Бертрис Смолл – Далекое завтра (страница 83)

Сирват встретила их очень тепло.

— Оставайтесь и поужинайте с нами. Коррадо вот-вот появится.

— Коррадо уже закончил погрузку и отчалил, — извиняющимся тоном ответил Инг. — У него не было времени попрощаться. Он попросил меня зайти к вам и все рассказать.

— Значит, мой брат его нашел, — печально отозвалась Сирват. Она подошла к окну и посмотрела на фьорд, но успела заметить только знакомые лавандовые паруса: корабль уже сворачивал в море. — Что Магнус ему такое сказал, что Коррадо сразу сорвался с места и даже со мной не попрощался?

Инг покачал головой:

— Я не знаю, леди Сирват. Меня не посвятили в подробности. Мне жаль. Но брат просил передать, что вернется через несколько дней. Это обычный рейс, я оснастил его корабль для обычного торгового вояжа. Это все, что я знаю.

— Я поговорю завтра с братом, — сказала Сирват. — И я бы очень хотела, чтобы вы остались на ужин. — Она улыбнулась своему свекру. — Сегодня у нас креветки, а я знаю, как вы, Дима, их любите. Особенно большие, что доставляют из Океанского фьорда. Мой повар сегодня утром купил их прямо с рыбачьей лодки.

Старик широко улыбнулся.

— Ты знаешь, как угодить моряку, — закивал он. — И у вас наверняка найдется горчичный соус.

«Да, — подумала Сирват, — однажды Коррадо станет похож на этого симпатичного джентльмена». Если бы это зависело от нее, муж больше не уходил бы в море. Надо поговорить с Магнусом, решила она и улыбнулась свекру.

Однако Лара до сих пор не была уверена, что же ей делать. Будущее казалось слишком туманным. А если проклятая судьба призовет ее и из Теры? Может ли она не послушаться? И что будет, если она это сделает? Калигу, Илоне и всем остальным магам хорошо говорить насчет ее судьбы. Но в чем она состоит и не получится ли, что она будет вечно ускользать от Лары? Она полюбила Вартана, и, если бы ей было предназначено прожить с ним и детьми в старом Дальноземье всю оставшуюся жизнь, это бы ее вполне устроило.

Но что бы произошло, если бы Вартан выжил? — прозвучал в голове внутренний голос. Что бы они делали с вторжением Хетара? Смогли бы они победить превосходящие силы Просперо? Она сильно в этом сомневалась. Смерть Вартана действительно была частью ее судьбы, как ни ужасно ей было это признавать. Его смерть заставила ее снова пуститься в путь, в Теру, где она очутилась в руках Магнуса Хаука. Но она стала его женой и спасла кланы от жадных притязаний Просперо. Вартан бы это одобрил. Сейчас император будет заниматься освоением земель старого Дальноземья, и это на какое-то время его отвлечет от Теры. Но надолго ли?

Не надо было ездить в город, наверное, уже в тысячный раз подумала она. Не надо было потворствовать желаниям Магнуса. Известие о том, что за границами Хетара находятся другие земли, разожгло любопытство императора.

И еще эти темные земли на севере. Лара понимала, что необходимо о нем узнать как можно больше, но интуитивно чувствовала, что для этого еще есть время. И прежде чем двигаться в этом направлении, надо поговорить с епископом Ариком и выяснить все, что ему известно о Юси. Магнус пока не должен знать о ее способности менять облик. Неужели он считает ее такой наивной и думает, что она полетела бы в темные земли на своем крылатом коне? Ему неизвестно, что она умеет превращаться в сову. А символом Вартана был орел. Он тоже обладал способностью перевоплощаться. Однажды они вдвоем превратились в птиц и вместе отправились к Калигу за советом. Лара улыбнулась, вспоминая, как это было.

— О чем ты думаешь? — поинтересовался Магнус, присоединяясь к жене в бассейне. Как и Лара, он уже вымылся и сполоснулся в другой части ванной комнаты.

— О том, как хорошо было повидаться с детьми, — солгала она, хотя это была и не совсем ложь. Однако она тут же поняла, что зря заговорила о детях.

— Я рад, что мысли о детях вызывают у тебя улыбку, — спокойно заметил Магнус. — Но мне было бы еще приятнее, если бы эти мысли касались наших детей. — Он положил большую ладонь ей под затылок и притянул к себе, чтобы поцеловать.

Лара податливо приоткрыла губы и стала водить кончиком языка по его губам. Ярко-голубые глаза встретились с изумрудно-зелеными, и они оба испытали сильный прилив желания.

— Магнус! — выдохнула она. Великий Создатель, она вот-вот перед ним растает. Но это невозможно! Еще не время.

Магнус медленно растянул губы в улыбке и стал ее целовать. Сначала сладким, тягучим поцелуем, который затем превратился в требовательный и настойчивый. Его губы несколько долгих мгновений яростно терзали ее рот. Затем он обхватил ее лицо обеими руками и стал покрывать поцелуями.

