Бет Флинн – Девять минут (ЛП) (страница 13)

— Блу сказал мне.

— Так ты согласен? Отвезешь меня куда-нибудь? Куда угодно.

— Не знаю. Все это может плохо закончиться. Не лучшая, пожалуй, идея.

— Слушай, я думала, мы друзья. Думала, у нас есть что-то, какая-то связь.

Он приподнял бровь на это заявление.

— Думал, ты меня ненавидишь.

— Я тоже так думала, когда очнулась. Посмотри на это с моей точки зрения, Грант. Я просыпаюсь, вы с Гриззом стоите там. Я понимаю, что ты одел меня и накрыл. Это было унизительно. Но можем мы просто забыть об этом и двигаться дальше? Я умираю, как хочется заняться чем-нибудь. Хоть чем-то. Пожалуйста.

Он улыбнулся и сказал, чтобы я дала ему десять минут принять душ и переодеться. Он сказал, что я могу пока посмотреть его альбомы и взять себе какие-нибудь, если захочу.

У Гранта была прорва музыкальных альбомов, и я остановилась на подборке Флитвуд Мэк*. Я сидела на краю кровати и рассматривала комнату. Когда я была здесь в первый раз, меня заворожила книжная полка, и больше я ничему особенно не уделила внимания. Сейчас мой взгляд остановился на стопке почты на тумбочке. Почта? Он получает здесь почту?

● Флитвуд Мэк / Fleetwood Mac — британо-американская группа, исполнявшая музыку в различных жанрах от блюза до поп-рока.

Я слышала, что вода в душе еще льется, и подошла к письмам. Все они были адресованы Майклу Фриману. Майкл Фриман? Это его имя? Я могла бы поклясться, что слышала совсем другое имя, когда теряла сознание. Я отметила, что все они были из разных образовательных учреждений, но адресованы на один почтовый ящик в Дэйви. Дэйви в те времена еще не отстроился. Он скорее был сельским городком для людей, которые любили лошадей. Самый провинциальный городок в Южной Флориде, и находился он восточней того места, где я сейчас жила. Итак, в Дэйви было почтовое отделение, и там он получал письма. В голове смешалось столько информации. Интересно.

Я не сообразила, что душ уже выключился. Я даже не услышала, как он открывает дверь ванной и выходит. Обнаружив, что он смотрит на меня, я подскочила и положила почту обратно.

— Твое настоящее имя — Майкл Фриман? Ты ведь сказал, что…

— Нет, не Майкл Фриман, — прервал он меня быстро. — Это вымышленное имя, Кит. Мне оно нужно, чтобы я вообще мог существовать. Я не могу использовать свое настоящее имя, ну, знаешь, просто потому, что мы их вообще не используем, но еще и потому, что я числюсь, как ребенок, пропавший шесть лет назад. Возможно, похищенный или убитый человеком, покончившим с моей семьей.

— Зачем тебе нужна вымышленная личность?

— Ну, смог бы я смог поступить в колледж с именем Грант?

— Колледж? Ты подавал заявление на поступление в колледж? Как ты собираешься это воплотить?

— После того, как я стал Майклом Фриманом, я закончил школу заочно — корреспондентский курс.

— Как ты уже мог закончить школу? Ты что, в десятом или одиннадцатом классе?

— Я должен был быть в одиннадцатом классе, но нет. Я на первом курсе в Университете Коул.

— Да ты шутишь? Ты в колледже? Уже поступил?

— Да, я буду учиться там, и да — я там не по возрасту, но я всегда был очень умен и хочу, чтобы из меня что-то вышло.

— Как ты можешь быть настолько умен? Ты рассказывал, какое у тебя было детство. Как получилось, что при такой жизни, как у тебя, ты так не по годам развит?

И снова он приподнял бровь. Он подошел к письмам и вытащил одно. Открыв его, он передал мне один из листков. Уверена, моя челюсть отвисла, когда я прочла напечатанное. Это были результаты из испытательного центра, в которых Майкла Фримана поздравляли с количеством баллов, набранных на IQ-тесте.

Судя по всему, мой новый приятель Грант был самым, что ни на есть, гением от природы.

Глава 13

Прежде чем мы покинули комнату Гранта, он расспросил меня, во что я была одета в день похищения. После того, как я описала свой внешний вид, он был удовлетворен: сейчас я ничего из той одежды не носила. На мне не было даже бархатки со знаком мира. Он прихватил бейсболку, лежавшую у него на шкафу, сказал мне убрать челку под кепку и собрать волосы в хвост. Затем он выбрал мне солнечные очки и сказал: «Носи мои, пока мы не достанем тебе собственные».

