Бет Флинн – Дар времени (ЛП) (страница 24)

— Но до тех пор, пока мне не исполнится восемнадцать, — наконец согласился он. — Я практически уверен, что, если буду видеться с тобой после восемнадцати, у меня могут возникнуть проблемы с законом.

Мими смягчилась. Он был отличным парнем, и она могла понять его озабоченность.

— Так или иначе, это, возможно, и не будет иметь никакого значения. — Она опустила взгляд на свои колени. — Мы можем обнаружить, что не очень-то ладим друг с другом.

Эллиот протянул руку и заправил прядь ее волос за ухо. Коснувшись подбородка Мими, он повернул ее лицом к себе.

— Я могу гарантировать, что со мной такого не случится, Мими. За этот последний час с тобой я чувствовал себя гораздо комфортнее, чем когда-либо с другими девушками.

Не то чтобы их было так уж много. У меня было несколько подружек, но все они вечно были погружены в шоппинг и сплетни. Я вижу, что ты совсем не такая.

Она улыбнулась ему, и он, наклонившись, нежно поцеловал ее в щеку. А затем махнул официантке, чтобы им принесли счет.

— А теперь скажи, когда я снова смогу увидеть тебя? — спросил он.

Глава 18

Джинни

2000, Форт-Лодердейл (После казни)

Я никогда не чувствовала себя настолько бодрой и полной оптимизма, как после той первой поездки с Мими на стрельбище и затем последовавшей продолжительной прогулки по местному парку.

Как я и просила, Томми достал мои пистолеты из сейфа. Я ощущала, как он сверлит меня взглядом, когда стояла в его кабинете возле стола и загружала оружие в свою сумку, уже наполненную всем необходимым.

— Я сожалею, что рассказала ей то, что сказал мне ты, — не поднимая на него глаз, произнесла я.

Томми не ответил. Я остановилась и взглянула на него. Он молча смотрел на меня. Он выглядел обиженным и неуверенным в себе.

— Нет. — Я сжала челюсти и засунула пару очков для стрельбы в сумку. — Беру свои слова назад. Я не сожалею. Я устала извиняться, Томми. И больше не собираюсь ни за что извиняться.

— Все в порядке, Джин, — тихо сказал он. — Я просто волнуюсь, что она больше не будет мне доверять.

— Ну, об этом можешь не волноваться. Я хочу сегодня долго и обстоятельно поговорить с нашей дочерью. Я начну с самого начала, и мы либо двинемся дальше, либо нет. Мне надоело ходить на цыпочках вокруг своего прошлого. Мне надоело ходить на цыпочках вокруг Гризза. Да, я произнесла его. Имя, которое всегда было слоном в комнате. Даже не в комнате — во всех комнатах. Имя, которое скрывалось за каждым углом, угрожая превратить в руины наше долго и счастливо. С меня довольно, Томми.

Он улыбнулся, и выражение его лица мгновенно изменилось. Я поняла, что знаю, о чем он собирался сказать.

— А знает ли она ещё кое-что? То, что ты его сын? — прошептала я.

Тиканье дедушкиных часов раздавалось громче, чем обычно, их мерный отсчет заполнял пространство между нами.

— Мы не зашли настолько далеко, Джин. Ей могла рассказать Лесли, но я в этом сомневаюсь. Мими сказала, что они не общались около трех недель до смерти Гризза. Полагаю, именно в это время Гризз выбил все дерьмо из Лесли в тюрьме. Мими даже призналась, что пыталась выяснить у Лесли, когда должна выйти статья, но эта баба проигнорировала ее.

Я кивнула. Хорошо. Лесли всерьез восприняла угрозу от Гризза. У нее хватило ума отступить.

Я закинула сумку на плечо и внимательно посмотрела на Томми.

— Мы все равно скажем ей. Ты же понимаешь, что так надо? Сегодня я ей даже намека в эту сторону не сделаю, но мы ей скажем. Это то, что мы должны сделать вместе.

Я наблюдала за тем, как Томми провел рукой по волосам. А затем покорно вздохнул.

— Не могу сказать, что с нетерпением жду этого, но ладно, хорошо. Мы расскажем ей, Джин. Мы расскажем ей вместе.

Я видела на его лице страх и сомнение, и мое сердце разрывалось за него. Я подошла и легонько поцеловала его в губы. Меня царапнула щетина на его подбородке, и я поняла, что моя злость исчезла, превратившись во что-то другое. Я почувствовала надежду. Надежду на будущее без тайн. Будущее, в котором барьер, который Мими воздвигла не по своей вине, был разрушен.

Я не могла ее винить за то, что она отстранилась от нас после того, как узнала о Гриззе. Я должна была знать, что наше прошлое нас настигнет, и если бы я не пыталась избежать этого, сейчас бы мне не пришлось бороться за то, чтобы все исправить. Я бы не потеряла три года с собственной дочерью.

Размышляя об этом, я почувствовала, как что-то еще закрадывается в мое сознание. Это было чувство, с которым у меня не было слишком большого опыта, а потому не было уверенности, было ли оно настоящим или же это защитный механизм от моей застарелой боли из-за отказа Гризза. Я почувствовала тревожную тьму, просачивающуюся внутрь. Если я не справлюсь с ней, она непременно поднимет свою уродливую голову. Я подумала о мужчине, ответственном за все это, и поздравила себя с тем, что выбросила ту бандану.

