Бейби Лав – Мой драган. Любовь как книга (страница 17)
— Так как же нам вас отблагодарить? — пристально смотрит мне в глаза мой внезапный принц. И я отмечаю, что он ведёт речь от них двоих. От себя и Барби.
Мне хочется крикнуть ему прямо в лицо: «Возьми меня! Возьми прямо здесь на этом коврике в коридоре! Так, чтобы у меня свело ноги и руки от сладкой судороги…», но нет, конечно же, я лишь сдержанно улыбаюсь и произношу чуть охрипшим от внутреннего волнения голосом:
— Да что вы, тут не за что благодарить. Вы мне ничего не должны. В конце концов, люди же должны помогать друг другу, правда? — стараюсь улыбнуться я ему своей самой очаровательной и соблазнительной улыбкой, но совсем не уверена, получается это у меня или нет.
Всё-таки годы без практики.
И Барби скалит на меня свои мелкие зубки. Рычит. Ревнует маленькая сучка. Ну что же. Я её по-женски отлично понимаю. Я бы тоже набрасывалась на каждого, кто бы посмел приблизиться к моему хозяину.
— Ах да, простите, — смущённо улыбается мой гость. — Евгений. Можно просто Женя, — и я жму его руку. Крепко обхватив её своей ладонью, и про себя замечаю, как моя рука тонет в его. Как в тёплом полированном кожухе. Какая у него мягкая кожа и длинные утончённые пальцы.
Как у пианиста или контрабасиста.
— Инга, — энергично пожимаю я его руку, боясь оторваться от неё. — Может быть, чаю? — и понимаю, как это, скорее всего, нелепо выглядит со стороны.
Зачем предлагать мужчине, которого ты видишь в первый раз в своей жизни, чай?! Отдала собачку и дело в сторону! Спасибо и до свидания. Но я просто выдумываю, вымучиваю хоть какой-нибудь повод, чтобы побыть ещё совсем немного рядом с этим красавцем. Женей.
— Спасибо вам огромное ещё раз, Инга, но мы, пожалуй, пойдём, — обращается он к своей Барби. Как-будто спрашивает у неё разрешения. И она покорно лижет его в лицо.
И он протягивает мне квадратик бумаги. И я не сразу соображаю, что это простая визитка!
— Ну конечно, — фальшиво смеюсь я в ответ, и, дотянувшись до своей сумочки, протягиваю ему свою.
— Так вы редактор? — удивлённо поднимает он свою красиво очерченную бровь. Чёрт, даже это он делает прямо как в самом сочном бульварном романе! Как на картинке. — Indigo Publishing? Обожаю ваши книги! Постоянно покупаю их!
Я стою, как громом поражённая, как написала бы моя ненаглядная Алекс. Я не верю своим ушам. Этот невыносимый красавец любит читать книги?! И при этом он не похож на объевшегося галлюциногенными грибами анархиста? Заботливый, нежный, надёжный, судя по его крепкому рукопожатию.
И сейчас он поворачивается ко мне спиной и начинает спускаться вниз по лестнице. Навсегда уходя прочь из моей жизни. Как зимнее питерское солнце: покажется раз в два месяца на пять минут, чтобы навсегда скрыться за вечными свинцовыми тучами.
Моё сердце глухо ухает куда-от вниз, как от безвозвратной утраты, но тут Евгений поворачивает в мою сторону свою ослепительно-красивое лицо и бросает перед тем, как скрыться за поворотом:
— Инга, если вы не против, давайте я угощу вас как-нибудь кофе? Я вам напишу?
И розовая надежда взрывается в моей душе конфетной пиньятой:
— Конечно не против! Пишите! — с самой приветливой улыбкой бросаю я.
Как будто это в порядке вещей, как будто это случается со мной каждый день: самый красивый и притягательный мужчина с собачкой предлагает угостить меня кофе.
— Успокойся, дыши глубже, — слышу я в трубку голос своей дорогой Пчёлкиной. — Я уже поняла, что этот мужчина со всеми признаками альфа-самца полностью очаровал тебя. Но помни, дорогая: он петушок, а ты курочка. Он должен догонять, а ты — убегать.
— Какой, на фиг, петушок? — не сразу понимаю я, что хочет донести до меня моя подруга.
— Я хочу тебе сказать, что не пиши ему первая. Подожди. Выдержи паузу. Что будет, если курочка начнёт гоняться за петухом и запрыгивать на него? Правильно, она его отпугнёт. Ну так вот, будь курочкой, — сыпет зоологическими премудростями Ира. — Теперь твоя задача — заманить нашего самца в свои крепкие лапки. И сожрать его. Как паучиха. Или самка богомола, — подытоживает она.
— Но я не хочу жрать его, — оправдываюсь я.
— Да-да, именно, но мы не так далеко ушли от насекомых, поверь, — убеждает меня Пчёлкина. — Поэтому сначала надо его привлечь и заманить, а потом уже решим, что с ним делать, — отдаёт она последние распоряжения.
— Но как? — чуть ли не плачу я в трубку. — Как мне пробиться сквозь плотную толпу желающих его женщин?
Которых у него наверняка, миллион? Ровно половина женского населения Питера.
