Безбашенный – Античная наркомафия-7 (страница 14)

Я ведь упоминал уже, почему "громовой" полигон у меня расположен вблизи от мануфактуры? Если наш шум не должен привлекать внимания посторонних, то где нам тогда надо шуметь? Правильно, только там, где всё время шумно и без нас. Например, где то и дело грохочут механические молоты и скрежещут металлорежущие станки.

Собственно, в первую очередь эта экскурсия на мануфактуру предназначалась для ребят из младших классов – старшие-то уже бывали, а кое-кто – и не по одному разу. Мои с Миликоном-мелким, дабы не скучать, сразу к новинкам ломанулись, и я закрыл на это глаза – чего им, в самом-то деле, ликбез для новичков слушать. Ганнибалёныш тоже хотел было с ними увязаться, но ему я велел держаться со всеми, потому как он-то здесь – впервые, как и мелюзга. Так что, пока мы с моим управляющим показывали и объясняли новичкам самые азы, "ветераны" уже скучковались возле длинного токарного станка, на котором работяга – уже третий год, как вольнонаёмный – как раз продавливал закалённым дорном нарезы в будущем винтовочном стволе. Гляжу краем глаза – Волний с царёнышем уже рукоятку задней бабки крутят, подавая пиноль с толкателем дорна, а работяга водит руками, то бишь руководит и направляет. Так, в обратную сторону быстро завертели – ага, сейчас толкатель сменят. Так и есть – этот вынимают и вставляют другой, подлиннее. Их несколько в комплекте – от самого короткого, на револьверный ствол, до самого длинного – на всю длину винтовочного.

Мелюзге мы тем временем механические молоты показываем – сначала малые "ручные" размером с обыкновенный кувалдометр, с которым с помощью рукоятки типа колодезной и кулачка-кривошипа без особого труда управляется самый обыкновенный ученик кузнеца, не старше Кайсара и Мато и не крепче их. Самому же кузнецу на этом агрегате даже молоток не нужен, он только заготовку в клещах нужным местом под молот пододвигает, да учеником командует. И у пацанвы-то, кто впервые видит, глаза с блюдца, а уж у девок – тем более. Ганнибалёныш, оказавшийся из новичков самым крепким и тоже видевший, как мои "токарят", тоже не утерпел и попросился покрутить рукоятку молота. Надолго его, правда, с непривычки не хватило, но видно по нему, что понравилось. После малых к большим переходим, размером с наковальню того малого, где крутить вручную уже и нечего, потому как водяное колесо их привод крутит. Тут молотобоец кузнецу и не нужен, а работают они с учеником попеременно – где работа черновая, попроще, её сам ученик делает, а наставник подсказывает и указывает на мелкие ошибки, а где посложнее и поответственнее – там уж он за клещи берётся, поясняя ученику ещё малопонятные для того тонкости. Ну, если где заготовка увесистая, и одному ворочать её клещами тяжело, там уж работают вдвоём. Ганнибалёныш и тут хотел поучаствовать, и я дал отмашку, чтоб ему дали пару раз перевернуть поковку клещами, после чего он и сам въехал, что здесь ему – уже не тут. Впрочем, для утоления первоначального любопытства и этого хватило – ну, в сочетании со словесными пояснениями.

Мои тем временем, продорнировав с токарем ещё один ствол, перетекли от него к новейшему экспериментальному вертикально-фрезерному станку, который как раз на днях переделали с учётом выявившихся в работе конструктивных ошибок. В отличие от того Леонарды, который да Винчи, мне не понадобилось применять промежуточный этап шарожек типа круглого напильника, поскольку у меня уже были отработаны и короткие спиральные свёрла. Берём такое сверло, даём ему по ленточкам затыловку, чтобы могло резать ими, и получаем концевую фрезу-двухпёрку. По стали она работает хреново, так что это чисто для теоретического обоснуя, а реально у меня делаются для работ по ней трёх- и четырёхпёрки. Шарожка ведь не режет металл, а скребёт как напильник, да ещё и одним и тем же местом, потому как короткая, отчего быстро выходит из строя, и их хрен напасёшься, а производительность – даже ниже, чем у обычного опиловочного станка с нормальными машинными напильниками. Я ведь упоминал уже о механизации слесарки? В реале я о таких не читал и даже не слыхал, но при наличии механических ножовок для распиловки металла идея применить тот же самый принцип и к опиловке напильником напрашивалась сама собой. А чего, спрашивается, работяги будут вручную напильниками твёрдые поковки шкрябать, когда механизировать это дело можно? Теперь вот и фрезы нормальные наконец появились – ну, относительно нормальные, поскольку сталь – всё та же инструментальная углеродка, и скорости резания – соответствующие. Но хотя бы уже не напильник при черновом съёме – ага, "пилите, Шура, они золотые".

