Бетти Алая – Два бандита для матери-одиночки (страница 4)
– Вот и закончилось моё порочное приключение, – принимаю классный душ, собираюсь и выдвигаюсь домой.
Совершенно не заметив лежащей на прикроватной тумбочке записки…
Глава 3
Гордо вздернув подбородок, топаю к остановке. Слава богу, мобильный не сел, но был на вибрации. Мама звонила три раза. Набираю её. Утреннее солнышко приятно греет.
Блин, я офигенно себя чувствую!
Только вот приходится пиджак придерживать, потому что эти звери мою рубашку разорвали. И я без колготок, они лежат в сумке.
– Вася! Ты чего рано-то так? Обычно спишь до обеда, когда я Сашку забираю.
– С ним всё хорошо? Ничего вчера странного не случилось?
– Нет. Мы сходили в парк, он покатался на горках, потом поели мороженого. А почему ты спрашиваешь?
– Да так…
Внезапно передо мной останавливается машина. Чёрный «БМВ» седан. Эээ…
– Вася? Ты пропала куда-то! Всё хорошо? – зовет мама, а я теряю дар речи.
Из авто выходит высокий мужик с квадратным лицом, короткой стрижкой, поправляет костюм и молча открывает мне заднюю дверь. Пытаюсь обойти его, но массивная фигура закрывает проход.
А автобус предательски мигает мне задними фарами. И уезжает. Да вашу ж машу!
– Мамуль, отведешь Сашу в садик? – бормочу, прикидывая, что вообще происходит.
– Конечно, мы же так и договорились.
– У меня автобус, я потом перезвоню…
– Какой автобус? Ты не дома?! – кричит мама.
Упс! Кажется, я облажалась. И мне придется многое объяснить. Но сейчас это неважно. Вешаю трубку. Сглатываю.
– Василина Григорьевна? – чеканит мужик.
– Не знаю такой… – пищу.
– Вас велено доставить домой, – басит он, еще шире открывая дверь машины.
– Я на автобусе доберусь!
– Не велено, – продолжает гнуть свою линию.
– А вы скажите, что довезли, а сами…
Но суровый взгляд этого персонажа говорит, что подобных решений его мозг осмыслить не в силах.
– Не велено.
Да чтоб тебя! Снова пытаюсь его обойти, но всё тщетно. В итоге сдаюсь и плюхаюсь на мягкое кожаное сиденье. Играет тихая приятная музыка. Мы трогаемся.
Машина словно парит над землей. Такой плавный ход. Помню, Ромка всегда хвалил немецкий автопром.
– А ваши… кхм… хозяева…
– Наниматели, – обрывает меня водитель.
– Пардоньте, – огрызаюсь, – я ж не знаю, как у богатых всё устроено. Как часто ваши «наниматели» вот так похищают женщин?
– Это не похищение, а доставка с комфортом, – парирует «шкаф», – какую музыку предпочитаете?
– Я что, посылка, чтобы меня доставлять?! – закипаю, – в номер отеля меня тоже «доставили»? И вообще! Передайте своим «нанимателям» или как там, чтобы забыли обо мне!
– Не велено.
– Да что ты заладил-то?!
– Почти приехали, – он вообще не реагирует на моё возмущение, затем копается в бардачке, достает конверт, – это денежная компенсация за…
– ЧТО?! – вот тут я окончательно взрываюсь, – ЗАСУНЬ ЭТИ ДЕНЬГИ ЗНАЕШЬ КУДА?!
– Не велено, – он продолжает протягивать пухлый конверт.
Как только мы останавливаемся, я хватаю сумку и выскакиваю на улицу, не забыв громко хлопнуть дверью. Вот же сволочи! Я им шлюха что ли? Проститутка? Блин!
Влетаю в квартиру, хватаюсь за голову.
Я трахнулась с двумя мужиками, которым мой непутевый почти-бывший-муж должен денег. Как хорошо, что сегодня Сашу отводит в садик мама. Я хотя бы смогу привести себя в порядок.
Достаю из сумочки рваные колготки. Стягиваю блузку без пуговиц, лифчик. А тело ноет, хочет снова, просит. У меня действительно год уже нет секса. Шансы были, мужчинам я всегда нравилась. Но я же верная жена.
А вчера… как наваждение… я вся растворилась в двух мужчинах. Которые потом решили заплатить мне за секс. Горько усмехаюсь, выбрасываю колготки. Надеваю свой любимый домашний костюмчик.
Моя спокойная тихая гавань.
Развод. Этой ночью я окончательно убедилась в том, что не хочу продолжать фарс под названием «брак». Рома меня не любит, Сашка ему не нужен. Заработать я теперь и сама могу. А секс с мужем – весьма пресное и гадкое мероприятие. Так что по факту я уже мать-одиночка и очень давно.
Краснею, вспоминая, какой порочной была этой ночью. А меня всего лишь купили. Неприятно, скажу я… очень! При том, что в процессе совершенно не чувствовала себя какой-то неправильной или продажной. Мне было так хорошооо…
– Надеюсь, заявление на развод рассмотрят быстро. Хотя у нас ипотека, маленький ребенок… блин… – хватаюсь за голову, – и Ромки нет. Где же его носит-то?
Так и маюсь до обеда. Наступает время забирать Сашу из садика. Нужно еще будет поговорить с воспитательницей, что со следующей недели за ребенком будет приходить моя мама.
– Мамуся! – мой малыш бежит мне навстречу, но спотыкается и падает.
– Что же он у вас всё еще так плохо ходит? – подходит Марина, одна из пренеприятнеших личностей в нашем мамском коллективе, – хотя расти без отца…
Она качает головой, а мне хочется вырвать её блондинистые крашеные патлы. Её сын Всеволод… господи, а нормальные имена сейчас есть? Этот пацан развит не по годам и постоянно задирает моего Сашу.
– Мама! – сынок подходит, я крепко обнимаю его, игнорируя льющееся из всех щелей напускное превосходство Марины.
– Может, не стоило так рано отдавать его в садик? – цокает языком, – может, у вас развитие… позднее?
– А может, ты будешь думать о том, чтобы твой сыночек не цеплялся к другим детям? – с вызовом гляжу на неё, – или у самой позднее развитие?
Идеальная мама. В дорогом пальто и дешевых туфлях. С премерзким ярко-красным маникюром. Крашеная блондинка, считающая, что все вокруг должны копировать её идеальное семейство.
– Пойдем домой, маленький, – беру сына за ручку и веду к выходу.
– Я буду говорить с воспитателем! – орет вслед эта ненормальная, – ваш сын тянет группу вниз.
– О да! – разворачиваюсь, – давайте обсудим поведение вашего муженька! И то, что ваш сыночка рассказывает детям в садике!
Я кое-что знаю, так что запугивать себя не позволю! Марина мгновенно тушуется. Ясное дело, не всё так идеально в ее семье. Не она одна умеет сплетни распускать.
Хотя я не привыкла копаться в чужом грязном белье, но поведение моего мужа не обсудил только ленивый. Этим мамашам вообще заняться нечем?
– Сева опять меня удалил… – хнычет Сашенька.
– ЧТО?! Почему ты промолчал?!
– Он сказал, что у меня нет папы… но у меня есть! – сынок сжал ручки в кулачки, – у меня зе есть папа!
– Есть, маленький… есть! – обнимаю малыша, – знаешь, что? Пойдем-ка в магазин, и я куплю тебе любые вкусняшки, какие попросишь.