Бернард Вербер – Звездная бабочка (страница 17)

Изобретатель выключил компьютер и повернулся к остальным.

– Хорошо, будем работать всю ночь. «Звездная Бабочка» должна взлететь завтра на рассвете.

– Невозможно, – сказала Каролина Толедано, наблюдавшая за ходом завершающих проектных работ.

– Либо мы успеваем, либо все летит к черту, – обреченно махнул рукой Макнамара.

Изобретатель закусил губу.

– Согласен, – заявил Ив Крамер, – я скажу всем дружно взяться за дело. Да, вот еще что… может, предложить всем погрузиться на корабль?

– Само собой.

– То есть даже несмотря на то, что многие из них пока не отвечают требованиям здоровья, возраста, самостоятельности и нуждаются в лечении…

– Некоторые правила для того и существуют, чтобы не следовать им буквально. Раз у них все в порядке с мотивацией, значит, и во всем остальном не подкачают.

Друзья понимающе улыбнулись.

– А я, со своей стороны, предложу тридцати двум психологам, которых мы наняли, составить нам компанию, – прибавил Адриен Вейсс.

– Еще осталось два десятка военных, – заметила Каролина Толедано. – Наверно, их тоже увлек проект.

– Так что долой всякие там ярлыки, главное – люди… – заключил Адриен Вейсс.

– В общем, все, кто остался, вполне могут подниматься на борт, – нетерпеливо отрезал Макнамара. – Хотя они работали с нами недолго, мы не можем бросить их на растерзание нашим врагам. Ни один чужак не должен узнать, как устроена «Звездная Бабочка». Иначе нас достанут на расстоянии или пошлют за нами вдогонку корабль.

Ив Крамер посмотрел вдаль – на небо, которое как будто его звало. В ближайшие часы должна решиться его участь, а может, и судьба всего человечества.

Он почувствовал, что рядом кто-то есть. Он угадал это по запаху, но не повернулся.

– Теперь мы все заодно, и ни шагу назад. Либо победим, либо проиграем.

– А если проиграем?

– По крайней мере, постараемся не ударить в грязь лицом… – сказала напрямик Элизабет Мэлори.

31. Стадия возгонки

После тропической жары небосвод затянули пришедшие с запада мрачные тучи. Вдруг грянула гроза. Молния ослепительным зигзагом вспорола горизонт – земля и постройки содрогнулись. Температура разом упала. Как будто за ночь изнурительный летний зной оттеснило потоком ледяного воздуха. В метеорологии подобные случаи резкой смены погоды отмечались редко.

Люди валились с ног от усталости. Однако возвращаться в свое привычное прошлое никто из них не собирался.

Все жили одной с Ивом Крамером мечтой: «Однажды человечество переселится далеко-далеко, желательно в какой-нибудь другой мир».

В 4 часа утра 144 тысячи сподвижников длинной вереницей втянулись в гигантский космический корабль. Каждый был в космическом комбинезоне и с баулом. Все разместились в транзитной зоне и пристегнулись ремнями безопасности.

Когда гроза чуть поутихла, повалил град – он колотил по корпусу ракеты с таким грохотом, что казалось, будто ты сидишь в полой трубе, которую бомбардируют шариками для пинг-понга.

В 6 часов утра на борт погрузили животных, которым предстояло стать частью экологического цикла. От самых крохотных – насекомых до самых крупных – коров. За ними последовала холодильная установка на ядерном реакторе. В этом холодильнике помещались пробирки с замороженными зародышами животных, которых, как думал Габриель Макнамара, им предстоит воспроизвести по прибытии на неведомую планету, в условиях, близких к земным, – со схожей флорой и фауной.

В 6 часов 30 минут заполнили воздухом и водой две цистерны на нижних уровнях цилиндра, а в топливные баки закачали горючее, необходимое для взлета.

В 6 часов 45 минут в Городе-Бабочке и Городе-Гусенице уже не осталось ни одной живой души. Центр «Последняя Надежда» все покинули.