— Я люблю тебя, Лара, моя фея-женушка, — тихо произнес он. — Не представляю, как бы я жил без тебя. — Он вгляделся в ее прекрасное лицо, и Лара по его глазам поняла, что это чистая правда.

Она обняла его за шею тонкими руками.

— Я тоже тебя люблю, — сказала она в ответ. — Я не думала, что смогу полюбить кого-то после смерти Вартана. Для феи вообще трудно кого-то любить, но я наполовину смертная и поэтому, наверное, проявляю слабость там, где дело касается любви. — Она тихо вздохнула. — Когда ты на меня смотришь, у меня подгибаются коленки, а внутри вспыхивает огонь, и я почти не способна тебе отказать. Но сегодня мне не хочется заниматься любовью в воде. Я хочу в нашу спальню. — Она взяла его за руку, и они вместе выбрались из бассейна.

Лара взяла большое полотенце из стопки, что высилась на скамье, и начала вытирать великолепное тело Магнуса. Опустившись на колени, она стерла влагу сначала с одной ноги, потом с другой, сзади и спереди. Потом взяла в руки его стопу и вытерла между пальцами, то же самое проделала и сдругой, потом обтерла его твердые ягодицы. Затем поднялась на ноги и, взяв другое полотенце, стала водить по его спине, плечам и груди. Обсушила живот и аккуратно промокнула гениталии. От ее нежного прикосновения его мужественность сразу отвердела. Блестящие волосы Магнуса успели наполовину высохнуть, и Лара просто провела по ним полотенцем.

Затем наступила очередь доминуса. Он взял из стопки свежее полотенце, посадил Лару на мраморную скамью и начал вытирать ее роскошное тело. Его пальцы все время стремились за пределы полотенца: они касались внутренней поверхности ее бедер, проходились вдоль темного углубления между ягодицами и прикасались к соскам, которые сжимались от возбуждения. Потом он прижал полотенце внизу живота, и внезапно два его пальца оказались глубоко внутри ее, целенаправленно разжигая огонь страсти.

— Магнус! — сдавленно ахнула она.

— Ты уже готова, любовь моя, и у нас нет времени на всякие тонкости, — ответил Магнус, вынимая свои пальцы и укладывая ее на скамью. Возвышаясь над ней как башня, он блаженно сунул в рот побывавшую в ней руку. Потом уселся ей между бедер, закинул ее ноги себе на плечи и вошел одним сильным, плавным толчком.

Лара невольно зажмурилась. Она чувствовала его в своем теле, ощущала, как его горячая пульсирующая плоть раздвигает ее изнутри, заставляя приспособиться к его невероятно напряженной мужественности. Она прильнула к нему каждой клеточкой. Облизнула пересохшие губы. И Магнус начал двигаться, медленно-медленно втискиваясь в ее тело, выходя из него и снова толчком проникая внутрь. Он погружался в нее глубже, чем когда бы то ни было, и Лара задрожала от нахлынувшего удовольствия.

— Магнус! — ахнула она. Голова у нее кружилась от наслаждения. — О, Создатель, как же я люблю тебя, Магнус, любимый!

Он почти не отреагировал на ее слова, потеряв голову от безумной страсти и неистово погружаясь в нее раз за разом. Его жезл горел, едва не разрываясь от напряжения, но Магнус еще не был готов закончить. Погрузившись как можно глубже, он откинулся назад и потер бугорок, спрятанный в истекающих влагой складочках. Бугорок, уже и так увеличившийся вдвое, затрепетал при одном его прикосновении. Лара издала стон и задергала руками и ногами, стараясь приблизить кульминацию.

— Еще минутку, любовь моя, — прошептал Магнус, и они вдвоем разделили удовольствие, исторгая и смешивая свои любовные соки. Последняя волна сладострастной дрожи, и он обхватил ее, прижимая к себе и нашептывая своей обожаемой жене-фее слова вечной любви и верности.

Несколько минут они лежали, сжимая друг друга в объятиях. Его орудие любви все еще было погружено в нее, но бездействовало, набираясь сил для новой страсти. Магнус неохотно отстранился, взял Лару за руку, и они вдвоем поднялись. Он привел ее к умывальнику в мраморной ванной комнате, и омыл ее женские органы, а она омыла его мужские. Они молчали. То, что произошло между ними, не требовало слов.

Выйдя из ванной, они нагишом пересекли маленький холл и вошли в спальню. Там они без сил рухнули на постель и проспали несколько часов, а проснувшись, снова занялись любовью. И так они провели следующие несколько дней, доставляя друг другу наслаждение. Тера спокойно обходилась без Магнуса. На ее землях царил мир и покой. Лишь Сирват пребывала в беспокойстве, желая знать, почему ее мужа так срочно отослали в плавание.

— Ты должен поговорить с ней, — сказала Лара своему мужу четыре дня спустя. — Ты ведь не хочешь расстраивать женщину, которая носит ребенка.

— Ну хорошо, — согласился тот. — Скажи Миле, пусть сходит за Сирват. А я пока оденусь.