Безымянный – Возвращение мстителей 2 (страница 5)

«Похоже на то, – подумал он про себя, – что на Семенове будет числиться одним „висяком“ больше. Такие преступления крайне сложно раскрывать».

Глава четвертая

Двухэтажный кирпичный особняк на окраине города возвышался над бетонным забором, окружавшим его темной громадиной. Свет горел лишь в одной из комнат на первом этаже дома. Здесь была небольшая гостиная, обставленная дорогой мягкой мебелью. У одной из стен находился камин, в котором тихо потрескивали горящие дрова. Если не считать этого мирного потрескивания, в комнате стояла почти идеальная тишина.

В кресле с резными подлокотниками, стоявшем у камина, сидел мужчина. Он был одет в домашний теплый халат. Мужчина, неотрывно глядя на мерцание огня, задумчиво протирал длинными тонкими пальцами лоб. Наконец, заметив, что дрова в камине прогорают, он встал, подбросил в камин еще пару из наколотых поленьев, лежащих небольшой грудой у камина.

Засунув руки в карманы халата, хозяин дома в задумчивости прошелся по комнате. На минуту он остановился перед зеркалом, висящим на стене над каминной доской. Он вгляделся в свое бледное морщинистое лицо, поправил упавший на лоб локон седых волнистых волос. Первое впечатление от лица этого человека говорило в пользу респектабельного пожилого профессора, много повидавшего и пережившего на своем веку. Но со всем этим обликом контрастировал жесткий взгляд его черных глаз. Это был взгляд уверенного в себе, волевого человека, привыкшего самому принимать решения и подчинять себе других. Хозяин внутренне усмехнулся, глядя на себя в зеркало.

«Да, жизнь идет, а мы не молодеем», – процитировал он про себя банальную фразу. Однако, на лице его не отразилось никаких эмоций. Он давно уже научился скрывать свои чувства и мысли. Если он когда-либо и улыбался, то лишь одними губами.

А скрывать ему было что. Все последние годы были потрачены им на осуществление его давней мечты. С этой мечтой он жил последние пятнадцать лет. Какой-то период он и не думал, что она сбудется. И пять лет назад дьявол подбросил ему шанс, который он не пожелал упустить. Все эти пять лет он жил и работал только ради этой цели.

За эти пять лет он из обыкновенного советского чиновника, занявшегося бизнесом, превратился, по сути дела, в пахана жестокой бандитской группировки. За эти пять лет он отказался от многого. Чересчур многое переступил в себе. Открыл в себе много такого, о чем раньше даже и не подозревал.

И вот теперь он вышел на финишную прямую. Осталось сделать совсем немного. Все самое главное было уже сделано. Осталось лишь аккуратно выйти из игры и замести следы. Все это было вопросом нескольких дней.

Он подошел к одной из картин, висевших на стене, и снял ее. За картиной находился небольшой сейф, вмонтированный в стену. Вынув из кармана халата ключ, он вставил его в замок сейфа и, набрав на циферблате сейфа условный цифровой код, повернул ключ в замке. Дверца сейфа открылась. Вынув из сейфа небольшой дипломат, он положил его на кровать и раскрыл. В дипломате лежали несколько плотно упакованных пачек американских долларов.

«Сто пятьдесят тысяч баксов. В принципе, одного этого мне бы хватило, чтобы спокойно жить где-нибудь в Калифорнии. Но главное, это не доллары, главное – здесь, в этой папке».

Он достал из дипломата коричневую кожаную папку, в которой находились аккуратно отпечатанные расчеты химических формул.

«Это имеет гораздо большую стоимость». Полистав бумаги, находившиеся в папке, хозяин снова положил ее в дипломат и убрал его в сейф.

В тот момент, когда он захлопнул дверцу сейфа, в комнате раздалось мелодичное трыньканье. Мужчина посмотрел на часы: было восемь вечера. Он быстро водрузил картину на место и, подойдя к вмонтированному в стену аппарату домофона, нажал на кнопку селекторной связи.

– Кто? – спросил он в микрофон.

– Это я, Казбек, – послышалось в ответ.

– Заходи, – сказал хозяин дома и нажал на кнопку, открывающую дверь внешней калитки.

Через минуту постучали во входную дверь. Мужчина вышел в коридор и, открыв ее, пропустил в комнату невысокого черноволосого мужчину в короткой кожаной куртке на меху.

– Проходи в гостиную, – сказал хозяин и закрыл входную дверь.

Когда же он сам проследовал в гостиную, Казбек сидел на корточках у камина и грел руки.

– Ну, как дела? – спросил мужчина в халате, усевшись на свое кресло у камина.

– Что касается утреннего дела, – произнес Казбек, – то все нормально, от тачки я избавился. Он повернулся к собеседнику и, ухмыльнувшись, сказал: – Весь город говорит об убийстве директора пивзавода Абрамова.

– Ничего, – ответил хозяин квартиры. – Поговорят и перестанут, с Абрамовым мы вопрос решили. Как с остальными?

Казбек отвернулся и нахмурился.

