Бхагван Раджниш – Притчи от Оша (Книга 1) (страница 24)

Но эта одна перекрывает все остальные. Нет нужды иметь еще какую-нибудь слабость, этой достаточно. В вас немного слабостей, у вас только одна из этой одной рождаются все. И вы должны помнить свою слабость, так как она следует за вами, куда бы вы не пошли, как тень; что бы вы ни делали, она окрашивает это.

Грешник

Где вы — там и молитва: вы двигаетесь, вы идете — с молитвой! Вы смотрите, вы дышите — и это молитва! Вы едите, вы любите — и это молитва! Потому, что качество полноты молитвы всегда здесь, это — как дыхание. Тогда вы и на мгновение не можете стать немолящимся. Но тогда нет нужды идти в храм или в церковь. Церковь и храмы существуют для тех, кто хочет обманывать, для тех, кто не обладает качеством молитвы и которым нравится верить, что они молятся.

Умирал один человек, грешник. Он никогда не был в храме, никогда не молился, никогда не слушал, что говорят жрецы, но в момент смерти он испугался. Он попросил прийти жреца, он умолял его. Когда пришел жрец, там была толпа. Многие люди собрались, так как грешник был великим, преуспевающим человеком, он обладал властью, у него были деньги.

Грешник попросил жреца подойти поближе, так как он хотел сказать ему что-то личное. Жрец подошел, и грешник прошептал ему на ухо: «Я знаю, что я грешник, и я хорошо знаю, что никогда не ходил в церковь, я не посетитель церквей. Я вообще нерелигиозный человек, я никогда не молился [?], так что я хорошо знаю, что мир меня не простит. Но помоги мне и дай мне немного уверенности, скажи мне только одно: что Бог простит меня»!

«Ладно, — сказал жрец, — возможно, он и простит, так как он не знал тебя таким, каким мы знаем тебя».

Возможно, Он простит, так как Он не знает тебя таким. Но если вы не смогли обмануть мир, сможете ли вы обмануть Бога? Если вы не смогли обмануть обычные умы, можете ли вы обмануть божественный Разум? Это всего лишь утешение, удобная вещь — «возможно». Но это «возможно» абсолютно неверно, не держитесь за такие «возможно»!

А где другая сторона?

Бог — не личность, где-то ждущая нас; Бог — это откровение в этом мире. Когда ум молчалив, чист, неотягощен, юн, свеж, девственен — с девственным умом Бог — всюду. Но ваш ум — мертв, и вы сделали его мертвым благодаря особому процессу. Вот этот процесс: движение от одной крайности к другой, потом — обратно, но никогда не остановка посередине.

Я слышал об одном пьянице, который шел по улице, очень большой и широкой. Он спросил у прохожего: «Где другая сторона этой улицы?» Она была так широка, а уже опускалась ночь, свет угасал, а он был совершенно пьян. Он уже ничего не видел, вот он и спросил: «Где другая сторона?» Прохожий был с ним любезен и помог ему перейти на другую сторону.

Когда он оказался на другой стороне, он снова спросил у другого прохожего: «Где другая сторона?» Человек попытался отвести его на другую сторону. Пьяница встал там и сказал: «Подожди! Ну что здесь за люди! Я был там и спросил: где другая сторона? Они перевели меня сюда, и теперь я спрашиваю: где другая сторона? Теперь они говорят, что она — там! И ты переводишь меня снова на ту сторону. Что здесь за люди? Где другая сторона?»

Нет никакой разницы, где вы находитесь: противоположная крайность становится другой стороной и становится привлекательной, так как расстояние создает привлекательность. Вы не можете представить себе привлекательность секса для человека, который пытается блюсти целибат — вы не можете представить! Вы не можете представить привлекательность пищи для того, кто постится. Вы не можете представить, так как это заключается в опыте: постоянно в уме одна вещь — пища, секс. И так до самого конца. Даже когда вы умираете, если есть что-то из крайностей, вы будете отягощены.

Скверна

Если вы постоянно думаете о том, что входит в вас, то вы никогда не разовьете эту способность бытия, которая может преображать вещи. Тогда все становится поверхностным: чистая пища, этот вид пищи и тот вид пищи; никто не должен касаться вас, вы — брахман, чистая душа. Тогда все становится нелепым! Истинное — не то, что входит в вас, истинное в том, чтобы помнить, что вы должны преобразить это.

Однажды Шанкара был в Бенаресе, и как-то утром он пошел совершить ритуальное омовение в Ганге, думая по старому браминскому образцу, что Ганг может его очистить. Когда он возвращался после омовения, один неприкасаемый, шудра, коснулся его. Он очень рассердился и сказал: «Что ты наделал! Мне нужно вернуться и повторить омовение. Ты осквернил меня!» Говорят, шудра ответил: «Тогда твой Ганг ничего не стоит, ведь если Ганг очистил тебя — и теперь ты был свежим и чистым, а я коснулся тебя — и ты осквернен, то я более велик, чем твой Ганг?»

