Blizzard – Маг и его Тень. Рождение Мага (страница 49)

Воспрянувший духом школьник снова подполз к единорогу, не обращая внимания на то, что пачкает дорогую мантию влажной землей. Ноздри единорога раздулись, шея вытянулась, девочка придирчиво обнюхивала предложенное угощение. Гарри замер, боясь шевельнуться. Она вот-вот возьмет, еще чуть-чуть и коснется его ладони мягкими губами…

— Что делает этот ребенок?! — резкий голос заставил его вздрогнуть и повернуть голову к совещающимся кентаврам.

— Гарри, ты это чего? — из табуна вынырнул встревоженный Хагрид, за ним следовал кентавр, чья шерсть в свете факела переливалась огненно-рыжим.

— Это просто хлеб, сэр. Я хотел угостить ее, только и всего, — мальчик отщипнул кусочек и отправил в рот, желая показать, что у него и в мыслях не было травить чудесное создание. — Можно я дам ей немного?

Свет факела розово-золотыми бликами играл на шерсти единорога, кровь заблестела. Рыжий кентавр надменно протянул руку, в которую Гарри вложил оставшийся кусок хлеба, и раскрошил его между пальцами, затем величественно кивнул.

— Ты можешь предложить ей хлеба, Гарри Поттер.

Он радостно кинулся к лежащему на земле коричневому свертку, достал еще один бутерброд, теперь уже с сыром, и протянул единорогу. Левая рука дрожала и судорожно подергивалась, но хлеб все же не уронила. Впрочем, Гарри был настолько счастлив, когда волшебное создание наконец коснулось его, осторожно беря еду, что и не заметил, как рука, прежде такая чужая, внезапно послушалась его.

Скормив единорогу еще несколько кусков хлеба, мальчик решился и, затаив дыхание, осторожно погладил белоснежную голову. Шерстка оказалась густой, но мягкой, тонкой и шелковистой, очень приятной на ощупь. Расчесал пальцами длинную серебристую гриву, несмело коснулся изящного витого рога. С восхищением отметил, что на ощупь он намного теплее тех простых оленьих рогов, что показывал осенью Хагрид, и куда более гладкий. Создание тряхнуло головой, и на пальцы мальчика посыпались голубовато-серебряные искры. Он тихо ахнул от счастья и изумления.

— Ты понравился ей, Гарри Поттер, — к ним приблизился молодой кентавр, ранее варивший зелье. Он ласково улыбнулся, смотря на обернувшегося человечка с высоты своего немалого, как и у всех кентавров, роста, затем добавил: — Ты поможешь нам вылечить ее?

Гарри радостно кивнул. Конечно! Он с удовольствием сделает все, чтобы помочь белоснежной красавице. Кентавр согнул ноги и опустился на землю возле лежащего единорога, поставил перед Гарри котелок с готовым голубым зельем. Такое же покрывало изрезанный непонятной тварью бок животного. Наверное, им не хватило одной порции и пришлось варить еще. Может, надо помочь смазать ей раны? Но Флоренц протянул Гарри пузырек, принесенный Хагридом.

— Смешай их. Здесь, — он указал на котел, — наша магия, магия Леса, а здесь, — мальчик принял фиал из рук кентавра, — магия людей. Снадобье станет сильнее в несколько раз, если это сделает человек-волшебник, как и тот, кто варил это зелье.

Мальчик откупорил флакон и вылил содержимое в котел. Густая голубая жидкость мгновенно покрылась тонкой золотистой пленкой и сменила запах на чуть более резкий. Флоренц протянул ему тонкую березовую ветку. Крис никогда не упоминал, что можно мешать зелья чем-то кроме ложек, да и в учебниках об этом не говорилось. В основном использовались серебряные, о деревянных ложках Гарри тоже слышал. Но ветка с листьями? Он неуверенно взглянул на кентавра и получил в ответ ободряющий взгляд. И мальчик принялся размешивать зелье, пока пленка на нем не стала золотистой, а затем пропала. Тогда Флоренц жестом остановил его и зачерпнул мазь широкой ладонью.

Гарри принялся аккуратно накладывать снадобье на раны, затаив дыхание. Единорог внимательно наблюдала за ними большими темными глазами, ее горячее дыхание мальчик ощущал на ухе. Когда они закончили, щеки Гарри коснулись мягкие горячие губы, словно поцелуй в благодарность. Мальчик зарделся, получив первый в жизни поцелуй, пусть и не от человека, но кто еще может сказать, что когда-нибудь удостаивался такой чести? И снова потянулся к единорогу, принявшись ласково поглаживать изящную голову.