– Есть небольшие проблемы, хозяин, – сказал он. На эту секунду в комнате стало тихо, после чего Казбек произнес:

– Менты раскопали двух мертвяков, которых мы отволокли на кладбище.

– Как это случилось? – тут же переспросил хозяин.

– Пока не знаю, – ответил Казбек. – Скорее всего, кто-то заметил ночью свет на кладбище, вызвал ментов.

– Из твоих людей кого-нибудь видели?

– Нет, они уже ушли. Возможно, в темноте неплотно прикрыли крышку склепа, вот менты и нашли их. В любом случае, уверен, что это случайность.

– Ты же знаешь, Казбек, я в случайности не верю, – зло проговорил хозяин.

Казбек молча выслушал своего хозяина, продолжая греть руки у каминного огня.

– Сколько человек осталось в бараке? – спросил хозяин Казбека.

– Еще двое, – ответил Казбек.

– Скажи Брагину, чтобы завтра же никого не было. И еще, – добавил он после небольшой паузы, – на кладбище больше не суйтесь. Там может быть подстава. Пусть отвезут в лес, за город, как это и надо было делать с самого начала.

– Хорошо, – кивнул в знак согласия Казбек.

– И еще, попытайся узнать по нашим ментовским каналам, делали ли вскрытие этим двум жмурикам, и каковы его результаты? Если менты что-то пронюхали, я должен знать об этом.

Казбек еще раз послушно кивнул головой.

– Да, и еще, – хозяин встал, прошелся по комнате, – скажи Брагину, чтобы он свернул всю свою деятельность. В связи с сегодняшними событиями на завод наверняка нагрянут менты и начнут всех трясти. Пусть затаится. В лаборатории не должно быть ничего лишнего.

Казбек повернулся к своему хозяину и сказал:

– А может нам и Брагина вслед за Абрамовым отправить от греха подальше. Ты же знаешь, хозяин, что это за человек. Гнилой он. Любую пакость может выкинуть.

Тот несколько секунд поразмышлял, потом сказал:

– Нет, сейчас нельзя, это вызовет подозрения. Всему свое время.

Казбек молча кивнул и снова отвернулся к огню.

– Этот щенок объявился? – вновь нарушил тишину вопросом хозяин.

– Нет, – угрюмо ответил Казбек. – Второй день уже нет.

– А вот это уже опасно, – задумчиво проговорил хозяин. – Не нравится мне все это. Пацана надо найти как можно скорее. Слишком много ему известно.

– Думаете, он пронюхал о чем-то более важном?

– Все может быть, – ответил хозяин. – Это надо срочно выяснить, а для этого его надо найти. Займись этим лично. Пошли своих ребятишек по всем местам, где он бывал раньше. Пусть прошарят всех его родственников и подруг. Просто так исчезнуть он не мог.

– Если найдем, то что делать с ним?

– Выяснить, что он знает, кому сболтнул, после чего он нам не нужен.

Он секунду-другую помолчал, затем добавил, пристально глядя на Казбека:

– Совсем не нужен.

Тот кивнул головой и сказал:

– Понял, хозяин, все сделаем.

– А теперь иди. Как только появится информация, быстро ко мне. Разумеется, с соблюдением всех мер осторожности.

– Хорошо, – ответил Казбек, быстро поднялся и пошел к выходу.

Закрыв дверь за своим подручным, хозяин еще долго стоял у окна, вслушиваясь в звуки отъезжающей машины, на которой приехал Казбек. Он еще раз обдумывал сказанное Казбеком по поводу Брагина.

«Конечно, Казбек прав, – решил он про себя. И от Брагина можно ждать все, что угодно. Особенно в этой ситуации, когда я, в силу сложившихся обстоятельств, не могу действовать на него непосредственно».

Пять лет назад, отмазывая Брагина от тюрьмы, он уже знал, что этот ученый-химик, с, мягко говоря, нестандартными наклонностями, в обычной жизни принесет ему успех. Брагин был по-своему очень талантливым ученым-химиком, с одной стороны, и законченным извращенцем и садистом, с другой. В жизни у этого человека было две страсти: наука и секс, точнее сказать, он был отъявленным гомосексуалистом. На этом он и засыпался, попав под статью «Совращение малолетних». Хозяин снова уселся в кресло перед камином, в который предварительно подбросил дров.

«В тот момент я потратил немало денег для того, чтобы это дело замяли. И еще больше усилий я потратил на то, чтобы преодолеть отвращение к этому моральному уроду с ученой степенью. Но с тех пор я стал его хозяином и все пять лет держал его в кулаке. Я дал ему возможность трудиться, устроив его в лабораторию при пивзаводе, я дал ему возможность удовлетворять свои иные потребности. Для этой цели существовал барак, с населяющими его людьми. Однако, теперь все это не нужно и Казбек прав. Брагина надо нейтрализовать. Он свою работу сделал, надо лишь выждать время, а потом все аккуратно устроить. Нельзя скомкать и испортить концовку столь тщательно разработанного и много лет осуществляемого плана».