Бертрис Смолл – Рабыня страсти (страница 3)

– Милорд… – тихо приветствовала она Элэсдейра. Потом отдала приказ слугам принести мужчинам еды.

– Я подстрелил оленя и привез его тебе, – сказал Элэсдейр, в свою очередь, приветствуя ее.

Потом властно, как собственник, поцеловал ее в губы и уселся в высокое кресло. Слуги стремглав кинулись на кухню и вскоре прибежали оттуда, неся вино, мясо и хлеб, – они знали, что хозяин терпеть не может ждать.

Йэн и Келлач Фергюсоны не озаботились тем, чтобы приветствовать хозяйку, – они тут же плюхнулись на стулья и принялись объедаться. Элэсдейр отвесил подзатыльник тому, кто сидел ближе к нему, – не посчастливилось на этот раз Келлачу.

– Неужели вы настолько неотесанны, что не считаете нужным приветствовать леди Сорчу, прежде чем начать уплетать ее угощение? – зарычал Элэсдейр. – Вы находитесь в ее доме, сидите за ее столом, вы, щенки!

– Все это собственность Фергюсонов, – уверенно произнес Келлач, потирая шею, на которой отпечаталась красная пятерня.

С яростным рычанием старший Макфергюс вскочил на ноги, и вот уже второй его сын покатился по полу.

– Эти земли стали собственностью Фергюсонов лишь потому, что я этого пожелал! – заорал он. – Но прежде они принадлежали Макдуффам. И не важно, чьи это земли, чей это замок, – здесь дом этой леди! И потрудитесь следить за своими манерами – равно как в моем присутствии, так и тогда, когда меня тут нет! – Он снова стукнул сына. – А ну-ка вставай и отправляйся обедать на кухню – там самое место для таких ублюдков, как ты!

Келлач хмуро поднялся на ноги:

– Не понимаю, почему ты не отдаешь Груочь в жены мне! Тогда у меня были бы свои собственные земли…

– Держи карман шире! – оборвал его отец. – Стоит тебе заполучить их – и ты тут же начнешь зариться на мои, ты, маленький алчный негодяй!

Он снова занес руку для удара, но на сей раз юноша увернулся и выбежал из зала. Когда же отец повернулся к старшему, тот был уже на ногах и, кланяясь, благодарил Сорчу Макдуфф за гостеприимство.

Вновь усаживаясь за стол, Йэн спросил:

– А как чувствуют себя дети, леди? Все они выглядят прекрасно. А моя сестренка Сайн день ото дня становится все более хорошенькой. Ну, мне так кажется… Так хорошо иметь сестричку! – Он взял с блюда кусок мяса и вонзил в него белые зубы.

– Отпрыски твоего отца благоденствуют, – любезно отвечала Сорча Макдуфф. – Как и все мои дети, хвала Небу.

– Кстати, о моей дочурке, – сказал Элэсдейр Фергюсон. – Хочу забрать ее с собой. В доме ведь нет ни одной женщины, кроме служанок. А Сайн по крови Фергюсон, единственная моя дочь. Самое время ей становиться в доме хозяйкой. И это не в упрек прочим детям – ведь я всех их признал своими…

– Что ж, забирайте ее, – согласилась Сорча Макдуфф. – Забирайте хоть всех своих детишек, милорд! Они ничего для меня не значат. У меня ведь есть моя Груочь.

Услышав это, он покачал головой:

– Ах, Сорча Макдуфф, жестокосердая мать! Ну что ж, хорошо, я заберу Дональда, Эйда и Гирика. Они уже достаточно выросли, чтобы оторваться от материнской юбки. А с тобой пока останутся младшие – Индульф, Кулен, ну и тот, который вскоре родится. – Он залпом осушил кубок, и слуга, стоящий за его спиной, торопливо вновь его наполнил. – Но приехал я как раз из-за Груочь, о ней я хотел поговорить, Сорча. Наверняка у нее уже наступила пора девичьей зрелости. В декабре она отпраздновала свой тринадцатый день рождения, а сейчас уже апрель. Пора заключить брак. Йэну уже двадцать три – он более чем созрел для женитьбы. Он всю округу уже наводнил своими ублюдками, мадам. Всех окрестных девушек перепортил. Ему необходима жена!

– Так вы забираете мою птичку? Так скоро! – Сорча всхлипывала весьма натурально. – Не увозите ее, милорд! Повремените!

– Во имя всех святых, женщина! – зло воскликнул Элэсдейр. Он не выносил вида женских слез. – Да она никуда от тебя не денется! Они с Йэном какое-то время поживут здесь, в замке Макдуи. Ты должна быть с ней, когда она через девять месяцев после венчания будет рожать первенца. У меня никогда не было дочерей, и опыта никакого, но кое-что я знаю – девицам в таких случаях необходима мамочка. Прекрати выть, Сорча, и отвечай мне! У Груочь крови уже показываются регулярно? Или нет?

– Только… впервые… в этом месяце… – тихо произнесла Сорча, хотя и с Груочь, и с ее сестрой это случилось еще осенью. Они держали это в строжайшей тайне, дабы выиграть время, но сейчас это уже не помогло бы, думала Сорча. Теперь пора было мстить, после всех этих долгих, мучительных, томительных лет…

– Тогда пора их обвенчать! – радостно воскликнул Элэсдейр Макфергюс. – Именно этого я ждал все эти годы, женщина, понимаешь?

