Безбашенный – Запорожье -1. Провал (страница 44)

Поэтому долго приятели, естественно, не колебались. Удивил Костян, который поблагодарил за звонок, но ехать с ними и получать, если это не розыгрыш, отказался. Но у них и семья уж всяко позажиточнее, и с ментами связи — может, для него именно так оно и правильно. А им-то что? Их дело было — предложить, а не хочешь — хозяин-барин. Сами ломанулись в центр сходу, молясь, чтобы во-первых, информация от знакомого Витька не оказалась дурацким розыгрышем, а во-вторых, чтобы на них ещё хватило. Понятно ведь и ежу, что желающих, подобных им, в городе полно, а по дороге Юрец высказал и гипотезу, очень нехорошую, что хоть власти и реально в панике от продвижения российских войск, и едва ли соображают с перепугу сами, что делают, но такая раздача — это явно прикрытие для грандиозного хищения с целью продать оптом налево, потому как хрен и разберёшься потом, сколько реально было роздано, а сколько до раздачи не доехало, свернув налево на полпути. Предположение было логичным и нервировало компанию всю дорогу — сколько реально довезли и раздают, и останется ли ещё на их долю?

Ошибиться с местом раздачи было невозможно — на него указывала громадная толпа. С одной стороны, хорошо — и местом не ошиблись, и не всё ещё роздано, раз толпа всё ещё не расходится, но с другой — велика ли надежда получить своё в такой очередюге, и сколько в ней стоять, и где её конец? Впрочем, когда приблизились, то оказалось, что не всё так хреново. Подавляющее большинство — просто зеваки, пришедшие поглазеть на это невиданное ранее явление. То ли бздят чего-то и не берут сами, то ли теперь дают только по записи и документам, то ли сплошь пацифисты. Некоторые проталкивались через них с автоматами на ремне или характерными длинными сумками наружу, другие, ещё пустые, в середину, где виднелись грузовики, и приятели последовали их примеру. Если дают под запись, то можно же и отказаться, верно? Типа, просто поглазеть поближе подошли. А там и очереди-то как таковой нет. Никаких документов, никакой записи, просто возле машин сгружают характерные длинные зелёные ящики, открывают их и даже не сами выдают, а только следят, чтобы брали только по одному на руки, а не пару-тройку. Ну, и пацана ещё шуганули одного, явно несовершеннолетнего.

По одному новенькому АК-74 прямо из ящика они выбрали беспрепятственно, с другой машины получили по брезентовому ремню и подсумку, с третьей — магазины, по четыре на ствол. Естественно, пустые. Дольше всего, как ни странно, получали патроны, за которыми успела скопиться очередь, поскольку все хотели по цинку на ствол, кто-то и по два, редко кто просил цинк на двоих. Но всех постигал жестокий облом — давали шесть пачек на ствол, как раз на эти четыре рожка, и ни пачкой больше. И всем недовольным на их возмущение отвечали, что больше — только в ополчении дадут тем, кто запишется. Что характерно, никто перед компанией так и не задал вопроса, где идёт та запись, а все взяли свои шесть пачек и ушли, бормоча что-то себе под нос.

Заценив ситуёвину и не тратя времени на бесполезные препирательства, взяли и они по шесть пачек, после чего сразу же уложили всё полученное в предусмотрительно прихваченные с собой баулы. Возле машин никаких съёмок на камеры не велось, но среди зевак некоторые снимали происходящее на смартфоны, и попадать в кадр лицом, да ещё и с автоматом в руках, категорически не хотелось, да и через полгорода открыто его тащить умной идеей никому из них не представлялось. Поэтому упаковались и протолкались так, чтобы лица перед смартфонами зевак не светить, а домой вернулись кружным путём.

Вроде бы, и добрались без палева, и потом не настучал никто, и домашние все с пониманием отнеслись, даже матери, но конечно, заныкали они свои автоматы подальше и не болтали о них с посторонними, не говоря уже о том, чтобы похвастаться перед кем-то наглядно. Не для того ведь брали, а просто, шоб було. Как ни пугали паникёры, не вышло и никакой массовой стрельбы на улицах, хоть и были, конечно, единичные случаи. Народ ведь разный, и всегда найдётся какой-нибудь неадекват. Но хотя обзавелись автоматами в городе достаточно многие, основная масса просто тихонько приныкала их, явно из таких же соображений, как и их компания. Ни их никто ни о чём на эту тему не спрашивал, ни о других до них подобных слухов не доносилось. И хрен даже знает, получил ли ещё кто-то их кварталов, из соседних или за проспектом. Все молчали, как рыба об лёд. Олег вон и на войну сходил, и повоевать успел выданным уже в армии автоматом, а этот свой дома так и лежит заныканный и есть не просит. И теперь все четверо радовались, что ни у кого из их семей не было ни дачи, ни гаража, где иначе эти автоматы и лежали бы в захоронках, а все дома, при них, провалились в эту хрень вместе с ними.

