Бертольд Брехт – Стихотворения. Рассказы. Пьесы (страница 226)

Помогая своим соседям, Любя своего любимого И спасая от нужды своего сыночка. Я — маленький человек и была слишком мала Для ваших великих планов, боги.

Первый бог (видно, что он охвачен ужасом). Замолчи, несчастная! Каково нам это слушать, ведь мы так рады, что нашли тебя!

Шен Де. Но должна же я сказать вам, что я и есть тот злой человек, о преступлениях которого вам здесь стало известно.

Первый бог. Тот добрый человек, о котором все говорили только доброе!

Шен Де. Нет, также и злой!

Первый бог. Это недоразумение! Несколько несчастных случаев. Какие-то соседи, лишенные сердца! Просто перестарались!

Второй бог. Но как же ей жить дальше?

Первый бог. Она будет жить! Она сильная и крепкая и может вынести многое.

Второй бог. Но разве ты не слышал, что она сказала?

Первый бог (горячо). Путано, все очень путано! Невероятно, очень невероятно! Неужели нам признать, что наши заповеди убийственны? Неужели нам отказаться от них? (Упрямо.) Нет, никогда! Признать, что мир должен быть изменен? Как? Кем? Нет, все в порядке. (Быстро ударяет молоточком по столу.)

И вот по его знаку раздается музыка.

Вспыхивает розовый свет.

Пора нам возвратиться. Мы очень привязались К этому миру. Его радости и печали То ободряли, то огорчали нас. И все же там, над звездами, с радостью Мы вспомним о тебе, Шен Де! О добром человеке, не забывшем наши заветы Здесь, внизу, Несущем светильник сквозь холодную тьму. Прощай, будь счастлива!

По его знаку раскрывается потолок. Опускается розовое облако. Боги очень медленно поднимаются на нем вверх.

Шен Де. О, не уходите, мудрейшие! Не покидайте меня! Как мне смотреть в глаза добрым старикам, потерявшим свою лавку, и водоносу с искалеченной рукой? Как защитить себя от цирюльника, которого я не люблю, и от Суна, которого люблю? И чрево мое благословенно, скоро появится на свет мой маленький сын и захочет есть. Я не могу остаться здесь! (Как затравленная, смотрит на дверь, в которую войдут ее мучители.)

Первый бог. Сможешь. Старайся быть доброй, и все будет хорошо!

Входят свидетели. Они с удивлением видят плывущих на розовом облаке судей.

Ван. Боги явились нам! Окажите им почет! Три высших бога пришли в Сычуань, чтобы найти доброго человека. Они нашли его, но…

Первый бог. Никаких «но»! Вот он!

Все. Шен Де!

Первый бог. Она не погибла, она была только спрятана. Среди вас остается добрый человек!

Шен Де. Но мне нужен двоюродный брат!

Первый бог. Только не слишком часто!

Шен Де. Хотя бы раз в неделю!

Первый бог. Достаточно раз в месяц!

Шен Де. О, не удаляйтесь, мудрейшие! Я еще не все сказала! Вы мне так нужны!

Боги (поют).

Мы не можем, к сожаленью, Оставаться больше здесь, — Быстролетное мгновение — Вот и срок земной наш весь. Чтобы женщины чудесной, Как виденье, не вспугнуть, Мы — бесплотны, вы — телесны, И у нас особый путь. На земле вас покидаем, В никуда мы улетаем.

Шен Де. Помогите!

Боги.

Мы поиски на этом завершаем И в небеса немедля улетаем. Так славься же отныне и вовек, Из Сычуани добрый человек!

Между тем как Шен Де в отчаянии простирает к ним руки, они, улыбаясь и кивая, исчезают вверху.

Эпилог

Перед занавесом появляется актер и, обращаясь к публике, произносит заключительный монолог.

Актер.

О публика почтенная моя! Конец — неважный. Это знаю я. В руках у нас прекраснейшая сказка Вдруг получила горькую развязку. Опущен занавес, а мы стоим в смущенье — Не обрели вопросы разрешенья.