Берт Хеллингер – Порядки любви (страница 6)

Однако между системами тоже существует своя иерархия, и здесь она обратная. Новая система имеет приоритет перед старой. Например, нынешняя семья имеет приоритет перед родительской. Там, где этот порядок переворачивается, все идет не так. Например, для матери Хартмута родительская система имела приоритет перед нынешней. Поэтому там все пошло наперекосяк.

ДАГМАРА: То есть ты говоришь, что существует временной приоритет и есть еще приоритет нынешнего. Я правильно понимаю?

ХЕЛЛИНГЕР: Внутри системы существует приоритет, определяемый началом принадлежности к системе. Но в последовательности систем новая семья имеет приоритет перед старой.

Приоритет первых отношений

ФРАНК: По идее, должен быть еще и приоритет по качеству систем, а именно между естественной или здоровой системой и неестественной или патогенной.

ХЕЛЛИНГЕР: Нет, такого различия проводить нельзя. Первые отношения, в которые человек вступает, имеют приоритет перед вторыми, вне зависимости от того, какого качества были первые. Это означает, что вторые отношения привязывают меньше, чем первые. То есть от отношений к отношениям глубина связи уменьшается. Однако связь не означает любовь. Вполне может быть, что во вторых отношениях любви больше, а вот связи меньше. Глубину связи можно определить по тому, насколько велико чувство вины, которое испытываешь, выходя из отношений. Когда человек выходит из вторых отношений, он чувствует меньше вины, чем было в первых. И тем не менее вторая система имеет приоритет перед первой.

ХАРТМУТ: Я чувствую прилив сил и заряд энергии по принципу «Истина сделает вас свободными», это как начало освобождения.

Иерархические порядки

ХЕЛЛИНГЕР: Я хочу сказать несколько слов об иерархических порядках, прежде всего об изначальном порядке. В каждой группе есть иерархический порядок, который определяется моментом начала принадлежности к ней. Это относится к семьям, и это относится к организациям.

Иерархический порядок в семье

Всякий раз, когда события в семьях принимают трагический оборот, оказывается, что кто-то нижестоящий нарушил изначальный порядок. Это означает, что он самонадеянно присвоил себе что-то, что должно оставаться делом вышестоящих. Субъективно это часто не воспринимается как присвоение, но является им объективно.

Например, когда ребенок пытается расплатиться за своих родителей или вместо них нести последствия их вины, это такое незаконное присвоение. Но ребенок не замечает этого, поскольку действует из любви. Его совесть не подает голоса, который бы его предостерег. Поэтому все герои трагедий слепы. Они считают, что делают что-то хорошее и большое. Однако это убеждение не уберегает их от гибели. Попытка сослаться на благие намерения или чистую совесть если и предпринимается – обычно уже постфактум, – то никак не меняет ни результатов, ни последствий.

Ребенок не может отказаться брать на себя что-то за старших, поскольку его с самыми лучшими намерениями толкает на это любовь. Только став взрослым и придя к осознанию своей самонадеянности, он может высвободиться из ее пут и вернуться на положенное ему место. Но ребенку трудно оставить неправомерно занятую позицию, ведь тогда ему не на чем больше стоять, кроме как на собственных ногах. Тогда ему приходится начинать с самого низа и полагаться только на себя. Однако на этом месте он сосредоточен в самом себе. На самонадеянно же занятом месте он оказывается вне себя и теряет контакт с собой.

Поэтому в семейной терапии мы первым делом смотрим, не присваивает ли человек себе что-то, на что не имеет права. И исправляем это в первую очередь.

Ранг интимного

Ребенок не должен знать ничего, что входит в сферу отношений его родителей как пары. Ребенка это не касается. Все, что входит в сферу супружеских отношений, не касается и никого другого. Если кто-то сообщает другим какие-то подробности своих интимных отношений, это подрывает доверие и имеет плохие последствия. Это разрушает отношения. Знание о том, что происходит внутри отношений, должно принадлежать только тем, кто находится в этих отношениях. Интимная сфера всегда должна оставаться тайной для посторонних. Например, мужчина не должен рассказывать второй жене о первой ничего, что касается их интимных отношений. Все, что касается отношений пары, остается хранимой между мужем и женой тайной. Если родители что-то рассказывают об этом детям, то это очень плохо для детей. Если, к примеру, был сделан аборт, то детей это не касается. Это сфера интимных отношений между родителями. Даже с терапевтом об этом можно говорить только таким образом, чтобы партнер оставался защищенным. Иначе отношения разрушатся.

Приоритет при разводе

УЧАСТНИЦА: Как быть, если родители расстаются, а дети спрашивают: «Почему вы разошлись?»

