Бертольд Брехт – Стихотворения. Рассказы. Пьесы (страница 86)

Которая плотной тучей Поднимается над болотом За старым верблюжьим кладбищем. Но на этот раз железная дорога, Которая обычно дважды в месяц Приносит в селенье дым и воду, Принесла такое известье: Приближается День памяти товарища Ленина. И решили люди Куян-Булака — Бедные люди, ткачи простые, Что товарищу Ленину нужно поставить В их селенье гипсовый бюст. И вот теперь, когда собраны деньги, Ткачи стоят, трясутся в ознобе И отдают дрожащими от лихорадки руками Свои трудовые копейки. А красноармеец Степа Гамалев, Человек с заботливым сердцем и точным глазом, Видит, с какой готовностью люди Ленина чтят, и рад Гамалев. Но видит он также, Как бьет лихорадка людей, И вдруг предложение вносит: На деньги, что собраны на покупку бюста, Купить керосин и вылить в болото, Там, за верблюжьим кладбищем; Ведь оттуда летит мошкара, Порождая болезнь. Победа над лихорадкой в Куян-Булаке — Лучшая наша почесть Умершему, Но незабвенному Товарищу Ленину. Так и решили. В день памяти Ленина Керосином наполнили старые ведра, Пошли всем селеньем к болоту — И болото залили. Так, Ленина чествуя, о своем позаботились благе, А заботясь о благе своем, Ленину почесть воздали И Ленина поняли. А вот что было дальше. В тот самый вечер, Когда в болото Был вылит керосин, Собрание в селенье состоялось. Поднялся человек и предложил, Чтоб учредили памятную доску На станции Куян-Булак и чтобы записали На той доске подробно, Как план был изменен и как решили Купить не бюст, а тонну керосина, Убившего болезнь. И всё — в честь Ленина. И в Куян-Булаке Установили доску.

1927

Непобедимая надпись

Перевод И. Фрадкина

^{83}

Во время мировой войны В камере итальянской тюрьмы Сан-Карло, Битком набитой дезертирами, бродягами и ворами, Солдат-социалист нацарапал карандашом на стене: «Да здравствует Ленин!» Написанные высоко, под самым потолком, в полутемной камере, Эти слова были едва различимы.