Берта Рокавилли – Месяц до Армагеддона. Рассказы (страница 3)
Ни бабником, ни раздолбаем Мыш никогда не был. Наоборот, отношения с противоположным полом воспринимал очень серьезно, потому и был его паспорт утыкан штампами. Его первая жена – она же первая любовь – разругалась с ним вдрызг за то, что он не одобрял ее стремление посещать клубы и дискотеки после свадьбы. Вторая, оставив на его попечении своего ребенка, возобновила отношения с отцом этого ребенка. Мыш утешал себя мыслью, что поспособствовал воссоединению семьи. А третьей жене он так и не смог вразумительно объяснить, почему до сих пор помогает первой, которая как раз осталась без мужика и беременная. Родители махнули на него рукой, отчаявшись ждать внуков, а папа по секрету добавил: «Ты не задумывался, почему обручальное кольцо надевают на тот палец, их которого кровь берут?» Всё было так сложно, что впору воспользоваться сайтом знакомств или услугами платных женщин, но Мыш, презирающий всякую фальшь, искренне считал, что заслуживает того, чтобы его и так любили. Непротивная внешность и интеллект выше среднего должны были ему в этом помочь, а губермановский принцип:
заставлял искать подругу, которая воплощала бы всё в одном. Однако, выражаясь научно, его жизненная философия не была подкреплена соответствующей методологией. Проще говоря, он не знал, где и как склеить нормальную бабу. Да и побаивался он, что его разведут, как лоха, да еще и почку украдут.
Утро не было добрым. Так как ради приятного знакомства он вчера пил коктейли, а не нормальную водяру, голова раскалывалась. Словно назло, противная соседка сверху занялась генеральной уборкой, что означало жужжание, пыхтение и грохот на весь день. Лично он ее не знал, но именно эта стерва вызывала милицию, когда он чересчур шумно отмечал новоселье. А ведь он всего лишь следовал традиции: за четыре угла пьют четыре раза по 400 грамм! То, что сама в выходные людям спать не дает, она не замечает, зараза! Это хорошо еще, что от нее муж ушел (этот факт пролил в измученное сердце Дэна целительный бальзам злорадства), а то при нем-то грохоту было поболее. Когда они в течение года делали ремонт, ощущение было такое, будто они всё делают перфоратором, даже клей для обоев размешивают. Теперь стало тише, но эта мымра нашла себе другое развлечение: жалобы писала на автомобилистов, которые на тротуарах или газонах паркуются. Мыш тоже не раз попадался. Теперь он сверху смотрел, не мелькает ли внизу красная бейсболка, и, только проверив безопасность маршрутов, выходил из квартиры. Сказывался комплекс вины, выработавшийся в трех браках.
Любимая радиостанция, снова наврав о погоде, стала что-то врать о курсе доллара. Мыш ругнулся на приемник и позвонил Гарику, чтобы рассказать о вчерашнем походе в бар.
– Я тебе всегда говорил, что сатана женского рода, – прокомментировал приключение друг. – Но если тебе интересно, я уверен, что в первомайском баре никак не могла оказаться коза на шпильках из какого-либо другого района. Скорее всего, ты ее еще встретишь.
– Может, схожу туда еще, но не сегодня…
– Не везет в работе – повезет в любви, – подбодрил Гарик. – Не везет ни в работе, ни в любви – повезет в алкоголизме!
– Это в тему, зачет. Мне бы полечиться. Зайдешь?
– Не-а, меня после того раза к тебе не отпустят.
Мыш в который раз позавидовал другу: кому-то не всё равно, назюзюкается он или нет! Политические дебаты в обществе привели к тому, что жена Гарика оказалась на противоположной идейной платформе, а потому, чтобы избежать гражданской войны внутри семьи, было решено говорить лишь о детях и музыке, однако и это лучше, чем ничего. А тут даже на чих ответить некому, только соседка жужжит, как заведенная. Чего там убирать, если живешь одна?! Откуда там грязи-то взяться!.. – негодовал Дэн.
За окном оставалось темно и к полудню, и после. Отчаявшись ждать рассвета, Дэн сел за компьютер и заново зарегистрировался «ВК», теперь уже под собственным именем.
«Ненавижу зимнее утро. Это самый мрачный депрессивный момент дня. Недаром британские ученые доказали, что лежать утром в теплой постели и никуда не ходить – полезно для здоровья. Подозреваю, что так называемые жаворонки с пылесосами и перфораторами с утра начинают бухать, а потому воспринимают мир более позитивно», – написал он свой первый пост. Потом нашел Крысю и снова попросился к ней в друзья. Она как раз общалась на окололитературные темы: «Они ищут героя нашего времени и очень досадуют, что не могут его найти, а его и нет! На самом деле наше время олицетворяет героиня – женщина, которая выживает сама, не полагаясь ни на какого героя. Надеяться только на себя – отличный способ перестать разочаровываться в людях». На его запрос она никак не отреагировала. Через день написал снова, сказал, что он Бэтмен, что потерял ноутбук и т.д., в доказательство даже привел цитаты их диалогов.