Уходя, я увидел его жилет, висящий на спинке стула.

— Ты не собираешься надеть свой жилет?

— Нет необходимости привлекать ненужное внимание к банде, — он взял кошелек и связку ключей, и затем мы вышли.

Я шла за ним вокруг мотеля к той его части, где был расположен офис. На самом деле, я не успела здесь раньше обследовать здание. Когда мы обошли мотель, там стояли две машины. Отличные машины. Одна — черный Корвет, который, как я знала, принадлежал Гриззу. Наверное, он взял один из своих байков в поездку.

Мы подошли ко второй. Это была светло-синяя Камаро. Не уверена насчет года выпуска, но модель была не новой. Достаточно старой, чтобы выглядеть стильно.

— Мы не поедем на твоем байке?

Кажется, я была разочарована. По какой-то причине мысль о том, чтобы сидеть на заднем сидении байка Гранта, была привлекательной. Откуда это вообще взялось в моей голове?

— Шлема для тебя пока нет. Не думаю, что ты захочешь заимствовать чужой, — засмеялся он. — Вообще-то этим мы и займемся. Давай достанем тебе шлем.

— У меня нет денег.

— Они тебе и не нужны.

Он открыл пассажирскую дверь, позволяя мне сесть. Забравшись в машину сам, он завел ее и включил кондиционер. Затем он поставил в проигрыватель кассету, длительностью в восемь песен. Выезжая на трассу-84, мы слушали Саймона и Гарфанкеля. Саймон и Гарфанкель? Я посмеялась про себя. Я начинала подозревать в Гранте ботаника.

● Саймон и Гарфанкель / Simon and Garfunkel — дуэт, исполнявший музыку в смешанном стиле — партии в стиле церковного хора, электрогитары, лирико-философские тексты. Психоделический фолк, этника.

Продвигаясь на восток по 84му, мы не разговаривали. Он дал левей на шоссе-441, и мы поехали на север. Я была так близка к дому, что почти чувствовала его запах. Странно было проезжать мимо знакомых мест. Несколько миль спустя мы проехали отрезок дороги, где я жила, и чувство тревоги ослабло.

— Куда мы направляемся? — я откинулась на сиденье, пытаясь расслабиться.

— Небольшой магазин рядом с Ривервью. У них есть шлемы.

Я смотрела на сменяющиеся пейзажи, чувствуя себя с каждой минутой спокойней.

— Любопытства ради, где банда проводит свои встречи?

Он глянул на меня.

— Встречи? Ты имеешь в виду, когда они собираются у ямы?

— Нет. Ну, знаешь, сатанинские ритуалы и все такое. Банда названа именем дьявола. Даже у собак Гризза имена нехорошие. Я думала, может, вы используете какой-нибудь из старых заброшенных номеров в мотеле. Знаешь, для поклонений.

Он закинул голову и рассмеялся.

— Кит, мы не поклоняемся дьяволу.

— На твоем жилете так написано, — думаю, я покраснела.

— Да, чтобы людей до чертиков пугать. Это не религия.

— Вы не дьяволопоклонники? — я уже какое-то время переживала на этот счет и в тайне интересовалась, вдруг Гризз позволил оставить черного котенка по какой-нибудь более мрачной причине.

— Нет, черт возьми! — теперь он засмеялся еще громче.

— Но в ад вы верите. Я имею в виду, что на вашем символе все в таком духе.

— Нет, Кит, — он покачал головой, все еще улыбаясь. — Я не верю ни в дьявола, ни в ад. Ни во что, на самом деле, не верю.

— А как же Бог? — повернулась я к нему. — В Бога ты веришь?

— Нет, обо всех этих вещах, связанных с религией, я много не знаю.

— За все твое обучение ты не взял ни одного религиозного курса? — мои глаза расширились. — Ну, вроде мировой религии, религиозной философии, хоть что-то?

— Ничего из этого, — он замолк, а потом продолжил. — То, что ты делаешь перед едой, это к религии относится?

— Ты говоришь о благословлении? — будучи католичкой, я всегда перед едой вместе с молитвой обозначала знак креста.

— Я не знаю, как это называется.

Теперь была моя очередь улыбаться.

— Ты сказал, что научишь меня шахматам. Позволишь мне научить тебя кое-чему?

Он помедлил.

— Да, конечно. Почему бы и нет?