Бхагван Раджниш – Суфии. Люди пути. Беседы о суфизме (страница 49)

Такие истории, короткие, но с глубочайшим смыслом...

Однажды вечером люди увидели, как Рабия что-то ищет на улице перед своей хижиной. Они спросили: «Что случилось? Что ты ищешь?»

Рабия ответила: «Я потеряла иголку». И прохожие стали помогать бедной женщине искать иголку.

Потом кто-то сказал: «Рабия, улица большая, темнеет, скоро совсем ничего не будет видно, а иголка такая маленькая... если ты не скажешь нам, где ты ее обронила, будет трудно найти».

Рабия ответила: «Не спрашивайте об этом. Не задавайте этого вопроса. Если вы хотите мне помочь, помогайте, или не помогайте вообще, но не задавайте этот вопрос».

Помощники замерли в недоумении: «Что такое? Почему нам нельзя спрашивать? Если ты не скажешь нам, где она упала, как мы можем тебе чем-то помочь?»

Рабия призналась: «Я обронила иголку... внутри, в доме».

Люди воскликнули: «Поистине, наша Рабия сошла с ума! Если иголка упала внутри дома, почему же ты ищешь ее снаружи?!»

Рабия возразила: «Потому что здесь светло. Внутри дома нет света».

Кто-то всплеснул руками: «Даже если на улице есть свет, как мы можем найти здесь иголку, если она здесь не терялась? Правильнее было бы внести свет внутрь дома, чтобы там найти иголку».

Но Рабия рассмеялась: «А как насчет вас? Вы такие умные в мелочах. Я видела, что вы все ищете снаружи, но я прекрасно знаю, я знаю по своему опыту, что то, что вы ищете, потерялось внутри. Счастье, которое вы ищете, вы потеряли внутри. Но вы же ищете снаружи. Из-за того, что снаружи светло, вы ищете только снаружи. Если вы действительно разумны, — продолжала Рабия, — тогда используйте свой разум. Почему вы ищете счастье во внешнем мире? Разве вы потеряли его там?»

Прохожие стояли ошеломленные, а Рабия скрылась в доме.

Много подобных историй. Эта история тоже прекрасна.

Однажды Хасан случайно встретил Рабию, сидевшую в окружении большого числа созерцателей, и сказал...

Созерцание в суфизме — это зикр, он означает людей, сидящих в глубоком вспоминании Бога — не повторяя его имени, ничего не говоря словами, даже не используя мантр, просто тихо сидя, впитывая. И когда вы находитесь возле такой мистической святой, как Рабия, что еще вы можете сделать? Источник течет, вы можете пить сколько хотите. Должно быть, они пили ту энергию, которой была Рабия, должно быть, они пили свет, должно быть, они пили тишину, присутствие. Вот что такое созерцание в суфизме.

Английское слово не передает правильного значения. «Сontemplation» в английском языке означает «размышление, созерцание». В суфизме это совершенно не означает размышления. Эти люди не сидели там, думая о чем-то. Они вообще не думали, они просто были там — в Индии это называется сатсанг, простое пребывание в присутствии мастера. Человек не делает ничего особенного, он просто находится в присутствии — открытый, готовый принять, без мыслей о том, что произойдет, также и без ожиданий, просто открытый. Если что-то приходит от мастера, он готов это принять.

Барака, милость, всегда течет от мастера. Если вы готовы, вы примете ее. Если вы открыты, вы наполнитесь ею. Если вы закрыты, вы упустите ее. Само присутствие мастера — это барака, милость. Вокруг его существа все время распространяются вибрации. И дело не только в том, чтобы находиться в физическом присутствии мастера. Если вы любите, тогда вы можете быть хоть на другой планете, это ничем не будет отличаться. Вы можете пить из источника вашего мастера, где бы вы ни были.

Это тот источник, о котором говорит Иисус.

Однажды Иисус подошел к колодцу. Он устал. И он попросил женщину, достающую воду из колодца: «Я хочу пить, дай мне напиться воды».

Женщина посмотрела на него и сказала: «Но я происхожу из очень низкого класса в обществе и думаю, что таким людям, как ты, даже прикасаться ко мне будет неприятно. А мои руки уже касались этой воды».

Иисус рассмеялся: «Не беспокойся. Дай мне твою воду. Если ты дашь мне воды, я тоже дам тебе воды. Я дам тебе воды — такой воды, что твоя жажда будет утолена навсегда».

Женщина удивленно взглянула на Иисуса. Она была застигнута врасплох. Заявление Иисуса было таким внезапным, таким абсурдным, что оно, по-видимому, слегка прервало ее сон. А когда Иисус, человек, подобный Иисусу, просит женщину у колодца дать ему немного воды, он на самом деле просит воды не для себя — он просто хочет установить контакт с этой женщиной.

В действительности, человеку, подобному Иисусу, ничего от вас не нужно. Даже если иногда он чего-то у вас просит, это лишь для того, чтобы дать вам, это лишь для того, чтобы дать вам что-то, что-то невероятно ценное.

