Бернард Вербер – Революция муравьев (страница 80)

Точно так же они убрали подальше свои личные документы. Поскольку все знали друг друга по имени, у них не было надобности пользоваться фамилиями, чтобы установить чью-то этническую принадлежность, или указывать домашний адрес, чтобы определить чью-то географическую принадлежность.

Впрочем, у них стало пусто не только в карманах, но и в головах. Людям, отдавшим себя делу служения революции, больше не нужно было забивать себе память номерами сигнальных кодов, кредитных карт и всякими прочими числами, которые нам требовалось заучивать наизусть, чтобы за пять минут не превратиться в нищих, забудь мы четыре или пять заветных циферок.

И стар и млад, и богатые и бедные – все одинаково трудились, отдыхали и развлекались.

Общий интерес к той или иной сфере деятельности порождал особые симпатии к людям. Уважение оценивалось по результатам выполненной работы.

Революция ничего ни от кого не требовала, и тем не менее молодежь по большей части еще никогда не была настолько увлечена делом.

Мозги неизменно требовали новых идей, образов, музыкальных форм и понятий. Предстояло решить еще столько практических задач!

В девять часов утра Жюли поднялась на главную сцену, чтобы поделиться со всеми своим открытием. Она объявила, что наконец нашла пример революции, достойный подражания, – живой организм:

– Внутри нашего тела нет ни соперничества, ни междоусобной борьбы. Мирное сосуществование всех наших клеток доказывает, что внутри нас самих уже существует гармоничное общество. А значит, достаточно воспроизвести вовне все, что происходит у нас внутри.

Публика обратилась в слух. Между тем Жюли продолжала:

– Муравейники уже сами по себе функционируют как гармоничные живые организмы. Вот почему эти насекомые прекрасно вписываются в природу. Жизнь приемлет жизнь. Природа любит все, себе подобное.

И, показав на полистироловый тотем посреди двора, девушка прибавила:

– Вот пример, вот секрет: «1 + 1 = 3». Чем единодушнее мы будем, тем выше будет наше сознание и тем гармоничнее наша связь с природой, как внутренняя, так и внешняя. Отныне наша цель – постараться превратить наш лицей в цельный живой организм.

Ей вдруг все показалось простым. Ее собственное тело было маленьким организмом, захваченный лицей – организмом побольше, революция, распространяющаяся по всему миру через информационные сети, – еще более важным живым организмом.

Жюли предложила переименовать все вокруг в соответствии с представлениями о живом организме.

Так, стены лицея стали кожей, двери – порами, амазонки из клуба айкидо – лимфоцитами, кафетерий – кишкой. Что касается денег, заработанных ООО «Революция муравьев», они превратились в глюкозу, необходимую для того, чтобы пополнять запасы энергии, а учителя экономики, помогавшего им заниматься бухгалтерией, прозвали диабетом, призванным регулировать содержание этой самой глюкозы в крови. Информационную сеть назвали нервной системой, она помогала передавать самые разные данные.

Ну а мозг? Тут Жюли призадумалась. Ей пришло в голову связать его с двумя полушариями. Правым, интуитивным, мозгом пускай будет их пау-вау, знаменитый утренний совет, творческое собрание, которое занимается поиском новых идей. Левым, методичным, пускай будет другое собрание, которое займется обработкой идей, выработанных правым мозгом, и их практическим применением.

– Кто будет решать, кому участвовать в том или другом собрании? – полюбопытствовал кто-то.

Жюли отвечала так: живой организм не иерархическая система – в собрании волен участвовать всякий, кто хочет, если у него будет настроение. Что же касается решений, они должны приниматься путем голосования – поднятием руки.

– А как же наша восьмерка? – спросил Цзи-вонг.

Они считали себя основоположниками и впредь должны были держаться все так же, независимой группой, отдельным мыслящим органом.

– Нас восемь человек, – сказала девушка, – и мы будем корой, первичным мозгом, от которого происходят оба полушария. Мы и дальше будем собираться на совет в репетиционной под кафетерием.

Все было продумано до мелочей. Все встало на свои места.

«Здравствуй, живая революция моя», – прошептала Жюли.

Во дворе все обсуждали новую идею.