– Но вы не можете их венчать лишь потому, что вам приспичило, – скромно потупила глаза Сорча. – Необходимо тщательно подготовиться, милорд.

– У тебя было целых тринадцать лет, чтобы приготовиться, Сорча Макдуфф, – возразил неумолимый Элэсдейр. – Нынче у нас двенадцатое апреля. Наши дети будут обвенчаны в течение недели. – Он повернулся к сыну: – Йэн! Что ты об этом думаешь? Наконец-то ты станешь женатым человеком, всего через пару дней! Девчонка выросла прехорошенькая! Ты везунчик, парень!

– Да, папа, – с готовностью отвечал Йэн Фергюсон. Он и сам был привлекателен: каштановые кудри, синие глаза…

– А где Груочь? – Взгляд Элэсдейра Фергюсона блуждал по залу, но никого, кроме малышни, тут не было.

Сорча пожала плечами.

– На дворе весна… – сказала она, словно пытаясь объяснить отсутствие дочери.

– Дональд Фергюсон! – позвал Макфергюс старшего сына. – Ко мне, мальчуган!

Мальчик, который в это время доблестно сражался с братьями Эйдом и Гириком, вскочил на ноги и с готовностью подбежал к отцу. Как и у всех сыновей Элэсдейра Макфергюса, волосы у него были каштановые.

– Да, пап?

– Ты, Дональд, и еще двое старших сегодня поедут со мной домой, – сказал Элэсдейр. – Доволен?

Лицо мальчика просияло.

– Да, пап!

– Не знаешь, где твоя сестрица Груочь? – продолжал Макфергюс. – Я хочу побеседовать с ней.

– Да, папа, я знаю, где Груочь. – Дональд исподтишка глянул на мать – ее грозный взгляд приказывал молчать. – Привести ее, а, пап?

– Да, мальчик, пойди и приведи.

Когда Дональд убежал, Элэсдейр повернулся к Сорче Макдуфф:

– Хороший получился парень, женщина. Ты неплохо справляешься с их воспитанием, хотя и не питаешь любви ни к одному из моих отпрысков. По-моему, ты просто глупа…

– Думайте обо мне что хотите, милорд, – отвечала она спокойно. – С того самого момента, как я впервые увидала малютку Груочь, она стала единственным смыслом моей жизни. Мне никто больше не был нужен. И теперь никто не нужен, кроме нее.

Он лишь покачал головой. Макфергюс сам был жесток – но ведь любил же он всех своих детей! И сильно! Как она могла жить без этой любви? Все они – его плоть и кровь. Да, отныне всех детей, которых еще родит ему Сорча, надо будет отправлять к нему в дом, как только их отнимут от материнской груди… Индульф, которому два с половиной, и годовалый Кулен все еще пьют материнское молоко, но и их нужно забрать у нее как можно скорее. Он теперь понимал, что старших следовало бы увезти уже три года назад. У их матери сердце из камня. Он мельком вспомнил о Риган Макдуфф. Бедняжка, у нее ведь никого нет… В сердце ее матери безраздельно царит Груочь. Да, Риган куда лучше будет в монастыре… Ведь аббатисой там его двоюродная сестра Уна. Риган найдет ласку и приют в стенах аббатства Святой Майры.

Юный Дональд Фергюсон выбежал из замка и стремглав понесся вверх по склону холма, распугивая мирно пасущихся овечек. К своему удивлению, он обнаружил сразу обеих сестер-близнецов, причем в компании Джеми Макдуффа, что Дональда, впрочем, ничуть не изумило.

– Груочь! – позвал он. – В зале замка старший Макфергюс, он желает тебя видеть! Я пришел за тобой. Тебя выдадут замуж на этой неделе, сестричка! И братец Йэн сгорает от нетерпения: хочет увидеть свою невесту! – Дональд ухмыльнулся.

Груочь Макдуфф нехотя отвлеклась от задушевной беседы с молодым человеком.

– Не говори со мной в таком тоне, щенок! – одернула она Дональда. Потом спросила: – А когда порешили со свадьбой?

– Да только что, – отвечал мальчик. – Отец спросил эту волчицу… ну, нашу мать, началось ли у тебя это… женское… Она сказала, что только в этом месяце, но я-то знаю, что это враки! – Он снова издевательски ухмыльнулся.

Груочь побледнела.

– Ты не сможешь этого доказать! – тихо сказала она.

– А если ты расскажешь об этом отцу, – прервала ее Риган, – то живым не доедешь до усадьбы Макфергюс! Это я тебе обещаю, слышишь? – Она ласково улыбалась братцу, но пальчики ее нетерпеливо постукивали по шотландскому кинжалу, висевшему у нее на поясе. – Подумай хорошенько, щенок, прежде чем распускать язык!

– Вы в точности такие же, как ваша мать, жестокие… – мрачно заключил Дональд и медленно поплелся назад.

– Говорят, что я пошла в отца, Торкиля Макдуффа! – смеясь, крикнула ему вдогонку Риган.

– Неужели ты и впрямь ничего не боишься? – спросила Груочь сестру. – Не думаю, чтобы ты стала хорошей монашкой, моя Риган!

– Не имею никакого желания становиться монашкой, но придется, – пожала плечами сестра. – Мне ведь одна дорога – в монастырь…

– Но ты можешь найти себе мужчину, родить от него ребенка, – заговорил Джеми Макдуфф.