Блио Элен – Я не твоя (страница 89)
- Я пойду…
- Зоя, подожди.
- Тамерлан, я…
- Если тебе так нужно я готов делать вид, что ничего не было. Я понимаю, что…Что…Ты считаешь все, произошедшее ночью ошибкой. Просто сорвало предохранители. Я сорвался, и…
- Тамерлан, прошу тебя не надо! Дай мне уйти сейчас. Я не хочу ни о чем говорить.
Она встает, поднимает с пола свои вещи, которые я вчера буквально срывал с нее. А у меня звонит телефон. Совсем не вовремя.
Это мой друг, известный в прошлом футболист, вратарь сборной. Он сейчас в Сочи и ему нужна моя помощь. Номер в отеле и… десять тысяч роз в номере для новобрачных.
Я не могу сдержать улыбку, поздравляю, а сам нахожу глазами Зою, которая стоит, прижав к себе вещи.
Мой друг собирается жениться на любимой девушке, он счастлив.
Моя любимая рядом, и она несчастлива.
Отбрасываю телефон в сторону, встаю, не заботясь о том, что на мне ни какой одежды, В два шага преодолеваю расстояние, между мной и Зоей, Сгребаю ее в объятия.
- Там… - она не успевает ничего сказать, потому что я закрываю ей рот поцелуем. А потом…
- Нас пригласили на свадьбу. Сегодня. Скоро. Ты можешь быть готова через три часа?
- Я…- чувствую, как быстро-быстро колотится ее сердечко. – Я… да, я буду, только… мне, наверное, нечего надеть на свадьбу, и…
- Внизу есть бутик, если хочешь можем спуститься вместе и выбрать. Или сходи одна. На самом деле это… спонтанная свадьба, они решили поженится буквально час назад, все будет просто и скромно. Они, их дети, мы, еще какие-то друзья и все. Он просил подготовить для невесты номер и десять тысяч роз.
- Ого…
- Я бы купил тебе миллион если бы ты согласилась выйти за меня.
Чёрт, эта фраза вырвалась как-то сама собой, а Зоя тут же словно окаменела, чуть двигает плечами, словно просит освободить.
- Прости, Зоя, я…
- Все в порядке. Но если ты хочешь, чтобы мы были на свадьбе твоего друга то мне уже пора.
- Да. Хорошо.
- Я сама спущусь за платьем.
- Я понял. Да, мне через полчаса нужно быть на презентации, это займет минут сорок, потом еще важная встреча, но к свадьбе я освобожусь. Ты ведь не хотела идти со мной на презентацию?
Она качает головой, а я…
Я все-таки… наклоняюсь, чтобы прижаться к ее губам. Она не отвечает, но хотя бы не отталкивает и снова краснеет. Это лучше, чем смотреть как ее лицо становится белым как мел.
Свадьба проходит тихо, скромно. Невеста очень красивая, и я вижу в глазах моего Светлячка грусть. Она поздравляет Виталину и Егора, целует детей. Пока Егор интересуется у меня готов ли сюрприз с цветами я наблюдаю за нашими девочками. Его счастливая невеста и моя… моя несчастливая любимая. И как сделать ее счастливой я не знаю.
- Может быть просто не отпускать? – это говорит один из гостей, Денис Дворжецкий, известный московский ресторатор.
- Что?
- Я заметил, как вы смотрите на нее, а она на вас. Такую женщину нельзя отпускать. – он салютует мне бокалом с шампанским и идет к моей Зое.
- А этот гад дело говорит, - ухмыляется Егор.
- Почему гад?
- Потому что еще вчера он был официальным женихом моей невесты.
Я путаюсь в этих хитросплетениях, и очень хочу поскорее оказаться наедине с Зоей. Мне нужно поговорить с ней. И…
И я не знаю, что сказать, когда мы остаемся одни в лифте.
Я провожаю Зою до номера, открываю перед ней дверь. Она поворачивается, вижу, как дрожат ресницы.
- Спокойной ночи, Тамерлан.
- Спокойной ночи, Зоя.
Я никуда не ухожу, стою, словно врос в порог ее номера.
- Тамерлан…
Чёрт, он сказал не отпускать? Почему я должен ее отпускать? Почему я не могу показать ей, что я изменился? Что больше никогда не предам, не сделаю больно, даже случайно? Что я хочу быть той стеной, за которой она сможет прятаться всю оставшуюся жизнь, что я…
Хватит рассуждать!
Прижимаю ее к стене, нависая...
- Не надо, прошу… Там…
- Ты об этом хочешь попросить? – наклоняюсь еще ниже, просто глажу своими губами ее губы, неужели ей надо, чтобы я ушел? Я просто не в состоянии…
Но тоненькие пальчики уже зарываются в слишком коротко стриженные волосы на затылке, притягивая меня ближе.
И я снова схожу с ума от ее близости, теряю себя в ней. Теряю весь мир в ней.
Ничего нет. Только она. Только глаза, в которых испуг, растерянность, слабость, страсть…
Мне хочется отдать ей всю нежность, весь мир к ее ногам. Если бы было нужно, я вытащил бы сердце и протянул ей.
Я люблю ее очень осторожно, медленно, словно каждым движением рассказывая, что чувствую. Пытаюсь понять, что чувствует она.
Прижимаюсь лбом к ее плоскому, впалому животику, представляя, что где-то там внутри бьется крохотное сердечко малыша, которого я уже невозможно люблю и жду. Которого не отдам. Не пропущу ни минуты из его жизни. Глажу губами ее кожу, спускаясь ниже.
Люблю ее всю. Люблю так, что в глазах закипает что-то, очень острое, горячее.
- Тамерлан, - мне хочется навсегда запомнить, как она говорит это сейчас.
И снова взрыв сверхновой, и я слышу свой собственный крик, сливающийся с ее криком. И это настолько невероятно, что я не могу пошевелиться.
Закрыть глаза и умереть от счастья.
Опускаюсь рядом, накрывая ее губы своими.
- Люблю тебя, Светлячок…
Она смотрит на меня так, словно видит впервые, разглядывает, проводя пальчиком по животу, там, где шрам от пули, ведет выше, осторожно, словно боясь показать мне как ей нужно прикасаться ко мне.
- Знаешь, почему Килиманджаро?
- Почему?
- Одно время я искал как переводится слово Светлячок на разные языки. Так вот на суахили светлячок – Килиманджаро.
Она зарывается лицом мне в шею, всхлипывая.
- Милая, что ты?
- Ничего, просто… Я не знаю, как покажусь на глаза родителям Петроса, если они поймут, что мы с тобой…
Это больно.
Но я понимаю ее.