Блейк Крауч – Абандон. Брошенный город (страница 52)
– Что ты делаешь? – удивилась Эбигейл.
– Если туда попадет свежий воздух, долго она не протянет. Нужно поскорее запечатать ее, сохранить в том виде, в котором мы ее нашли, – объяснил профессор.
Глава 63
Выбравшись из пещеры с водопадом через слепой шахтный ствол, соединявшийся с другим коридором, пленники несколько часов бродили по сети туннелей, которые то перекрещивались, то заканчивались тупиком, то заворачивались в себя. Впервые за все время Эбигейл ощутила полную безнадежность.
Отдохнуть остановились в подземелье, где сталактиты и сталагмиты соединялись в колонны, формой напоминающие песочные часы. Фостер прислонилась к холодному известняку и посмотрела на часы – 11:03. Они блуждали по пещерам пять с половиной часов, и она не спала уже двадцать девять часов.
– Мне надо отдохнуть. Сил больше нет…
– Светлое время слишком дорого, чтобы тратить его на сон, – возразил Лоренс. – Заниматься поисками выхода в темноте бессмысленно. Даже оказавшись в пещере с выходом наружу, мы можем просто не заметить его ночью. Так что будем продолжать до захода солнца.
– Но это еще восемь часов! Я не в состоянии…
– Эбби, ты понимаешь, что в нашем распоряжении всего три или четыре дня? Потом, без воды и пищи, нам недостанет сил на продолжение поисков. И тогда – всё, конец.
Девушка опустила голову на колени и расплакалась.
От постоянного движения света фонаря в животе у Эбигейл творилось что-то неладное. А может, причиной этого был холодный воздух подземелья или теснота туннеля, каменистые стены которого сужались последние пятьдесят ярдов. Сам туннель постепенно шел под уклон. «Отлично, мы забираемся все глубже в гору», – подумала Фостер и тут же почувствовала укол вины – ей ли жаловаться? Как ни плохо ей было, а Джун последние двенадцать часов дались куда тяжелее.
– Ты как, держишься? – спросила она свою спутницу. – Если захочешь, мы можем отдохнуть в любое время – ты только скажи! – Миссис Тозер не ответила, и Эбигейл обернулась. – Все будет… – продолжила она, но внезапно замолчала. Даже в том скудном свете, что доставался им от фонаря Лоренса, девушка увидела, что позади никого нет. – Стой! – крикнула она отцу. – Джун отстала.
Кендал остановился, повернулся и посветил в пустой туннель.
– Давно?
– Не знаю. Я минут десять или пятнадцать с ней не разговаривала. Вот только сейчас…
– Джун! – крикнул профессор. Голос его эхом пробежал по коридору и быстро затих.
Никто не ответил.
– Идем, быстро! – бросила Эбигейл. – Ее надо найти.
Они побежали назад. Примерно через минуту журналистке показалось, что она слышит что-то.
– Лоренс. Лоренс! – вновь позвала она отца; тот оглянулся. – По-моему, я слышала…
Из глубины горы вырвался и тут же оборвался крик, оставив гулкое и долгое эхо.
– Что за черт? – пробормотал профессор.
– Это Джун? – неуверенно спросила его дочь. Еще один крик разлетелся по туннелю, но теперь он как будто удалялся. – Она так кричит, словно ей больно!
Они побежали дальше, ориентируясь на продолжающиеся крики, и через пару минут достигли развилки.
– ГДЕ ТЫ? – прогремел теперь уже ясно слышный женский голос.
– Не могу понять, откуда он идет, – сказала Эбигейл.
– ПОЖАЛУЙСТА, ГОСПОДИ, ПРОСТО УБЕЙ МЕНЯ!
– Сюда, – определил Лоренс, сворачивая в более широкий коридор.
– Я ТАК ХОЧУ ПИТЬ!
Они миновали несколько идущих один за другим гротов. Крики звучали все громче:
– Я ЕЩЕ ЖИВА! ПОЖАЛУЙСТА! ПОКОНЧИ С ЭТИМ! УБЕЙ МЕНЯ!
Внезапно Кендал остановился.
– В чем дело? – шепотом спросила Эбигейл.
Он покачал головой.
– Вроде бы увидел что-то впереди…
– Что?
– Толком не разглядел. Промелькнуло и исчезло. Забудь.
– Я больше ее не слышу.
– Джун, ты где? – крикнул Лоренс. – Помоги нам найти тебя!
Подземелье как будто затаило дыхание.
– Не нравится мне это место, – призналась Фостер.
Продравшись через лес сталагмитов с вкраплениями колонн коренной породы, отец с дочерью вышли наконец в пещеру с затхлым воздухом и расползшейся по стенам сизой плесенью, кисточки которой лениво и медленно колыхались, словно подводные водоросли.
Сделав три шага, Лоренс замер как вкопанный.
– Господи… – простонал профессор чуть слышно.
Он опустился на пол, и в свете его фонаря Эбигейл увидела темную лужицу крови под головой Джун Тозер. Она лежала на спине возле небольшого валуна, которым воспользовалась, чтобы попытаться убить себя.
– Все кружится, – пробормотала Джун.
Эбигейл присела рядом с ней на корточки и взяла ее за руку. В блеклом свете судить о степени тяжести повреждений, нанесенных ею самой себе, можно было только по количеству крови. Джун застонала, и ее губы шевельнулись, пытаясь оформить слова:
– Не могла… больше. Они меня окружили… Где Эммет? – Она попыталась позвать мужа, но его имя застряло у нее в горле.
– Его сейчас здесь нет, – сказал Лоренс.
– Но я ведь скоро буду с ним? – выговорила миссис Тозер между хрипами. – И с Таем?
– С кем?
– Это их сын, – объяснила Эбигейл. – Да, и с ним тоже.
– Хочу услышать, как он смеется…
– Услышишь, милая. – Журналистка расплакалась, тронутая предсмертным отчаянием Джун, ее желанием услышать ответы на те вопросы, которые не имели ответа, ее уходом в воображаемый мир, утративший сходство с реальностью…
– Для меня он всегда был малышом. Думаешь, он вырос… стал… – Джун поперхнулась, закашлялась, и между зубов у нее брызнул маленький кровавый фонтан.
– Постарайся не говорить, – сказал ей Лоренс.
– Я ведь все равно останусь мамочкой, да? Я ведь была ею шесть прекрасных… – Женщина застонала и закрыла глаза. Эбигейл прижалась ухом к ее груди, слушая, как расширяются и сжимаются ее легкие.
– Мне очень жаль, – всхлипнул Лоренс. – Это я во всем виноват.
Грудь Джун поднялась – и вместе с ней голова Фостер.
А потом она опустилась с долгим выдохом, выпустив весь воздух, и больше уже не поднималась.
Глава 64
В три пополудни Лоренс остановился.
– Впереди свет.
Они только что вошли в самую большую из всех встречавшихся до сих пор пещер, около сотни футов в поперечине, с огромными, растущими из пола сталагмитами. Из трещины в стене с журчанием стекала вода, с высокого потолка свисали наподобие занавесей темные минеральные отложения. Отец с дочерью стояли в полосе дневного света, изливавшегося на них сверху через расселину, пробивавшую потолок на высоте примерно сорока футов. И там, вдалеке, Эбигейл увидела клочок серого неба.
– Туда не добраться, – сказал Кендал. – Даже не надейся. – Он отошел к источнику. – Дай-ка мне пустую бутылку из-под воды.