ХЕЛЛИНГЕР: Тогда им надо сказать: «Вас это не касается. Мы расстаемся, но остаемся для вас отцом и матерью». Ведь родительские отношения не расторгаются. Однако при разводе детей часто «присуждают» одному родителю и забирают у другого. Но у родителей нельзя отнять их детей. Родители сохраняют все свои права и все свои обязанности в том числе и после развода. Расторгаются только супружеские отношения. Также детей нельзя спрашивать, с кем они хотят остаться. Иначе дети оказываются в положении, когда им приходится выбирать между родителями, принимать решение в пользу одного и против другого. От них нельзя этого требовать. Родители обсуждают между собой, где будут жить дети, а потом сообщают им, как это будет устроено. Даже если дети протестуют, в душе они свободны и счастливы, что им не приходится выбирать между родителями.

УЧАСТНИЦА: Разве многие родители не пытаются «покаяться» перед детьми, рассказывая им о том, что было нехорошо между ними как парой?

ХЕЛЛИНГЕР: Вам нужно исходить из того, что расставания происходят без вины. Они неизбежны. Как правило, они неизбежны. Кто ищет виноватых или вину в себе или в другом, отказывается от встречи с неизбежным. Он ведет себя так, словно могло быть и другое решение, если бы только… А это не так. Расставания – следствия переплетений. Каждый партнер по-своему переплетен. Поэтому как терапевт я никогда не ищу, в ком или в чем здесь может быть вина. Я говорю им: «Эти отношения остались в прошлом, и теперь вам нужно встретиться с болью от того, что они остались в прошлом, хотя в начале у вас были самые лучшие намерения». Если они не будут отворачиваться от этой боли, то они смогут мирно разойтись и по-хорошему уладить друг с другом то, что еще нужно уладить. После этого каждый из них окажется свободен для своего будущего. Я действую так. Тогда это всем приносит облегчение.

УЧАСТНИЦА: Я принимала участие в одном исследовании, посвященном последствиям развода для детей, и мне было бы интересно узнать твое мнение вот о чем: когда пары сообщали детям, что собираются развестись, первым, что возникало у детей, всегда была мысль о том, что они сделали что-то не так и из-за этого родители хотят теперь развестись.

ХЕЛЛИНГЕР: Когда между родителями что-то не складывается, дети ищут вину в себе. Лучше они сами будут виноваты, чем возложат вину на родителей. Если родители говорят им: «Как пара мы решили разойтись. Но мы остаемся вашими родителями, а вы – нашими дорогими детьми», это приносит детям большое облегчение.

УЧАСТНИЦА: Я могу с этим согласиться. Просто я столько раз видела, что дети ставили это под сомнение, поскольку родители были так разочарованы. Что делать в таком случае?

ХЕЛЛИНГЕР: Я уже дал тебе решение. Но в случае развода важно кое-что еще: после развода дети должны остаться с тем из родителей, кто больше уважает в них другого партнера. Как правило, это муж. Скорее муж уважает в детях жену, чем жена уважает в детях мужа. Я не знаю, почему так, но это видно. Консультируя пару, которая собирается развестись, нужно сказать им, что для благополучия детей будет лучше всего, если каждый из них продолжит любить в детях своего партнера изначальной любовью, той, которая была вначале, во что бы она ни превратилась потом. Нужно вернуться в начало. Для большинства пар это было счастливое время, время глубокой близости. Даже после развода им следует смотреть на своих детей, помня об этой близости.

Иерархический порядок в организациях

ХЕЛЛИНГЕР: В организациях наряду с изначальным порядком существует также иерархический порядок по функции и достижениям. Так, администрация имеет приоритет перед другими подразделениями – она обеспечивает безопасность вовне. Поэтому она имеет приоритет, подобно тому как в семье муж имеет приоритет перед женой.

К примеру, в клинике администратор стоит рядом с ее руководителем. Он является его правой рукой. Функции руководства и администрации создают основу для всего остального в организации. Только потом идут врачи, хотя с точки зрения цели клиники они представляются самой важной группой, так же как с точки зрения цели семьи жена кажется важнее, чем муж. Так что врачи – следующая по значимости группа. Дальше, тоже как отдельная группа, идут медсестры, а затем, опять же как отдельная группа, обслуживающий персонал, например кухня. Таким образом, между этими группами существует иерархия по их функции.

Внутри этих групп, помимо иерархии по функции, действует иерархия по изначальному порядку. То есть те врачи, которые вошли в группу раньше, имеют приоритет перед теми, которые присоединились к ней позже. Эта иерархия никак не связана с их функциями. Она выстраивается только в зависимости от длительности их принадлежности к группе.