Бхагван Раджниш – Суфии. Люди пути. Беседы о суфизме (страница 84)

Но этот странный Абдул-Азиз:

...отправил ему бутылку, наполненную маслом и водой, и фитиль. В посылку было вложено это письмо...

Все писания, как говорят суфии, похожи на это письмо. В них есть определенные инструкции, но не догмы. Они содержат только инструкции. Если вы будете следовать этим инструкциям, для вас откроется дверь. Но это не теории, в которые необходимо поверить. Они просто как самоучители — пособия, руководства по эксплуатации. Они не проповедуют никакой философии, они просто дают вам инструкции: «Делай это, и случится это. Делай то, и случится то. Не делай этого, иначе случится вот что».

Будда говорил: «Вся моя забота состоит в том, чтобы дать вам несколько инструкций, благодаря которым вы сможете прийти к буддовости. Если вы спросите что-то другое, меня это не интересует». И он говорил: «Я — инструктор. Я просто даю вам некоторые инструкции. Следуйте этим инструкциям, и произойдет то-то и то-то. Я ничего не говорю об истине, я лишь говорю о пути — о том, как ее достичь. Следуйте этому пути, и вы достигнете истины. А истина неопределима. О ней ничего нельзя сказать».

Суфии говорят, что все настоящие писания не являются философскими, они лишь инструктируют. Они просто дают несколько инструкций, как это письмо.

«Дорогой друг, если ты поместишь фитиль в масло, ты получишь свет, поднеся огонь. Если ты выльешь масло и поместишь фитиль в воду, ты не получишь света. Если ты взболтаешь масло с водой и затем поместишь в них фитиль, ты получишь шипение и брызги. Нет нужды проводить эксперимент посредством слов и визитов, если это можно проделать с такими простыми материалами, как эти».

Должно быть, тот философ лишь посмеялся над столь нелепым письмом. Что за вздор несет этот Абдул-Азиз? И что все это значит? Он спросил об одном, а Абдул-Азиз посылает бутылку, наполненную маслом и водой, и фитиль. Абсурд!

Всякий раз ответ мастера будет выглядеть абсурдным, потому что вы не можете понять его значение. Сначала попытайтесь понять, каково его значение.

Первое, что он говорит: «Не нужно приходить ко мне. Зачем так далеко ехать? Если ты действительно хочешь увидеть реальность, она внутри тебя. Просто проделай несколько экспериментов. И ты войдешь в себя, и там ты найдешь также и меня!»

Недавно один саньясин сказал мне: «Мне очень трудно сдаться тебе». Я понимаю. Всегда очень трудно сдаваться. Но я сказал ему, что это трудно из-за того, что он не понимает. Сдаваясь мне, вы на самом деле сдаете свою фальшивую личность своему настоящему «Я». Я в этом никто, это просто предлог. Посредством меня исчезает ваша фальшивая личность, и вы достигаете своего настоящего «Я». Если вы можете сделать это напрямую, если вы можете срезать путь, делайте, но если это невозможно, тогда вы можете сделать это при помощи меня. Мастер — это всего лишь вспомогательное средство. Когда мастер говорит: «Сдайся мне», он не имеет в виду сдаться ему. Он просто подразумевает: «Чем бы ты ни был прямо сейчас, это не настоящий ты. Отложи в сторону все фальшивое представление о себе, отдай его мне. Отдай яд мне!»

Отдавая свое фальшивое, ты становишься настоящим. А настоящее никогда нельзя отдать, поэтому мастер и не беспокоится по поводу настоящего. Настоящее никогда нельзя отдать, не существует способа отдать его. Отдать можно только ненастоящее. Или позвольте мне сказать еще так: вы можете отдать только то, чего у вас на самом деле нет, вы не можете отдать то, что у вас есть на самом деле. Вы не можете отдать то, чем вы являетесь, чем вы на самом деле являетесь. Это невозможно отдать. Вы можете отдать только то, во что вы поверили, что это вы, хотя этим не являетесь. Мастер забирает только ложное.

Когда вы приходите к мастеру, вы на самом деле приходите к себе. И это должно быть критерием, чтобы судить, пришли ли вы к настоящему мастеру, или вы теряете время с лжемастером, фальшивкой. Если мастер пытается взять верх над вашей реальностью, тогда будьте настороже. Этот человек ваш враг. Но если мастер забирает вашу нереальность и помогает вашей реальности вырасти в вашу уникальность...

Настоящий мастер всегда отбрасывает вас к самим себе. Да, он отберет все, что не реально, он вырвет все, что не реально. Он вырвет из вашего существа все сорняки, чтобы могли вырасти розы. Но он не будет вырывать розы, розы невозможно вырвать. Невозможно отдать свою суть. Это не может случиться, этого нет в природе вещей.

Мастер посылает ему простое письмо с очень нелепой вещью: бутылкой с маслом и водой и фитиль. Итак, сначала постарайтесь понять, что он имеет в виду.

