Блейк Крауч – Абандон. Брошенный город (страница 58)
Она внимательно осмотрела окрестности. Теперь, спустя полутора суток, от протоптанных ими в понедельник вечером тропок под четырехфутовым слоем снега не должно было остаться и следа. И однако же дорожки тут были: по крайней мере, одна свежая, проложенная к гостинице и уже от нее уходившая на юг, к перевалу.
Фостер прошла к входу и переступила порог. Она постучала ботинками о кирпич, сбивая с них лед, а затем включила налобник и прошлась лучом света по обвалившейся лестнице, арочным проходам и регистрационной стойке. Когда она была в этом гостиничном вестибюле в последний раз, поздним вечером понедельника, под аркой лежал Скотт Сойер. Теперь же о нем напоминало лишь темное пятно на полу.
Девушка лишь бегло осмотрела вестибюль и заглянула под бильярдный стол, за упавшую лосиную голову – вдруг Куинн обнаружил Скотта и перенес его в какое-то другое место…
Если Сойер захватил ключи от «Субурбана» на их вечернюю понедельничную фотосессию, о том, чтобы воспользоваться его внедорожником, можно будет забыть. От Абандона до обозной тропы – семнадцать миль и еще десять – до той, что ведет в Силвертон. Двадцать семь миль. Больше чем марафон, в глубоком снегу, на высоте, без сна, без воды и пищи.
Внезапно она услышала, как хрустнуло стекло под чьей-то ногой – на другом конце вестибюля, в столовой.
Девушка бросилась к выходу и едва заметила тень, стрелой вылетевшую из бара: кто-то бежал за ней по осколкам разбившихся люстр. Сердце у нее стучало так, что, казалось, вот-вот выскочит из груди, и прежде чем она достигла двери, что-то схватило беглянку за левое запястье, и рука в перчатке подавила ее вскрик, затащив ее обратно в фойе и подтолкнув к столу регистрации.
Налобник осветил лицо Сойера.
– Скотт?! – ахнула Фостер. – О, Боже, так ты…
– Ш-ш-ш… Кто-то был здесь всего четверть часа назад!
– Кто?
– Я не узнал их. Услышал шаги на снегу и спрятался позади барной стойки.
– Но как так вышло, что ты жив?
Мужчина приподнял куртку, желтую флисовую толстовку и термальную футболку, и Эбигейл увидела, что он замотал скотчем ножевую рану, уже почти не кровоточащую. Правда, эта, правая часть его живота все равно выглядела раздувшейся и воспалившейся.
– Боль просто-таки адская, – признался он. – Когда меня пырнули, я уж было подумал: всё, кранты! Лезвие уткнулось в ребро, но жизненно важные органы не задело. Когда появились эти люди в масках, я сделал вид, что лежу в отключке. Понадеялся, что они решат, будто я умираю, и оставят валяться связанным. Так оно и вышло. А этой ночью я пришел в себя и кое-как развязался. Лежал, отдыхал, собирался с силами и уже хотел пойти всех искать…
«Что ж, они все мертвы – из-за тебя и моего отца», – подумала Эбигейл.
Она прислонилась спиной к столу, иначе просто упала бы и уснула.
– Всех – это троих мужчин в масках? – спросила она. – Бывших спецназовцев?
– Троих? Я думал, их было только двое.
– Третьим был твой верный помощник.
–
– Судя по всему, Джерроду стала известна истинная причина вашего с Лоренсом приезда в Абандон, – объяснила ему девушка.
Если Сойер и уловил язвительность в ее голосе, он никак этого не показал и лишь спросил:
– Что случилось?
Журналистка рассказала ему обо всем, кроме того, что они действительно нашли золото, и когда она закончила, Скотт опустил голову и долго сидел в полном молчании, хотя в свете налобника Эбигейл видела, как по щекам его бегут слезы.
– Это я их убил, – произнес он наконец.
Девушка положила руку ему на плечо.
– Нет, ты… – попыталась она подыскать какие-нибудь слова утешения.
– Да нет же, я был их гидом, – перебил ее мужчина. – Они приехали сюда просто посмотреть Абандон, сделать несколько дурацких снимков, а мы использовали их, чтобы попасть сюда… Господи Иисусе!
– Скотт, я знаю, что ты расстроен, но нам нужно сейчас же идти за помощью. После того как вода закончится, долго Лоренс в той пещере не протянет. Мой сотовый остался в рюкзаке, в лагере. Если на перевале есть связь, возможно, нам удастся кого-нибудь сюда вызвонить.
Сойер посмотрел на девушку и вытер лицо, после чего встал, проковылял в столовую и, вернувшись с рюкзаком, протянул Эбигейл две плитки «Клифа» и бутылку «Налджен».