Хорошо, что тебя больше нет рядом, Гризз. Хорошо, что ты предпочел отказаться от меня и провести остаток жизни без меня.

Должно быть, Томми заметил перемену в выражении моего лица, потому что вгляделся в меня, положив руки мне на плечи.

— Что такое, Джин? О чем ты задумалась?

Я уставилась в точку на стене за его левым плечом и, не глядя ему в глаза, ответила голосом, лишенным эмоций:

— Мне пришло в голову, что, если бы Гризз уже не был мертв, я бы подумала о том, чтобы самой его застрелить.

Не дожидаясь ответа Томми, я повернулась и направилась к входной двери, крикнув:

— Мими, давай, идём! Я жду в машине.

Доехав до первого же знака «стоп» в нашем районе и опережая неловкое молчание, угрожающее повиснуть между нами, я кинулась в разговор с Мими как в омут с головой.

— Давай начнем с Лесли. Я знаю, что ты с ней разговаривала, и уверена, что она поделилась тобой некоторыми вещами, о которых я рассказала ей. И ещё я знаю, что статья не выйдет. — Я посмотрела на Мими, которая выглядела слегка удивленной. — Расскажи мне, как вы с Лесли нашли друг друга.

Мими стала рассказывать все, начиная со своей первой встречи с Лесли в торговом центре. Она не дошла и до половины, когда нас прервал звонок моего мобильного телефона. Мими заглянула в него.

— Это папа.

Я попросила ее включить громкую связь.

— Привет. Ты на громкой связи, — сказала я Томми.

— Слушай, я просто звоню сообщить, что мои планы на день немного изменились. Я собирался отвезти Джейсона на тренировку и подождать его, но позвонила Сара Джо, она хочет встретиться за ланчем.

— У нее что-то случилось? — беспокойство кольнуло где-то по краю моего сознания. Мое внимание еще было сосредоточено на нашем с Мими разговоре.

— Нет, не думаю, что что-то случилось. Наверное, она просто хочет поговорить о своем переезде и некоторых предложениях для Стэна.

Это было объяснимо, но мне стало немного обидно. Я неоднократно обращалась к Джо после казни Гризза, и она всегда была занята. Наверное, я принимаю все слишком близко к сердцу. К тому же, Томми много лет путешествовал за пределами США, и Джо, возможно, просто хотела узнать его мнение о некоторых местах, которые он посетил.

Томми и Джо были лучшими друзьями задолго до того, как я появилась на сцене, а у меня существовали дела поважнее.

— Тогда передай ей, что я по-прежнему против ее переезда, и что тебе дан прямой приказ отговорить ее от этого. — Я рассмеялась. — И передай, что я люблю ее.

— Да, я все передам. Не знаю, как долго там пробуду, поэтому Дениз сказала, что она сама привезет Джейсона домой, если я не вернусь вовремя, чтобы забрать его.

Я мысленно вознесла благодарственную молитву. Дениз была просто подарком судьбы, когда дело касалось помощи с Джейсоном, особенно во время нашей недолгой разлуки.

— Ясно. Увидимся дома позже. Я тоже не знаю, как долго мы с Мими там пробудем, так что увидимся, когда увидимся.

— Хорошо, милая. Я люблю тебя. Люблю вас обеих.

— Я тоже люблю тебя, детка, — ответила я и умоляюще взглянула на Мими. Она поняла, чего я ждала, и без колебаний выполнила.

— Я тоже люблю тебя, папа.

Прекрасно. Ее слова сказали нам обоим, что Мими не расстроилась из-за того, что Томми проболтался. Я практически услышала облегчение в его ответе:

— Я тоже тебя люблю, мечтательная Мими.

Мы отключились, и тишина, словно одеяло, тяжело опустилась между нами. Но я не могла позволить ему накрыть нас.

— Он уже давно не называл тебя так. — Я искоса взглянула на нее, пока вела машину по оживленным улицам. Мечтательная Мими — прозвище, которое дал ей Томми, когда она была маленькой. Ей было всего лишь пять или шесть лет, когда Томми попытался привлечь ее внимание. Когда он спросил, не мечтала ли она снова весь день, она невинно ответила:

— Нет, папочка. Я и ночью мечтаю. Не только днем.

С тех пор он начал называть ее мечтательная Мими, и так продолжалось, пока ей не исполнилось двенадцать. Именно тогда она заявила отцу, что слишком стара, чтобы зваться мечтательной Мими. Это напомнило мне те времена, когда я впервые начала настаивать на том, чтобы люди звали меня Джинни, а не Гвинни.

— Я попросила его не делать этого. Знаешь, после того как я узнала о… о…

— О том, что он не твой биологический отец? — Возможно, в моем голосе был надрыв, которого я не хотела.

— Полагаю, я не понимала, какое это имело для него значение. Хотел ли он быть моим отцом, или это просто была работа, в которой он увяз, — тихо сказала она. — Мечтательная Мими было похоже на насмешку, мам. Я не могу этого объяснить.