морда его оставалась направленной к листку, а вот глазки поднялись на меня.
– Платят? – переспросил он. – Участие в турнире приносит честь и славу народу чемпиона! Ресурса в призах нет.
Тяжело вздохнув, я повернулся к пшикам. Те выглядели растерянными, но через секунду Яч отставил ножку в сторону и поднял руки вверх.
– О человек… Мы заключили сделку. Согласно ей, мы делим поровну количество ресурса, положенного за турнир. Получается ноль на два, итого ноль тебе, ноль нам…
Вот же мелкие пакостники… Оказывается, когда надо, они могут быть очень даже сообразительными.
Яч опустил руки, а я повернулся к ящеролитку.
– Ладно, плевать, всё равно записывай.
Надо же, в конце концов, с чего-то начинать… Покажу себя, перейду в другую лигу… Пшики что-то там говорили о зарплатах… Вот в этом направлении двигаться и буду.
Уррук перенаправил оба глаза на листок и зачиркал в нём чем-то очень похожим на карандаш, бубня себе под нос:
– Имя: Отбитый, класс: тент, боевая форма… – один из глаз снова повернулся ко мне. – Ты так и не описал мне свою боевую форму.
– Мне ещё не доводилось превращаться.
Произнесённые слова упали в комнате, придавленные грузом последовавшей за ними тишины.
– Ты хочешь сказать, что поверил мусорщикам на слово про текущую в тебе кровь Титана? Без превращений?!