– Я добавил в воду два пакетика энергетика. Подкрепись, – сказал он. – Это поможет пополнить растраченный запас минералов и витаминов. Путь предстоит нелегкий, подзарядиться надо серьезно.
Глава 71
Они направились на юг, к лагерю, выбрав – чтобы оставаться никем не замеченными – ту дорогу, которая тянулась позади строений. Несмотря на рану, Скотт двигался по снегу довольно-таки быстро, и вскоре окраина, застроенная домиками с декоративными фасадами, осталась далеко позади.
На подходе к лагерю Эбигейл заметила огромный валун.
– Знакомый камешек, – сказала она. – Палатки сразу за ним.
Едва они миновали валун, как Скотт вопросил:
– И где же наши пожитки?
Словно безумный, он заметался по тому месту, где раньше стояли палатки.
– Просто не верится! Должно быть, Куинн забрал все наше снаряжение. Все пропало… Даже Гюнтер и Джеральд.
– Кто? – не сразу поняла его Фостер.
– Ламы. Ну, ублюдок… Если он только тронул моих мальчиков, пусть готовит собственные похороны!
– А ты уверен, что они не погребены под снегом? Всякое ведь могло случиться…
– Видишь вот это? – Сойер пнул едва выглядывавшую из-под снега верхушку камня пирамидальной формы. – Лоренс установил свою палатку прямо здесь, у этой скалы, чтобы можно было сложить под ней вещи. Теперь здесь ничего нет. Хотя… скрести-ка пальцы… – Проводник кинулся к другому валуну, накрытому примерно четырьмя футами снега. – В тот вечер я свою палатку так и не поставил. Был слишком занят приготовлением ужина, помогал остальным устроиться в лагере… Собирался разбить ее, когда мы вернемся из города-призрака, где думали сделать кое-какие фото. Остается лишь надеяться, что к тому времени как Куинн обнаружил наш лагерь, снега выпало уже достаточно и мой рюкзак занесло.
Скотт снова принялся рыться в снегу. Через пару секунд он вскочил на ноги, вскинув высоко над головой, словно трофей, свой огромный рюкзак «Дана дизайн».
Эбигейл подошла к нему.
– И что у тебя в нем?
– Всё. Палатка. Запас одежды. Аптечка. Спальный мешок, несколько бутылок с водой, небольшая газовая плита, продукты… Не думаю, что мы долго протянули бы без всего этого.
Мужчина сбил снег со своего солидного черного рюкзака и ослабил компрессионные ремни.
– Умоляю, скажи, что у тебя там есть сотовый! – воскликнула его спутница.
– Терпеть их не могу!
– То есть нам предстоит длительная прогулка…
– Семнадцать чудесных миль. – Проводник бросил большой компрессионный мешок в снег. – Но не волнуйся. Прежде чем двинемся в путь, я сварганю нам что-нибудь перекусить. – Он запустил руку в мешок и вытащил пару пакетов с замороженными обедами от «Бэкпаккер пэнтри». Что предпочитаешь? Паэлью с шафрановым рисом и курицей или бефстроганов из индейки?
Не прошло и часа, как они снова были на ногах и держали курс на окутанную пепельными облаками Пилу.
Примерно через милю путники наткнулись на следы Куинна, выходившие из каньона и поднимавшиеся вверх по склону к Изумрудному дому, и прибавили шагу, по очереди пробивая тропу в становившемся все более глубоким снегу.
К тому времени как Эбигейл и Скотт достигли развалин Годсенда, сугробы доходили им уже до груди.
– Давай немного передохнем, – предложил Сойер. Они рухнули в снег неподалеку от дробилки, у подножия крутого белого склона, тянувшегося тысячи на две футов вверх, к небу.
– А что, если Куинн увидит
– Ага, меня тоже это беспокоит, – согласился ее спутник.
– Я имею в виду, рано или поздно он ведь в любом случае их увидит, ведь так?
– Вероятно. А ты уже едва держишься на ногах. Да и я ранен. Ему и не придется идти слишком быстро, чтобы настичь нас, притом что он чертовски заинтересован в том, чтобы мы в этих горах и остались. Уж лучше пусть и дальше метет эта проклятая метель. На открытом пространстве мы – слишком легкая мишень.
– У тебя какая-нибудь пушка в рюкзаке есть?
– Джеррод забрал пистолет с собой.
Эбигейл окинула низ каньона быстрым взглядом, подсознательно выискивая крошечную фигуру, бредущую в их направлении по глубокому снегу.
– Могу поспорить, у Куинна оружие имеется, – сказала она.