Правда, и вопрос по ним теперь возникал интересный. В том-то прежнем мире по принятому наконец-то Радой закону об оружии, боевым калашом гражданским владеть не полагалось. С другой стороны, вышло постановление о боевом оружии у гражданских на время действия в стране военного положения. Но ведь и сама страна, и её официально объявленное военное положение, как и вызвавшая его война — всё это осталось там, в том прежнем мире. А что здесь? Об опасности для их анклава со стороны дикарей Семеренко объявил, в ополчение всех призвал и поочерёдно тренирует, но вот об этом официальном военном положении — как-то промолчал. Ни о распространении того прежнего на этот мир не сказал, ни об его отмене, ни о введении вместо него нового, уже здешнего. Как хочешь, так и понимай, но ведь такое же право менты и за собой оставляют, а как они сами захотят эту ситуёвину понимать, хрен ведь их знает. И не должны бы, вроде, но в принципе могут ведь рассудить, что раз нет явной войны ни с кем, то нет и военного положения? Или, ещё хлеще, сейчас — ладно, угрожаемый период, потом война с чурками то ли случится, то ли нет, но после неё один хрен наступит мир, и какое тогда в сраку военное положение?

И вроде бы, было ещё постановление, по которому после окончания военного положения гражданский имеет право и заказать переделку своего боевого оружия за свой счёт в гражданское, после чего зарегистрировать его на себя уже в этом качестве, но как это сделать здесь, в их условиях? Технически-то — понятно, шептало у калаша доработать так, чтобы огня очередями не допускало. А юридически? Оставит ли Семеренко право на переделки оружия отцу Костяна в заведомо мирное время? Не выйдет ли тогда право без возможности его реализовать, когда заказать-то такую переделку ты право имеешь, только принять твой заказ никто права не имеет, а ты сам переделать — тем более? И тогда изволь сдать незаконное боевое оружие, раз не можешь переделать его в законное гражданское. И пока сохраняются такие непонятки — правы ведь хлопцы, стрёмно засвечивать автоматы.

А с другой стороны, и продолжать-то их ныкать от всех в этих условиях как-то не по-людски выходит, когда период реально угрожаемый, и важен каждый ствол. Значит, надо будет как-нибудь очень аккуратно этот вопрос у Семеренко провентиллировать, что и как он сам на эту тему думает и готов ли распространить своё уважение к собственности и на очень неплохое оружие, которое в этом случае могло бы у людей и "найтись". Через того же Костяна, допустим, а он — тоже не сам, а допустим, через Зозулю, по оружейной части настроенного либерально. Но это дело может и до завтра потерпеть, а пока важнее и срочнее то, чем они сейчас и заняты — укрепление бывшей танцплощадки парка, круглого в плане бетонного сооружения, которое давно уже по назначению никем не используется, зато так и напрашивается в качестве мощного форта на северных подступах ко Дворцу. И пока, конечно, временная кладка без раствора, поскольку капитальной не успеть им за эти дни, ну так зато и выкладывают они эту времянку вдумчиво, с учётом удобства и обзора, и стрельбы, и рукопашной обороны, если дойдёт дело и до неё, и взаимодействия с охраной Дворца, который основная крепость со стороны реки, а это — его северный форпост.

Нижние окна, конечно, ставнями из плетня надо прикрыть, как это делается во всех зданиях, чтобы дикари, если нападут, не порасхреначивали стёкла стрелами. Если эти побьют, новые-то потом где взять? А без них хреново будет зимой, холодно, а помещение под собственно площадкой так и напрашивается в качестве караулки для гарнизона форта, в которой должно быть и тепло, и светло, и удобно. Хоть и жалко, конечно, кустов и даже деревьев в этой части парка, которые приходится спиливать для очистки от них будущих секторов наблюдения и обстрела. Люди когда-то трудились, выравнивая и благоустраивая территорию, сажая всю эту растительность и ухаживая за ней, а теперь немалая часть того ихнего труда беспощадно пускается по звизде. Но деваться некуда — обороноспособность сейчас на первом месте. В идеале — настолько внушительная и наглядная, чтобы дикарям и пробовать-то её на зуб сразу же расхотелось. И сразу же подходящие прутья и ветки от всей спиленной растительности идут на плетни для защиты ставнями оконных стёкол. А зелени чуток подальше полно такой, которую даже самые глубокие старики и не упомнят — нетронутая людьми исходная природа. Есть чем полюбоваться из тех же окон, если ещё и стёкла в них уберечь удастся.