И женщина это поняла. Она поклонилась и коснулась стоп Иисуса, побежала в город и созвала всех в городе: «Пойдемте, я всю жизнь доставала воду из колодца и встретила человека, который утолил мою жажду навсегда. Я просто посмотрела в его глаза, и это случилось. Идите и посмотрите на этого человека!»

Эта женщина стала посланницей. Само присутствие Иисуса, просто взгляд в его глаза, трансформировал эту женщину. Она пробудилась.

В дзен-буддизме такое пробуждение называют сатори.

Когда Рабия сидит с несколькими медитирующими... Было бы лучше назвать их медитирующими, чем созерцателями. Но даже слово «медитирующий» не очень подходит, потому что, опять же, в английском языке оно означает «размышляющий». В английском языке нет слова для перевода слова дхьяна, потому что ничего подобного никогда не существовало на Западе — только размышление, концентрация, медитация, созерцание, ничего подобного дхьяне. Дхьяна означает состояние не-ума, дхьяна означает сидеть в молчании, ничего не делая, дхьяна означает промежуток, промежуток без мыслей, интервал, в котором нет движения мысли. Когда мысли не движутся, мастер может войти в вас. Когда мысли прекратились, даже на один миг, внезапно энергия мастера устремляется к вам. Это называют барака.

Однажды Хасан случайно встретил Рабию, сидевшую в окружении большого числа созерцателей, и сказал: «Я могу ходить по воде. Пойдем, прогуляемся по озеру, присядем на волнах, заведем духовную дискуссию».

Это абсолютнейшая глупость со стороны Хасана. Но он был человеком, подобным Сатья Саи Бабе. Его больше интересовало применение силы. Должно быть, он недавно научился ходить по воде и горел желанием продемонстрировать это Рабии. Он хотел получить что-то вроде одобрения от Рабии. Он хотел, чтобы Рабия признала то, что он стал великим мистиком или что-то в этом роде. Он не видел людей, которые там сидели, он не видел, что они делали. Его больше интересовала демонстрация силы, которую он приобрел.

Когда на пути вашего духовного роста начинают проявляться разные силы, нужна величайшая смелость, чтобы их не показывать.

Говорят, что ученик Риндзая, мастера дзен, как-то беседовал с учеником какого-то другого религиозного мастера, и ученик того мастера сказал: «Наш мастер — человек чудес. Он может делать все, что захочет. Я видел многие чудеса, которые он делал, я сам был свидетелем. А чем отличается твой мастер? Какие чудеса может творить он?»

И ученик Риндзая ответил: «Величайшее чудо, на которое способен мой мастер, это не творить чудес».

Поразмышляйте над этим. «Величайшее чудо, на которое способен мой мастер, это не творить чудес». Когда проявляются чудесные способности, только слабак начнет их применять. Тот, кто сильнее, не будет их применять — потому что он знает, что это лишь еще одна ловушка. Мир снова пытается затянуть его обратно.

Это последняя ловушка. Если вы сумеете избежать психических энергий, лишь молчаливо засвидетельствовав факт их появления, если вы сумеете пройти мимо них, не запутавшись в них, не попав в их плен, только тогда вы сможете прибыть домой. Но это сильное искушение.

Должно быть, Хасан оступился, и теперь он хочет продемонстрировать... Естественно, он идет к Рабии, величайшему мистику того времени.

«Я могу ходить по воде. Пойдем, прогуляемся по озеру, присядем на волнах...»

Может быть, где-то в глубине он думает, что, возможно, даже Рабия не обладает такой способностью.

«...заведем духовную дискуссию».

Никакая духовная дискуссия решительно невозможна! Духовность не знает дискуссий. Духовность знает диалог, но она не знает дискуссий. Духовность не знает споров. В суфизме нет аргументов. В нем есть знание, но нет аргументов. Мастер может делиться тем, что знает, но он не вступает ни в какие дискуссии.

Когда я много лет путешествовал по Индии, это бывало почти каждый день. Приходили люди, осведомленные люди — пандиты, эрудиты, ученые мужи — и говорили: «Мы хотим с вами кое-что обсудить».

А я всегда отвечал: «Если вы что-то знаете, скажите мне, поделитесь со мной. Я буду счастлив и рад принять это. Если вы что-то не знаете, а я, напротив, это знаю, я могу с вами поделиться. Тогда принимайте это. Если мы оба знаем, тогда нет никакой нужды это обсуждать. Если мы оба не знаем, то вообще какой смысл говорить? В любом случае дискуссия бессмысленна. Единственная возможность дискуссии: когда мы оба не знаем, но продолжаем спорить, естественно, спор не приведет ни к какому результату. Вот так люди и спорят на протяжении веков — интенсивные споры, без конца. Если же мы оба знаем, тогда нет смысла это обсуждать».

Кабир и Фарид, два мистика, встретились и сидели в молчании сорок восемь часов. Не было произнесено ни единого слова, ни единого слова! Не было нужды. Но оба смотрели друг другу в глаза и находили одну и ту же реальность. Ни единого слова. Да, это возможно. Если Иисус встретится с Буддой, это произойдет. Если Заратустра встретится с Лао-цзы, это произойдет. Что обсуждать? Вы знаете, другой знает, невозможно обсуждать, говорить не о чем.