Безбашенный – Античная наркомафия-8 (страница 38)

Будут, конечно, и капсюльный револьвер изучать. Во-первых, как своё личное табельное оружие на будущей службе. Мощи у нас ещё далеко не те, чтобы производить унитарный патрон массово, так что перевооружение войск образцами под него – дело ещё очень нескорое. Но производство капсюлей особо серьёзных мощей не требует – оснастка и оборудование на них и проще, и компактнее, и на той же Капщине, например, не говоря уже о Кубе, наладить его на привезённой с собой оснастке с их инженерной подготовкой в небольших количествах особого труда не составит. А во-вторых, как важную техническую веху в развитии огнестрела. Без капсюля нет и не может быть и полноценного унитарного боеприпаса. Как массовый мы этап капсюльного оружия не планируем – ни специальных образцов, ни переделки кремнёвых. Нет у нас в этом такой уж насущной необходимости, так что как дульнозарядный этап массового армейского огнестрела мы пропустили, так и чисто капсюльный его этап мы тоже пропустим. Разбогатеем производственными мощами и квалифицированными кадрами – будем тогда с кремнёвых образцов сразу на унитарные стрелков перевооружать, включая и пулемёты, а до тех пор как-нибудь обойдёмся.

Тем не менее, наш высокообразованный молодняк вовсе не обязательно лишать скорострельного многозарядного личного оружия, а заодно наглядного свидетельства как их принадлежности к элите социума, так и возможностей технического прогресса. Новое – оно ведь всегда поначалу редкое и далеко не для всех, но проходит какое-то время, и оно становится массовым. Разве их солдатские мечи и кольчуги отличаются чем-то от мечей и кольчуг отцов-командиров? А давно ли мало кто их имел? И давно ли были уделом лишь немногих избранных те кремнёвые винтовки, которые теперь становятся массовыми для солдат прямо у них на глазах? То же будет и с образцами поновее, дайте только срок. В метрополии, кстати говоря, и эти-то не внедряются, потому как не положены они вблизи от завидючих римских глаз, так что цените, граждане колонисты, свою жизнь на отшибе от передовой средиземноморской цивилизации, гы-гы!

Так что постреляют они из своих табельных револьверов, покажут их и своим бойцам, объяснят отличия и принцип действия, объяснят и причины их редкости, а затем объяснят на их примере и возможности дальнейшего прогресса с унитарным патроном и образцами под него, которых сами эти бойцы, возможно, и не дождутся, но уж их дети и внуки будут тащить службу уже с ними. А потом покажут бойцам класс на стрельбище и с обычными солдатскими кремнёвыми образцами – зря, что ли, сейчас их изучают? Народ и его элита – едины. Собственно, для этого прежде всего и нужна казнозарядная кремнёвая пистоль, однотипная с винтовкой Холла – Фалиса.

– Турия, почтенная Теква тебя не заругает за то, что ты отбилась от класса? – на добрую половину экскурсионной программы своего класса шмакодявка наплевала, многое повидав и опробовав ещё в моих мастерских на вилле, а тут они с Волнием как раз добили гравировку шкалы логарифмической линейки и настраивали пантограф на следующую.

– Не заругает, досточтимый, я у неё отпросилась, – и улыбается, оторва, – Мне и с папой ещё пообщаться надо, полгода ведь почти не виделись, – благодаря ослаблению режима карантина на зимний период, в этот раз была возможность не мариновать Трая в приграничном "концлагере", а впустить его внутрь страны и тоже прихватить с собой в Лакобригу, дабы пообщался с девчонкой, не отрывая её от производственных экскурсий.

– Я, конечно, ничего не вижу, Максим, как мы с тобой и договаривались, но то, что мне здесь "случайно мерещится", просто поражает, – я знаю сдержанность кордубца, и мне нетрудно понять, в какой он степени прихренения от увиденного, – И люди, вроде бы, такие же, как и у нас, и говорят они, вроде бы, по-турдетански, но о чём говорят – я едва только половину понять могу, включая ругательства мастеровых, да и их-то понимаю не все, а уж что они при этом делают – не понимаю и на треть. Догадываюсь, конечно, что что-то вполне осмысленное для них и нужное для тебя, но от меня этот смысл ускользает. Мне казалось, что живя в Кордубе, я знаю о работе с железом всё, что только может о ней знать тот, кто не работает с железом сам. Но здесь мне "мерещится" такое, что поставило бы в тупик и лучших кордубских кузнецов. Подозреваю, что и греческих тоже, а чего-то, наверное, не поняли бы и мудрейшие из их философов. Турия кое-что объясняет мне, но я всё равно не понимаю слишком многого, и мне даже делается стыдно – сопливая девчонка знает и понимает в этом деле гораздо больше меня, хоть я, вроде бы, и не дурак. И это ещё только школа для сопляков, после которой будет ещё Академия? Кого вы готовите из этой малой детворы? Я понимаю, что не богов, но мыслимо ли такое для простых смертных?

