Бернард Вербер – Смех Циклопа (страница 116)
– Дальше Дариус стал Циклопом, Циклоп стал «любимейшим французом французов». Эту публикацию мы отпраздновали шампанским. Стараниями Стефана Крауза его успех принес нам огромные средства, позволившие повысить комфорт GLH под маяком.
– И?.. – не терпится Лукреции, не выносящей ожидания.
– Он выскользнул из наших рук. Думаю, его испортили слава и кокаин. Робость сменилась самолюбованием, невроз – мегаломанией. А главное, он свихнулся на BQT. Ему обязательно нужно было узнать, что это такое!
Теперь Беатрис гладит чемоданчик, как домашнего любимца.
– Однажды он опять заявился на маяк и потребовал собрать «сиреневые плащи». Он произнес речь о том, что он самый богатый и знаменитый и что GLH на нем кормится, а посему нам надо провести выборы и избрать Великим магистром вместо Тристана Маньяра его.
– Логично, – признает Исидор.
– Выборы так выборы… Самое удивительное, что для избрания ему не хватило всего одного голоса – возможно, моего. Уходя, он пригрозил: «Отказываете вежливой просьбе – придется поступить по-другому…»
– Вашему «воину юмора» не хватало остроумия, – говорит Исидор.
– Мы не знали, что выпестовали монстра.
– Диктаторов Фиделя Кастро, Норьегу и Бен Ладена сначала поддерживало ЦРУ, – напоминает Исидор.
– Дарт Вейдер был джедаем, а потом перешел на темную сторону Силы и стал воевать со своими создателями, – вносит свою лепту Лукреция.
– Но разрыва пока еще не произошло. Мы так им гордились, что не видели очевидного. Ему все прощалось, все предоставлялось на блюдечке с голубой каемочкой, как избалованному вундеркинду. Дариус Возняк создал свой театр, потом свою Школу смеха – с нашей финансовой помощью, конечно, с нашими инструкторами, с нашим ноу-хау. Мы тогда еще воображали, что он, говоря словами Стефана Крауза, – «наше окно в мир». А тем временем его могущество росло. Дариус завораживал толпы. У него хохотали целые стадионы, десятки тысяч людей.
– Берси, Парк де Прэнс, Стад де Франс… – перечисляет Лукреция.
– Икар подлетел к солнцу и опалил крылья… – бормочет Исидор.
– Самомнение Дариуса не переставало раздуваться. В частной жизни он превратился в буйного тирана, невоздержанного параноика. Он не переносил малейшей критики, утратил всякую самоиронию. Он уже не желал служить мишенью для юмора.
Она кладет на чемоданчик обе ладони.
– Нам не хотелось признавать реальность, мы по-прежнему находили для него оправдания. Мы видели во всем этом мелкие капризы избалованной прессой звезды.
– Вы не желали видеть, что ошиблись со знаменосцем.
– Так продолжалось до тех пор, пока он не ушел из «Стефан Крауз Продакшен» и не решил создать с братом Тадеушем собственную компанию. Тогда разрыв стал официальным. Он забыл, что всем обязан нам. Он все у нас украл: концепцию школы смеха, концепцию ПЗПП, даже розовый цвет кавалеров GHL. Он пытался параллельно создать собственное тайное общество, копируя все, что знал, и пользуясь военными трофеями – плодами своей популярности.
– Одного ему недоставало – BQT! Скипетра, без которого король не король, – говорит Исидор.
– Да, Меча Соломона, Эскалибура, нашей реликвии, этого атрибута истинной власти, оплота нашей легитимности, нашего якоря в истории протяженностью более чем в три тысячи лет!
– И вот он снова заявляется на маяк. «Не захотели по-хорошему – придется по-плохому!»
– С ним было шестеро сообщников. Трое братьев Возняк и телохранитель странного вида…
Тот, с песьей башкой!
– А еще девушка и усатый мужчина, – продолжает Беатрис. – Сначала они называли себя парламентерами… Мы высказали недовольство: в наш храм запрещено приводить чужих. Дариус вдруг распсиховался – он успел прославиться такими неспровоцированными взрывами гнева – и заявил: он у себя дома, здесь все его. Наша служба порядка уже теснила их к выходу. Он подал знак, и у них в руках появились автоматы…
Лицо Беатрис превращается в маску боли.
– Мы бросились врассыпную. Тристана самоотверженно заслонили несколько человек, дав ему скрыться c BQT.
– В муравейнике тоже первым делом спасают матку и расплод, – бормочет Исидор.
– Некоторым удалось спастись. Многие пали. Тристан спрятался, укрывая BQT. Мы бежали без оглядки. Измена, приведшая нацистов под карнакский курган зимой 1943 года, глубоко отпечаталась в сознании членов Ложи и заставила позаботиться об аварийном выходе. Мы воспользовались им и уплыли на моторках.
– Но Дариус и его свора не оставили вас в покое? – спрашивает Лукреция.
– Наверное, он хотел всех нас перебить, чтобы не осталось свидетелей.
– Вас спас священник, спрятав в подземелье часовни Сен-Мишель.
– Отец Паскаль Легерн быстро понял, что к чему. Он молодец!
Она не спешит продолжать, припоминая ход событий.
– Но мы недосчитались Тристана и решили, что Дариус схватил его и завладел BQT.
Лукрецию подмывало рассказать, что стало с Тристаном, но Исидор легонько наступает ей на ногу, намекая, что лучше помалкивать.
– Что было дальше? – спрашивает он.
– Мы ждали, пока минует опасность. Отец Легерн предложил нам перебазироваться в другое надежное место. О маяке нам пришлось забыть. Так мы очутились здесь.
– Где, собственно, мы находимся?
Беатрис тяжело вздыхает.
– Теперь вы вправе это знать. Идемте. Самое забавное, что вы сами в разговоре раз десять называли это место.
Великая магистерша предлагает им подняться по лестнице.
С каждой преодоленной ступенькой звуки и запахи позволяют все лучше понять, в каком удивительном месте устроила GLH свой новый секретный храм.
148
«В чем разница между католиком, протестантом и евреем? У католика жена и любовница, он любит любовницу. У протестанта жена и любовница, он любит жену. У еврея жена и любовница, а он любит маму».
Шутка GLH № 452897.
149
Беатрис ведет их, крепко держа в правой руке чемоданчик.
Они выходят из подземелья в сад.
– Сад Иерусалимского Креста, – объясняет Великая магистерша.
Исидор и Лукреция удивленно переглядываются.
Они поднимаются на просторный верхний этаж.
– Рыцарский зал!
Новый проход.
– Дорога Тридцати свечей.
Они в северном трансепте величественного собора.
– Ну, теперь вы поняли, где находитесь?
Лукреция и Исидор смотрят в открытое окно на бескрайний морской простор. Крики чаек, йодистый морской дух…
Беатрис приглашает их на готические хоры. Перейдя центральный двор, они оказываются в южном трансепте и поднимаются по винтовой лестнице на церковную башню, увенчанную колоколом. На него водружена золоченая фигурка архангела Михаила, поражающего мечом дракона.
Она улыбается.
– Отец Легерн из карнакской церкви Сен-Мишель связал нас с братией этой одноименной обители.
– Я думала, что кюре Карнака считает BQT воплощением дьявола! – удивляется Лукреция.