Но счастье было недолгим: через пятнадцать минут Хагрид, переговорив о чем-то с кентаврами, позвал мальчика с собой. Пришлось встать и неохотно последовать за ним. Как ни понравилось мальчику серебристо-белое чудо, а остаться с ним в лесу не представлялось возможным. Гарри тихо попрощался со всеми, пожав кентаврам руки и услышав еще несколько имен, которые постарался запомнить. Даже хмурый Бэйн благодарно улыбнулся ему, протягивая жилистую ладонь. Впрочем, поняв по сияющему лицу ребенка, что неосознанно выдал себя, постарался скрыть улыбку и торопливо отвернулся. В этот раз провожатого им не дали, видимо, Хагрид и без того прекрасно знал местность. Мальчик несколько раз оборачивался и всякий раз убеждался, что единорог не сводит с него внимательного взгляда. Ее белая, словно светящаяся фигура еще долго виднелась в лесном мраке, но потом и ее заслонили деревья.

* * *

На следующее утро вся школа только и говорила о том, как Гарри Поттер в наказание за ночную прогулку совершил еще одну, но на сей раз более длительную и плодотворную. Во время завтрака Рон убежденно рассказывал, что Гарри делал ночью в лесу. То, что он обращался к непосредственному объекту своих словоизлияний, Уизли нимало не смущало. Выяснилось, что он не только спас единорога, но и катался на нем. Еще он проехался на нескольких кентаврах, судя по сообщенному Роном количеству, на всем табуне, ибо больше в лесу просто не поместилось бы. И, конечно, видел в лесу Волдеморта, куда же без него. Разумеется, Мальчик-Который-Выжил опять победил самого сильного темного мага столетия, не особо об этом задумываясь.

Гарри, по опыту знавший, что разуверять Уизли в обратном — пустая трата времени, рассеянно кивал невпопад, не забывая при этом подкладывать в тарелку горячие тосты и ароматные полоски бекона. Сам Рон сплетни не сочинял, а если слышал, то верил далеко не всем, потому что безнадежным идиотом не был. Если эти слухи не касались его однокурсника. Тут уже не только Уизли, но и все окружающие готовы были поверить во что угодно. Мальчик думал, что если он вздумает похвастаться якобы убитым на каникулах драконом, а лучше парочкой таких огнедышащих ящеров, чьи шкуры сейчас украшают гостиную его родового замка, очень немногие усомнятся в его словах.

— Да, да… Ага, все так и было… И на нем тоже… Конечно…

Гарри не знал, с чем именно он только что согласился, полностью уйдя в себя. Крис же, редко позволявший себе расслабиться и отрешиться от происходящего, издал странный звук, словно чем-то захлебнулся. Как оказалось, зря он не слушал Рона. Мальчик только что признался, что ездил и на Волдеморте. Глаза Уизли восхищенно округлились, но Грейнджер, до того с легкостью отделявшая вымысел от правды, только скептически покачала головой. Она не привыкла воспринимать на веру абсолютно все, что говорят о людях, и, как правило, сама могла решить, кому доверять и чему верить. Но преподнесенную в книгах информацию воспринимала как истину в последней инстанции. Ведь учебники, да еще и одобренные ведущими специалистами Министерства магии, не абы кто пишет.

На уроках Гарри сидел сам не свой, мечтательно уставясь в пространство перед собой. Перед внутренним взором все еще стояла серебристо-белая фигура, мелькали массивные силуэты кентавров, чье присутствие выдавали только глухой перестук копыт да приглушенные голоса. Вспоминал окутывающие горьковато-тревожные запахи леса и аромат душистого зелья, шелест листвы над головой и едва слышное потрескивание факела в руке Хагрида, редкие порывы ветра и тающие на пальцах искры…

До ушей внезапно донесся разговор Дина и Симуса, обсуждавших его ночные похождения. Откуда там взялся Волдеморт, и при чем он вообще, Гарри не понял. Зато задумался о другом:

«Крис, как думаешь, может это на самом деле Волдеморт живет в лесу и питается кровью единорогов? Как по-твоему, он на такое способен?»

Мужчина немного помолчал, затем неуверенно предположил:

«Вполне возможно, кто знает. Мало ли что ему в голову взбредет. Если Темный Лорд узнал о философском камне…»

«Мы должны ему помешать», — твердо решил Гарри.

Он не стал говорить, что хочет встретиться с Волдемортом не только поэтому. Камень-камнем, но и от мести за родителей он не откажется. Пусть Крис и считает его мелким недоразумением, у которого недостаток мозгов компенсируется удачей и магической силой, но ведь и Волдеморт сейчас явно не в лучшей форме. У него есть все шансы на победу. Только бы уговорить Криса на эту авантюру. Может, пообещать мужчине камень? Он падок на золото, да и вряд ли откажется от вечной жизни. Сам Гарри ни того, ни другого и в подарок бы не взял, интуитивно ощущая, что философский камень вещь хорошая, но счастья, увы, не приносит. Разве что прибрать артефакт к рукам, чтобы насолить директору, пусть не думает, что ему удастся так легко осуществить, все, что запланировал. Конечно, главный сюрприз еще впереди, но очень уж хочется щелкнуть старика по носу.

Гарри широко улыбнулся от уха до уха. Смотрел он при этом в сторону Лаванды и Парвати, одновременно обрадованных и смущенных таким вниманием. Разумеется, он их не видел и не слышал, увлекшись планами на будущее. Не видел того, как они, зардевшись, начали в ответ строить ему глазки. Пока неумело, но только пока.