– А отчего ж нет, Трай? Мы сами-то кто, по-твоему? Человек – он такой. Много чего может, если его этому научить, и если ему это нужно или интересно настолько, что он ради этого преодолеет даже свою лень. И то, что тебе "мерещится" здесь – ещё не всё, что мы можем уже сейчас, и лишь малая часть того, что мы хотим и рассчитываем сделать в будущем. Правда, уже не здесь, а за Морем Мрака.

– Ты и это всё хочешь туда перенести?

– Не абсолютно всё, но всё то, что поражает тебя здесь – да. А что мне остаётся? Это с тобой мы можем договориться, что некоторые вещи тебе здесь только "мерещатся", а вот с другими, особенно с римлянами – едва ли. Так зачем же мы будем лишать их сна и покоя? Это же было бы не по-союзнически, верно? – шмакодявка, переглянувшись с моим наследником, захихикала в кулачок, а её отец расхохотался и в голос от железобетонной логики моих рассуждений.

– И из моей Турии вы делаете такую же?

– Да, точно такую же, как и наши дети. И собственно, не делаем, а уже сделали. Помнишь, я предупреждал тебя с самого начала, что обратной дороги ей не будет? Теперь ты понимаешь, почему?

– Да, ты так и объяснял мне тогда. Муж ей, конечно, теперь подойдёт только из ваших парней. Во всей Бетике я не найду ей такого жениха, с которым ей не будет скучно и тоскливо. Но и из ваших – ты же понимаешь, что мне не всё равно, кто им станет. Да и сама она, как видишь…

– Давай, Трай, всё-же не будем решать за моего парня. Шансы у твоей девчонки очень неплохие, но решать – ему. Я вот, например, очень не любил, когда мне кто-нибудь выносил мозги, пытаясь повлиять на моё решение сверх разумной меры. Подозреваю, что у нас с ним это наследственное, так что давай и не будем портить твоей девчонке всё дело, которое у неё, считай, практически на мази. Споются сами – я буду рад этому не меньше, чем ты, сам лучшей невесты для него не вижу, но окончательное решение – за ним.

– А не перехватит его какая-нибудь вот из этих постарше? – кордубец опасливо скосил взгляд на "гречанок" выпускного потока, которых как раз только что привела на экскурсию Клеопатра Не Та, – Девки все видные, фигуристые, всё при них – да такие кого угодно завлекут, если захотят. И в этом вы нас, кстати, тоже обскакали так, что вас уже и не догнать. Наши жеманные гетеры, что понаехали уже в Новый Карфаген, меня бы так не тревожили, но эти, хоть и пигалицы ещё – сразу видно, что отборные.

– Если и перехватит какая на ночку-другую, пока твоя подрастает, так я в этом трагедии не вижу. В том, что он попялится на их первосортные выпуклости – тем более. А кто в его годы не пялился бы на такое зрелище? – я как бы невзначай встал сам так, чтобы заслонить спиной пацана, который уже, конечно, доставал из поясной планшетки трубу, – Не эти опасны, а те, которые перевелись в школу к нашим и учатся вместе с ними. Вот те – да, некоторый риск есть.

– Да я, собственно, их и имею в виду, – уточнил Трай, – И всё при них, и знают, чего хотят, и трудности для этого преодолевать готовы, и показать это умеют наглядно, а главное – крутятся ведь перед носом ежедневно. Эти-то что? Пусть пялится, – судя по его усмешке, он прекрасно разгадал смысл моего "случайного" манёвра.

– Староваты они для него.

– Так ведь на следующий год такие же, но помоложе подоспеют.

– А через год подоспеют следующие, и твоя будет среди них. Не беспокойся, на его совершеннолетие, а точнее – на выпуск его потока, я парню такую наложницу подарю, что ему будет не до других, так что до подрастания твоей опасность минует точно.

– И где же ты такую отыщешь?

– Не я. Эти-то на что? – я кивнул ему в сторону "гречанок", – Закажу им, а вкус его они изучат быстро, когда он начнёт гулять по ним после совершеннолетия, так что они и подыщут ему девчонку по вкусу, и обучат её в лучшем виде. Или ты думал, что мы свою школу гетер затеяли исключительно подражая грекам? – и мы с кордубцем рассмеялись…

– Папа, а кто такие эти англичане? – спросил меня Волний после обеда, выбрав момент, когда мы с ним оказались с глазу на глаз, – Ты как-то раз проговорился о них.

– И о том, что они ружья кирпичом не чистят? – я ухмыльнулся.

– Ну, в общем-то да, – мой наследник старательно изобразил смущение, – Я из-за этого и заинтересовался. Я понял, что это шутка, но ведь не просто же так она появилась?

– Молодец, соображаешь! – одобрил я, – На втором курсе мы расскажем вам и о них. Сейчас такого народа ещё нет, но он появится, когда окончательно рухнет Рим.