В 7 часов град уступил место проливному дождю.

– Погода как будто тоже против нас. Она не помешает старту? – спросила Каролина, не сводя глаз с купола мрачных туч.

– Во всяком случае, выбора у нас нет, это будет первый старт ракеты под дождем, – объявил изобретатель.

В 7 часов 45 минут, завершив последний контрольный осмотр корабля, взошли по самому верхнему трапу, примыкавшему непосредственно к подвижной башне центра управления, который помещался в правом «глазу» на голове «Бабочки».

В 8 часов включили воздушно-реактивные двигатели, чтобы они прогрелись, и Элизабет начала отсчет времени готовности к запуску со 150.

Когда на экране высветилось 130, камеры наружного наблюдения, передававшие изображения прямо в пилотный отсек, показали, что как раз в это время нагрянуло жандармское войско, и случилось это намного раньше ожидаемого.

– Придется взлетать прямо сейчас, – вздохнул Габриель Макнамара. – Убирайте трапы.

Тут Ив отстегнул ремень безопасности и встал перед изумленными взорами своих спутников.

– Я кое-что забыл! – крикнул он.

– Поздно! – бросил Адриен, удерживая его за руку.

Резким рывком Им высвободился.

– Нет, без него я никуда не полечу.

Изобретатель уже открыл люк, выходивший к трапу.

Магнат не верил своим глазам.

– Из-за него все полетит к черту!

– Я ему помогу! – выкрикнула Элизабет, отстегиваясь в свою очередь. – Не останавливайте обратный отсчет, мы скоро. Я поняла, что ему нужно, и только я знаю, где искать.

Ив Крамер кинулся искать Домино в зал управления – там он видел его последний раз.

Ненастье сотрясало Центр. Небо за окнами было до того темное, что можно было подумать, будто на дворе ночь. По стеклам струилась вода.

– Он спрятался за мойкой, – крикнула издалека молодая женщина. – Я его там часто видела.

И действительно, изобретатель услыхал жалобное попискивание из-под мойки. Он хотел было вытащить котенка, но тот, решив, что с ним хотят поиграть, царапнул приблизившуюся к нему руку, выскочил из своего укрытия и принялся весело скакать по залу.

– Нет, Домино! Только не сейчас! Иди сюда!

Они уже слышали вдалеке вой сирен жандармских машин – они снесли въездные ворота и прорвались за ограду центра «Последняя Надежда».

Котенок вознамерился юркнуть под стол.

– Бросьте! – взмолилась Элизабет. – Тем хуже для него.

– Он же наш талисман, амулет, вы сами сказали!

– Домино, Домино! – дважды крикнула Элизабет, пожалев вдруг, что сделала Иву Крамеру такой подарок.

Она заметила, как черно-белый котенок проскочил мимо, и кинулась за ним вдогонку, но оступилась и упала.

Ив Крамер подбежал к молодой женщине и помог ей подняться. А котенок издалека всеми своими ужимками показывал, что намерен и дальше играть с ними в догонялки и что они это здорово придумали, благо у него сегодня и впрямь игривое настроение. Ласково мяукнув, он как бы позвал их продолжать игру.

– Кота придется бросить, ничего не поделаешь! – крикнула шкипер. – Кошек спасают в последний миг только в кино.

«И только в кино бывают умные кошки», – подумала она про себя.

– Я его не брошу!

– Чтобы идти в будущее, иногда нужно уметь расставаться с прошлым, каким бы дорогим оно ни казалось!

– И это мне говорите вы?

Рокот двигателей, голоса и топот слышались все ближе.

– Идем обратно, умоляю! Ведь… суеверность… приносит несчастье!

Лицо у Элизабет исказилось от боли, пронизавшей ногу. Ив Крамер подхватил ее, и они пустились бежать, в то время как шум вторжения слышался уже совсем близко.

– Давай туда! – грянул в мегафон командный голос.