– Пошел в жопу, придурок! – ответила ему самая интеллигентная девушка сети.
И в самом деле, прочитать их диалоги мог любой негодяй и использовать это знание, чтобы втереться в доверие.
Времени на осуществление мечты оставалось всё меньше. В следующую пятницу Мыш сходил в бар, безрезультатно просидел там несколько часов, даже попытался выяснить у бармена, кто та приятно матерящаяся женщина, что беседовала с ним неделю назад, но бармен то ли врал, то ли действительно видел ее тогда в первый и последний раз.
В субботу, в полной прострации блуждая по интернету под аккомпанемент соседской уборки, Дэн набрел на страничку православного священника, который в воскресенье – то есть завтра – приглашал всех желающих на молебен о создании семьи, который пройдет в 16.00 в храме при 1-й Градской больнице. Не будучи ничем занят, Мышкин приготовился к встрече с такими же отчаявшимися, как он сам.
– Ты смотри, – предостерег его друг, – там не для флирта люди собираются!
– Я тоже не для флирта! Что такого страшного может со мной случиться, чего еще не случалось? Трудные отношения? Это лучше, чем отсутствие отношений, когда даже о надвигающемся апокалипсисе потрындеть не с кем… Блин, завтра кусок нашей линии метро будет перекрыт!
– Это бесы хотят тебе помешать, – съехидничал Гарик. – Да ладно, не ссы! Пересядешь на Курской.
– А где у нас Курдская? – более пятнадцати лет за рулем собственного авто давали о себе знать. Однако он героически изучил схему, почистил ботинки и попытался вспомнить, как ведут себя в церкви.
Спустившись в метро, Мыш, однако, не нашел отверстия, в которое можно было бы опустить жетончик. Оглядевшись в пустом вестибюле, он храбро подошел к дежурному, но не успел ничего сказать, так как смуглый парень девяностых годов рождения взорвался восторгом:
– Вау, чувак! Откуда у тебя это?!
– Э-э… – Дэн хотел спросить, нельзя ли «это» где-то обменять, но вахтер не дал ему договорить:
– Дай мне и проходи так. У тебя еще есть? – Мыш показал горсть жетонов, и сотрудник метрополитена снабдил его карточкой на пять поездок.
«Наверняка продешевил, – сокрушался Мышкин, – коллекционеры – жадные сволочи, ну да ладно. Может, в чем-то другом повезет».
Крысина фотография, которую она поставила на аватарку, была десятилетней давности: еще муж снимал. Котик давно покоился под черемухой, а от мужа-бизнесмена осталась только красная бейсболка с логотипом его фирмы, чтоб она сгорела.
Крыся (Кристина) надеялась реализоваться в творчестве, а он верил, что вот-вот станет папой, и оба были счастливы, так как никогда не слушали друг друга и полагали, что смотрят на мир одинаково. Пока однажды не поехали вместе на море и не начали по-настоящему общаться. Тогда-то брак и затрещал по всем швам, потому что уступают только любящие, а они таковыми не были. Крысе осталась квартира в непрестижном районе с невоспитанными соседями, мужу – сочувствующие друзья, вздыхающие: «Ах, какая стерва! А ведь притворялась приличной женщиной».
У Кристины, как и у Фаины Раневской в зрелые годы, телефон был, а звонил только будильник. От безысходности она включилась в общественную жизнь и в сети, и в своем дворе, и если соседи видели какой-то непорядок, вроде незакопанных траншей, то уже не беспокоились, так как были уверены, что «эта в кепке», настойчивая, как свидетели Иеговы, уже звонит куда следует. Объем непорядка в России – гарантия того, что скучать таким, как Крыся, не придется никогда.
Немного огорчало лишь приближение астероида. В самом деле, подводя итоги своей жизни, Кристина не нашла ни одного пункта, под которым можно было бы поставить галочку. Мечты не сбылись. Самореализация – священное слово современной женщины – так и не свершилась. Она пыталась после развода построить новые отношения, но обязательно какая-нибудь мелочь всё портила. Например, один приятель писал «ВДНХа» и «5-ти летний», а филологическая душа Кристины выворачивалась наизнанку. «О каких серьезных отношениях с человеком противоположного пола может идти речь, если меня все бесят, да и сама я себя подбешиваю?» Были моменты, когда бессмысленность всего сущего проступала слишком явно, но усилием воли она убеждала себя, что человек должен жить хотя бы ради любопытства: новый фильм, новая книга, новая хохма в социальной сети.