И шудра продолжал: «Что ты за мудрец? Ведь я слышал, как ты говорил, будто в каждом существует Единый. Так позволь мне задать вопрос: как прикосновение моего тела могло тебя осквернить? Если это так, значит, мое тело может коснуться твоей души. Но ты говоришь, что тело — это, иллюзия, лишь сон, а как может сон коснуться Реальности? И как может сон осквернить Реальность? Как то, чего нет, может осквернить то, что есть? Либо, если ты говоришь, что не мое тело, но моя душа осквернила тебя, так как душа коснулась души, тогда почему я не Брахма, и почему я не тот Единый, о котором ты говоришь? Скажи мне, наконец, кто тебя осквернил?»

Говорят, что Шанкара поклонился и сказал: «До сих пор я лишь размышлял о Едином, это была лишь философия. Теперь ты указал мне Истинный путь, теперь никто не сможет осквернить меня. Теперь я понял: Единый существует, только Единый существует, и он один и тот же и во мне, и в тебе». Позже Шанкара очень старался найти этого человека. Он так никогда и не узнал, так и не установили, кем был тот человек. Может быть, то был сам Бог, может быть то была сама Первопричина… но Шанкара преобразился.

То, что входит в вас, не может вас осквернить, так как что бы ни входило, оно входит в тело. Никто не может войти в вас, ваша чистота абсолютна. Но что бы ни выходило из вас — оно несет ваше качество, аромат вашего бытия — это кое-что показывает. Если из вас исходит ненависть, это указывает, что внутри вы больны, если из вас исходит злоба, это показывает, что внутри вы не целостны; если любовь, и сочувствие, и свет исходят от вас, это показывает, что целостность достигнута.

Дорога к божественному

Вы молитесь Богу, но он не ищет вас, вот почему вы его утрачиваете. Сначала станьте самим собой, тогда Он будет вас искать. Не нужно искать Бога — и как вы можете искать Его? Вы не знаете адреса, вы не знаете его местопребывания. Вы знаете только бессмысленные слова и теории, они не помогут.

Я слышал, что один священник приехал в незнакомый город. Такси бастовали, а ему нужно было добраться до церкви, потому что он должен был произнести проповедь этим вечером. Вот он и спросил маленького мальчика, где церковь. И мальчик отвел его туда. Когда они пришли к церкви, он поблагодарил мальчика и сказал ему: «Я очень тебе благодарен за то, что ты помог мне — ты не только показал, ты и привел меня. Если ты вообще интересуешься знанием, где находится Бог, приходи этим вечером на мою проповедь. Я буду говорить о пути нахождения Божественного».

Мальчик засмеялся и сказал: «Ты не знаешь пути к церкви, как ты можешь знать путь к Божественному? Я не приду».

Но я говорю вам, даже если вы знаете дорогу в церковь, это не поможет. Каждый знает дорогу в церковь, но это ничего не дает, так как церковь — не Его место пребывания, она никогда им не была Вы не можете Его искать, так как вы не знаете Его. Он может вас искать, так как Он вас знает.

Халат

Однажды случилось так: великий поэт урду, Галиб, был приглашен на обед к императору. Было приглашено много людей, почти пятьсот человек. Галиб был бедняком, поэту очень трудно быть богатым — богатым в глазах других.

Друзья настаивали: «Галиб, ты можешь занять одежду, обувь и хороший зонтик, так как твой зонтик такой ветхий, твоя одежда почти износилась. В этой одежде и обуви так много дыр, что ты выглядишь не лучшим образом».

Но Галиб сказал: «Если я что-нибудь займу, я буду себя чувствовать не наилучшим образом, ведь я никогда ни у кого не занимал — я жил на собственные средства, я жил всегда по-своему. Разбить образ всей своей жизни из-за какого-то обеда — нехорошо».

Итак, он пошел ко двору императора в своей собственной одежде. Когда он предъявил пригласительную карточку стражнику, тот посмотрел на него, засмеялся и сказал: «Где ты это украл? Беги отсюда немедленно. Иначе тебя схватят».

Галиб не мог этому поверить. Он сказал: «Меня пригласили. Пойди и спроси императора».

Стражник сказал: «Каждый нищий думает, что его пригласили, и ты — не первый, до тебя уже многие стучали в дверь. Беги отсюда! Не стой здесь, потому что вскоре начнут прибывать гости».

Вот Галиб и ушел. Его друзья знали, что так и произойдет, так что они достали халат и какие-то туфли и зонтик — взятые взаймы вещи. Тогда он надел их на себя и вернулся. Стражник поклонился и сказал: «Входите».

Галиб был очень известным поэтом, и император любил его стихи, так что ему разрешили сесть рядом с самим императором. Когда начался праздник, Галиб сделал очень странную вещь, император подумал, что он сошел с ума: он начал кормить свой халат, говоря: «Ешь, мой халат! Ведь в действительности впустили тебя, а не меня».