Если бы тот человек на самом деле был немного разумным, он бы понял, но история об этом не упоминает. Так что наверняка он ничего не понял, иначе это говорилось бы в истории. Должно быть, он рассмеялся над глупостью этого человека, Абдул-Азиза, должно быть, он подумал: «Хорошо, что я все же не поехал, это было бы напрасно». Должно быть, он сказал другим людям: «Посмотрите! Этот глупый человек делает вид, что он мастер. Я спросил об одной умной вещи — сравнении его философской системы с моей системой и другими системами — и вот что он присылает в качестве ответа. Этот человек либо безумец, либо дурак!»

Сначала постарайтесь понять, в чем заключается послание Абдул-Азиза:

«Дорогой друг, если ты поместишь фитиль в масло, ты получишь свет, поднеся огонь... первое. Второе: если ты выльешь масло и поместишь фитиль в воду, ты не получишь света. Третье: если ты взболтаешь масло с водой и затем поместишь в них фитиль, ты получишь шипение и брызги».

Сначала необходимо понять эти три вещи.

Человек — это троица: тело, ум, душа — и то, что символизирует троица. Бутылка символизирует тело, вода символизирует ум, а масло символизирует особое медитативное состояние ума. Поэтому у ума есть две возможности: либо он может быть водой, либо он может быть маслом. Если в нем есть мысли — это вода, если в нем нет мыслей — это масло. А душа — это огонь. Вот эти три вещи.

У нас есть бутылка, и есть возможность наполнить ее либо маслом, либо водой. Это две возможности ума. Ум с мыслями становится водой — тогда вы можете сколько угодно подносить к ней огонь, но так и останетесь в темноте. Поэтому вы живете во тьме, ведь ваш ум — это вода, поэтому огонь все время гаснет.

Когда ум слишком наполнен мыслями, дух исчезает, огонь исчезает, души больше нет. Пока тело не наполнится не-умом, пока тело не наполнится безмысленностью, умом без мыслей, вы не будете просветленными. Как только ум перестает быть водянистым, как только мысли исчезли, и появились тишина, чистота, невинность, он становится маслом — и внезапно вы замечаете, как вспыхивает свет. Огонь уже есть — необходимо только масло. Есть бутылка, есть огонь, но между ними двумя — вода. А с водой огонь никак не возможен. Вот вы и живете без огня и без света.

Абудл-Азиз говорит: «Если ты поместишь фитиль в масло...» Помните: в масло. Если душу поместить в масло — в медитативное состояние, в самадхи — вы получите свет. Исчезнут неприятности, вы станете просветленными. Так что не беспокойтесь о том, чтобы приходить сюда или ехать куда-то еще. Сделайте простую вещь: позвольте уму исчезнуть, позвольте возникнуть не-уму. Если тело и душа соединены не-умом, в них возникает гармония. И тут же — песня, танец, празднование. Появляется радость, непреходящая радость, то, что индуисты называют сатчитананд — истина, сознание, блаженство — все это.

Как только ваша троица оказывается в гармонии... Если эта троица не в гармонии, вы будете оставаться во тьме. Если ум бесконечно порождает все больше и больше мыслей, вы переполнены водой. Это состояние мирского человека, человека, который непрестанно думает, день и ночь, изо дня в день, от рождения до смерти — он непрерывно продолжает думать. Он живет без огня, он живет без света, он живет без радости. По сути, он живет очень мертвой жизнью.

Или же есть другая возможность: состояние так называемых религиозных людей, ино-мирских людей. У вас может возникнуть смесь ума и не-ума. Тогда вы достигнете уровня шипения и брызг. То есть иногда у вас могут случаться какие-то проблески, но они быстро пройдут. Ничто не останется по-настоящему вашим. Как сны, они будут приходить и уходить.

Ум может иметь эти три состояния: обычное состояние размышлений, редкое состояние созерцания... Это состояние созерцания: смесь из воды и масла. И на Западе люди никогда не искали за пределами созерцания. Все их слова для обозначения дхьяны и зикра означают только созерцание, даже слово «meditation» просто означает думать лучше, «to meditate». Созерцание означает думать лучше, но думание остается. Оно просто становится более концентрированным, менее беспорядочным. У него появляется направление, у него появляется цель. Оно уже не хаотично, у него есть какая-то цель и смысл, но оно все равно остается думанием. Оно уже не настолько нелепо, потому что в него проникает что-то от не-ума, но это только «что-то». Вода и масло смешиваются. Но в результате — лишь шипение и брызги. Да, возможны редкие всполохи огня, но чаще всего — лишь шипение.

Это то, что произошло с христианскими святыми. Их переживания Бога не похожи на переживания Мансура, или Абдул-Азиза, или Будды. Их переживания Бога — лишь проблески, они появляются и тут же исчезают. Они, конечно, лучше, чем ничего, но они ничто в сравнении с тем опытом, который приходит и никогда больше не уходит, они ничто в сравнении с просветлением.