Издали не разглядеть, но судя по размерам, там как раз фрезеруется ствольная коробка к винтовке Холла-Фалиса, производящейся уже серийно. Как вспомнишь это её выпиливание на тех опиловочных станках, когда я его впервые налаживал – млять, это же жопа! Даже то, что в реале её вообще врукопашную выпиливали, утешало мало, но куда было деваться? Теперь, хвала богам, хоть какую-то фрезеровку отрабатываем, и уже не за горами момент, когда слесарю только припиловка шероховатин, да заусенцев останется, а на опиловочных станках только радиусы от фрезы в углах нутра подбирать будем, если по конструкции острый угол требуется. Производительность, конечно, всё ещё удручающая по сравнению с современной, но для современной быстрорежущие стали нужны типа Р18, а это – вольфрам, до которого мы ещё не доросли.

Пока мои там крутят рукоятки подачи стола под руководством фрезеровщика, мы показываем мелюзге ножовочные и опиловочные станки. На них и ганнибалёныш, не утерпев, рукоятки покрутил, глаза сияют, а потом спохватился испуганно:

– Досточтимый, только мой отец не скажи, что я САМ работал! Заругает!

Таков уж этот античный мир, в самых развитых странах которого физический труд, даже высококвалифицированный, элита считает уделом рабов, только позорящим солидного и уважаемого свободного человека. Архимед – и тот едва ли хоть что-нибудь в своих продвинутых механизмах сделал собственными руками. В этой компании заведомо элитных, но не гнушающихся поработать руками наших детей, не в падлу быть "как все" и мелкому Баркиду, но его опасения, что отец "не поймёт-с" – далеко не беспочвенны…

А после производственной экскурсии мы отправились, как я и обещал детворе, на стрельбище. Из револьверов стреляли, конечно, с малой дистанции и в "одинарном" режиме, то бишь с предварительным взведением курка. Механизм-то у наших агрегатов двойного действия, но в самовзводном режиме спуск настолько тугой, что и взрослая-то баба его выжмет не всякая, особенно с непривычки, куда уж тут подросткам? Многие и с двух рук били, потому как и отдача – тоже вполне взрослая. Из винчестеров – метров с пятидесяти, дабы, не имея за плечами хорошего настрела, хоть во что-нибуль попадали. Особенно прикольно это выглядело в исполнении стрелявших впервые "гречанок".

Кто-то хотя бы старается попасть, как и пацанва, по принципу "один выстрел – один труп", то бишь дырка в мишени, но некоторые – прямо как мелкие шмакодявки – аж глаза зажмуривают, хотя и по другой причине – не столько даже от страха перед грохотом и отдачей выстрела, сколько балдея от собственноручно сотворённых "грома и молнии". Впрочем, и означенные мелкие шмакодявки балдеют по этому поводу ничуть не меньше девок постарше – благо, зимние дни заметно короче летних, а дело к ужину, и в сумерках вспышки выстрелов гораздо эффектнее. Хвала богам, моя мануфактура завалена заказами, и кузнечный цех работает в две смены, так что и там продолжают грохотать механические молоты, маскируя шум от наших стрельб…

Отстрелялись, мы показали детям чистку и смазку оружия, потом их повели по домам ужинать, а слуги – уже при свете масляных светильников и факелов – пособирали гильзы от винчестеров. С револьверными проще, они в барабане остаются и собираются при перезарядке барабана, а винтовка-то ведь их выбрасывает. Осматриваем их с Володей – так и есть, штук пять потоптали, и если две можно аккуратно выправить, то три – только в переплавку. Ну, выбив сперва капсюли и из них, конечно.

Годные гильзы делим на три примерно равные кучки – Серёга их тоже на свою долю попросил, и мне не нужно объяснять, зачем они ему понадобились. За тем же, зачем и нам со спецназером. Хоть и мелкий ещё у него пацан, но тоже стрелял вместе со всеми, и показать ему переснаряжение стреляных гильз – тоже дело нужное и полезное.

За ужином дети впечатлениями обмениваются – и от верховой езды, и от озера, и от пикника, и от стрельб, конечно же, но что самое интересное – и от производства тоже. Ганнибалёныш, который с мелюзгой только самые азы изучал и до новейших станков не дошёл, у моих допытывается, чего они там такое делали, они ему объясняют специфику токарных, а теперь и фрезерных работ, как сами в неё въехали, да так увлечённо, особенно Миликон-мелкий, который только на зимних каникулах и бывает в Лакобриге вместе с моими оболтусами, так что для него и впечатления все – свежее и ярче, больше эффекта новизны. А он же вдобавок ещё и хоть и младший, но всё-таки царёныш, и раз уж ему это уместно и интересно, то и мелкому Баркиду интереснее вдвойне. Спрашивает, для чего всё это нужно, я киваю Волнию, тот снимает с ковра на стене висящий на нём винтарь Холла-Фалиса, приносит мне, я его разбираю – ну, не полностью, конечно, а извлекаю из ствольной коробки затвор-казённик с ударно-кремнёвым замком, показываю пацанве всё это хозяйство, объясняю, почему и для чего оно должно быть именно таким, а не проще, а уж затем – какие трудности приходится преодолеть, чтобы всё это именно так и сделать. Причём, мои тут же вспоминают обрабатывавшиеся на станках заготовки, с уверенностью тыча пальцами в ствол и в ствольную коробку винтаря. Объясняют ганнибалёнышу, как сами поняли, я только местами поправляю и дополняю их.