Блейк Крауч – Жуткое (страница 74)

– Обещаю.

– Поклянись.

– Клянусь тебе, Пейдж. Я буду тебя защищать.

За ветровым стеклом покрытый снегом склон горы летит навстречу машине, нос которой теперь обращен к земле, и Гранта удерживает на сиденье только перегрузка.

За мгновение до удара он смотрит в глаза сестре.

– Однажды жила-была маленькая девочка, которую звали Пейдж.

– Как меня?

– Как тебя. И у нее был старший брат, которого звали Грант.

– Как тебя.

– Да, как меня.

– А у них были родители?

– Нет. Пейдж и Грант жили в красивом доме совсем одни, и они были очень храбрыми.

Звук сминаемого металла.

Удар снега, влетающего в машину.

Грант, все еще сжимающий сестру, вылетающий сквозь ветровое стекло.

И вот он на свободе, а под ним вниз по склону, в фонтане снега и осколков стекла, кувыркается «Тойота».

Пейдж уже нет у него в руках, а он продолжает взмывать ввысь – он уже выше верхушек деревьев и леса, раскинувшегося под ним.

Свет появляется, как булавочный укол, пронзающий лес внизу.

Он начинает расти.

Сначала медленно.

А потом все быстрее.

Он поглощает все, до чего дотрагивается, как пламя, распространяющееся из центра киноэкрана. В нем исчезают и деревья, и туман, и все еще летящая в бездну машина, и Гранту кажется, что весь мир – это просто покров, скрывающий слепящий свет.

Исчезает все, кроме одного.

Кроме нее.

Она плачет под ним в снегу.

Его куда-то тянет, но он сопротивляется, стараясь спуститься.

А потом он оказывается рядом с ней.

Это самый чувственный момент его существования.

Совершенно ничем не ограниченное общение.

Сознания с сознанием.

Времени мало, но он пользуется каждым мгновением, наслаждается каждым словом.

Его отрывают.

А потом…

– Папа, ты здесь?

– Здесь.

– Тут так светло…

– Не закрывай глаза. Просто смотри. Несмотря ни на что.

– Я ничего не чувствую.

– Это пройдет. Продолжай смотреть.

Свет везде, он касается всего. Грант чувствует, как его тело улетает от него, словно песок, сдутый ветром. Боль, и старая, и новая, исчезает.

Свет начинает дробиться. Сжимается до величины светящихся точек. Им несть числа.

– Это звезды?

Пейдж. Голос не ее, но это она.

– Некоторые – да.

– И мы летим туда?

– Если хочешь. Мы можем лететь, куда ты захочешь.

– А мы можем увидеть маму?

– Конечно. И всех остальных.

– Я не понимаю.

– Потом поймешь.

Все точки света вдруг вытягиваются в их сторону, как будто кто-то зовет их.

Дети колеблются, а звезды проносятся мимо, как каскады воды.

Отец подталкивает их вперед.

– Вперед же, они нас ждут. Вам нечего больше бояться.

Послесловие,

в котором Блейк и Джордан рассказывают друг другу о работе над «Жутким»

Блейк: Практически для всех, кроме меня, «Жуткое» – это их первое знакомство с Джорданом Краучем. Хм. Как-то это не так звучит. Может быть, представишься?

Джордан: Привет, я младший брат.

Блейк: Младше на шесть лет.

Джордан: Что-нибудь еще?

Блейк: Хотелось бы.

Джордан: Привет. Я красивый младший братец. Окончил университет Северной Каролины в Вилмингтоне в две тысячи седьмом году и получил диплом по литературному творчеству и английской литературе. Это мое первое законченное произведение. Живу я в Сиэтле, штат Вашингтон, и когда не размышляю над гипотетическими вопросами интервью, то работаю шестеренкой Министерства национальной безопасности. Привет, Америка.

Блейк: А чем ты занимаешься по жизни?

Джордан: Продажами.

Блейк: Ты всегда был одним из первых читателей моих книг, потому что у тебя великолепный нюх на сюжеты и при этом ты не зацикливаешься на мелочах изложения. Наверное, я хочу сказать, что у нас с тобой одинаковые ДНК (подумать только) в том, что касается выбора крупных сюжетов. А еще тебе удалось внести некоторые решающие изменения в мои тексты за все время моей деятельности. И наверное, самым лучшим примером этого будет мой исторический триллер «Абандон. Брошенный Город». Я действительно не знал, как закончить ту книгу, а ты предложил мне просто фантастическую идею… Не хочу сейчас говорить об этом подробнее, чтобы не испортить удовольствие тем, кто ее еще не читал. Эпилог – полностью твоя заслуга. Мне в принципе нравится коллективное творчество, и, несмотря на тот факт, что ты еще не написал ни одного романа, мне всегда нравилось то, что ты пишешь, поэтому наша совместная работа – вполне естественна. А еще прошлой осенью ты ошарашил меня классной идеей…

Джордан: Чтобы раздать всем сестрам по серьгам, должен сказать, что идея принадлежит моему близкому другу Бобу. Мы знаем друг друга целую вечность, а соображает он раза в два быстрее меня и поэтому иногда предлагает довольно интересные сюжеты. «Монстр-в-спальне» впервые появился в нашем телефонном разговоре в начале две тысячи одиннадцатого года. В момент его рождения речь шла о двух охотниках, засыпанных снегом в хижине, в спальне которой обитает нечто. А потом мы с тобой все испортили.