Блио Элен – Я не твоя (страница 42)

И я… я на хрен никого не боюсь. Плевать мне. Не за кого мне бояться.

Родители? Я смогу их спрятать. Сестра замужем, о ней муж позаботится.

Илик… если не встанет со мной рядом – значит пусть сам свой путь выбирает.

Война. Будет война.

Подъезжаю к дому Светлячка. Тихо и пусто. Правильно. На дворе давно ночь.

Ночь. Которая должна была стать моей брачной ночью. Началом счастливой семейной жизни.

Неужели я, правда, в это верил?

Чем тебя опоили, Умаров? Что с твоими мозгами сделали?

Понимаю, что оправданий мне нет, но…

Я должен знать, что с Зоей все в порядке. Должен!

Илик уже пришел в себя, сидит, нахохлившись.

- Останешься в машине. Если увидишь что-то подозрительное – сразу звони.

- А ты куда?

- К Зое.

- Может, лучше я схожу?

- Нет, Илик, не лучше. Я должен сам.

Поднимаюсь на лифте. В подъезде тихо. Вижу парочку, целующуюся на площадке. Они меня не смущаются, внимания не обращают.

А у меня все внутри переворачивается, вспоминаю, как мы с Зоей вот так стояли…

Стою минуту, словно пыльным мешком по голове.

- Эй, мужик, с тобой все в порядке?

- А? – ко мне обращается счастливчик, целующий свою девчонку. – Да, нормально.

- Кого вы все тут ищете сегодня? Зойку что ли? Что она натворила? – это уже девчонка говорит.

- А кто еще ищет Зою?

- Да был тут один амбал, пол подъезда перебудил. «Где Зоя». А Зои нигде нет.

- Не нашел?

- Нет. И вы не найдете.

- Почему это?

- А потому. Мы своих друзей не сдаем.

- А если я тоже друг?

- Ха! Таких друзей за … и в музей! – парень заржал, а девчонка шикнула на него, видимо испугавшись моих почерневших глаз.

- Да, и правильно. Туда нас и надо. – потому, что какой я, реально, друг? Я хуже последнего врага.

Звоню в знакомую уже дверь.

Молчание. Тишина.

Не могу уйти! Я должен знать!

Звоню еще раз.

Дверь открывает мама Зои. Светлана Михайловна.

- Добрый вечер…

- Ночь на дворе, Тамерлан. И она не добрая.

- Где Зоя?

- В надежном месте. Вы и ваши отморозки ее не найдете.

- Не побоялись мне дверь открыть, вдруг я с отморозками? – сам не понимаю, что несу, в голове каша, в груди – словно огромная дыра, она не причиняет боли, она сама – боль.

- Я думала вы умнее, Тамерлан, а вы…

- Простите, я…

- Не прощу. Нет тебе прощения! Мало того, не просто не прощаю! Проклинаю! Слышишь? Проклинаю тебя, и всю семью твою, весь твой род! Гореть вам в аду за все, что вы сделали, слышишь? В аду гореть! До седьмого колена, до десятого! И ничем тебе свою вину не искупить, слышишь? Ничем! К тебе пришла чистая душа, невинная светлая! Любовь тебе свою отдала, а ты… Растоптал! Уничтожил! И не думай, что я тебя боюсь! И бандитов твоих! Не боюсь! И девочку свою я от вас спасу! А теперь пошел вон отсюда! Убирайся! Ни видеть, ни слышать она тебя не хочет! А деньги, которые твоя семья ей предлагала – пусть эти деньги у вас поперек горла встанут! Не принесут они вам счастья!

Она захлопнула дверь.

А я стоял, словно она меня в камень превратила.

Не помню сколько стоял.

Потом спустился вниз. Пошел к машине.

Сел.

Ильяс молчал. Я молчал тоже.

Хотелось одного – пустить себе пулю в лоб.

Или не себе.

- Кто предлагал Зое деньги?

Илик молчал.

В голове вертелись только две мысли.

Всех уничтожу. Всех.

Поздно, Тамерлан. Слишком поздно.

Глава 19.

День прошел. Снова ночь.

Опять ночь и я опять не могу спать. Днем выспалась. Днем никаких сновидений, никаких кошмаров.

А ночью.

Стоит закрыть глаза, и я вижу его.

Вижу таким, каким он пришел тогда ко мне, в Сочи…

Ввалился в душ, сверкая глазами. Горячий такой.

Горец.