— Я что-нибудь придумаю, — обнадёживает меня Ира, перед тем как отключиться, и я понимаю, что не смогу заснуть.
Потому что как только я закрываю глаза, я вижу перед собой это невозможное божество с розовой собачкой, и чувствую себя героиней самого пошлого, самого приторного и самого похабного романа Алекс Стар…
4
Я просыпаюсь от странного звука, прорезающего тёмный сгусток ночи, как нож разрезает шоколадный фондан.
Кто вообще звонит в такое время?! Я пытаюсь выкарабкаться из оплетающих меня тенёт сна, где смешались в одну сладкую массу обнажённые мускулистые торсы, нежные пальцы контрабасиста, мои ноги, обвивающие мужские напряжённые бёдра и брехливые мелкие собачки в розовом, пытающиеся тяпнуть меня за голую пятку.
Мой телефон продолжает буквально взрываться от залихватской мелодии, которую я как раз установила на ноябрь: что-то балканское, что выскочило первым в поисковике, и я брожу по тёмной комнате в поисках своего телефона, пока не нахожу его рядом со своей подушкой. Я же как раз вчера разговаривала перед сном с Ирой, и так и оставила его здесь.
— Слушаю, — хриплым неприветливым голосом бурчу я в трубку.
— Добрый день! Это Инга? — слышу я радостный мужской голос на другом конце провода.
Он что, идиот? Звонить в такое время! По крайней мере, он точно не из Питера, где звонить людям до двух часов пополудни вообще считается моветоном
— Да, это я, — недовольно бормочу в ответ. — С кем имею честь говорить?
— Др
— Что?! Какая встреча? — не понимаю я. — В час дня? А сейчас который час?
— Уже час десять! — весело отвечает мужчина.
Я не соображаю, что происходит, и судорожно хватаю свой планшет, валяющийся тут же, на кровати: а как же, я вчера так увлеклась прекрасным незнакомцем, с которым меня свела судьба в виде розовой собачки, что даже не удосужилась проверить почту.
И вот оно, письмо от Бельского:
Я мгновенно собираюсь, как натянутая струна ситары, и отвечаю:
— Простите, Дракон, я немного задержалась на встрече в типографии, у меня сдача книги в печать, но я уже в дороге к вам. В такси, — с тревогой выглядываю я на свой плещущийся внизу канал Грибоедова. — Такие ужасные пробки, — напропалую вру я, на бегу стягивая с себя свою пижаму и зарываясь в шкаф в поисках хоть чего-то похожего на приличную одежду.
И, конечно же, не нахожу.
— Но я дико извиняюсь, и чтобы вам было не скучно меня ждать, предлагаю вам пока что-нибудь заказать себе на обед. У «Елисеевых» подают прекрасные блюда из осетрины, — злорадно предлагаю я.
Пусть мой дорогой начальник сам оплатит чёрную икру из представительских, раз уж назначил мне встречу в такую рань. Хотя я прекрасно понимаю, что Егор ни в чём не виноват: я никогда не пропускала раньше свои рабочие дела, а уж тем более не могла уснуть, не проверив предварительно рабочую почту перед сном.
Во всём виноват прекрасный Женя, всю ночь сжимавший меня в своих сладких мужественных объятиях, и мне становится противно от одних только воспоминаний.
Противно и невыносимо сладко одновременно Так вот, значит, как это работает!
— Навигатор показывает полчаса, и я буду на месте, — проверяю я маршрут на мобильном, уже одной ногой влезая в штанину джинсов. — До встречи! — бодро рапортую в телефон, нажимаю отбой и натягиваю сверху какую-то странную блузку с рюшами, завалявшуюся у меня в шкафу.
Ничего страшного: очень даже современно. Джинсы и блузка, отлично! Подумаешь, литературный агент, это он меня должен угощать обедом, а не я его — чёрной икрой! Таких писак, как его Сашу Шу, на Амазоне пруд пруди!
Я прыгаю в очередное такси, и пока еду мимо родных обшарпанных стен любимого города, размышляю о превратностях судьбы и алгоритмов: ведь это очевидно, что какие-то сбои произошли в великой небесной машине, сместились мелкие шестерёночки, только для того чтобы вывести на первые страницы поисковиков какой-то посредственный роман очередной посредственной домохозяйки.
И вот он попался на глаза сотням тысяч читателей, или сколько их там на Амазоне ежедневно, и они, как послушные свинки, тыкнулись своими пятачками в посредственную кричащую обложку, закопались в дешёвый пахнущий усилителями вкуса фэстфудный ароматный текст, пропитанный сексом, страхом и вожделением, не смогли оторваться, продираясь сквозь слёзы, боль и оргазмы героини, пока не вынырнули на другой стороне, подтолкнув Сашу Шу на вершины мировых чартов.
Сделали её миллионером. Халифом на час. Какая ирония!
И теперь я еду на встречу с каким-то Драконом, что это вообще ещё за имечко такое, чтобы целовать его в попу, обещать золотые горы и миллионы прибыли на российском рынке. Что, кстати совсем недалеко от истины. Потому что публике уже скормили порцию дымящейся сладкой массы, и она, безусловно, захочет ещё. Ибо здесь есть всё: и хлеб, и зрелища.