– Ну а теперь мы проведем наше творческое собрание в большом спортивном зале, – объявила Жюли. – Идемте, кто хочет. Самые удачные идеи затем будут переданы практическому собранию, которое направит их в филиалы нашего ООО «Революция муравьев».

Вызвалась целая толпа желающих. Громко галдя, люди стали рассаживаться прямо на полу, пока в зале разносили снедь и напитки.

– Кто хочет выступить первым? – спросил Цзи-вонг, устанавливая большую классную доску, чтобы записывать предлагаемые идеи.

Вскинулось множество рук.

– У меня есть мысль по поводу Инфрамира Франсины, – сказал какой-то паренек. – Я тут подумал, а нельзя ли разработать точно такую же или похожую программу, которая позволит нам ускорить время? Так мы смогли бы заглянуть в далекое будущее и узнать, каким может быть вероятный ход нашего развития, а заодно увидеть возможные ошибки, чтобы их потом не допустить.

Слово взяла Жюли:

– Нечто подобное описывает в «Энциклопедии» и Эдмонд Уэллс. Он называет это «поиском ПНН», то есть Пути Наименьшего Насилия.

Паренек направился к доске.

– ПНН. Путь Наименьшего Насилия – а почему бы и нет? Для наглядности достаточно начертить большую диаграмму, отображающую все возможные пути развития человечества, и понять соответствующие последствия в краткосрочной, среднесрочной, долгосрочной и очень далекой перспективе. Пока что мы строим планы лишь на пяти- или семилетний срок президентского правления, тогда как планировать надо бы на двести, а то и пятьсот лет вперед, чтобы обеспечить нашим детям по возможности лучшее будущее, где, по крайней мере, будет меньше жестокости.

– Значит, ты предлагаешь придумать программу расчета вероятного будущего? – подытожил Цзи-вонг.

– Вот именно. Своеобразный ПНН. Что будет, если повысить налоги, если запретить ездить по автострадам со скоростью больше ста километров в час, если разрешить употреблять наркотики, если разрешить приработки, если объявить войну диктаторам, если упразднить корпоративные привилегии… Идей для опробования хватает! Словом, надо изучать непредвиденные эффекты или неожиданные последствия во времени.

– Франсина, мы это сможем? – спросил Цзи-вонг.

– Только не в Инфрамире. Время там течет очень медленно – для такого рода опытов это не годится. А не учитывать фактор течения времени я не могу. Но с помощью технических возможностей Инфрамира можно придумать другую всемирную моделирующую программу. Скажем, программу поиска ПНН.

В разговор вмешался какой-то лысый мужчина:

– Что толку искать идеальное политическое устройство, если у нас нет средств воплотить его в жизнь? Если мы желаем изменить мир и таким образом достичь наших идеалов, мы должны прийти к власти законным путем. До президентских выборов осталось несколько месяцев. Давайте включимся в избирательную кампанию и выдвинем кандидата от партии эволюционистов. Его предвыборная программа будет подкреплена программой ПНН. Так мы станем первой партией, которая сможет предложить по-настоящему разумную политику, потому как она будет основана на научных исследованиях вероятного будущего.

Поднялся гвалт – завязался жаркий спор между сторонниками новой политики и ее решительными противниками. Давид, взяв слово, поспешил возразить:

– Никакой политики. Вся прелесть Революции муравьев в том, что это стихийное движение, у которого нет традиционных политических устремлений. У нас нет вождя, а значит, и кандидата в президенты. Хотя у нас, как в муравейнике, есть, конечно, королева – Жюли, но она нам не вождь, а всего лишь символическая фигура. Мы не принадлежим ни к одной из ныне существующих экономических, этнических или религиозных групп. Мы свободные люди. Так давайте не будем отрекаться от всего этого, ввязываясь в обычные махинации ради завоевания власти. Эдак мы лишимся души.

Собрание загомонило еще громче. Похоже, лысый надавил на болевую точку.

– Давид прав, – прибавила Жюли. – Наша сила в том, чтобы разрабатывать оригинальные идеи. И для мира, если мы хотим его изменить, это куда полезнее, чем быть президентом республики. Кто же на самом деле способен что-то изменить? Не государства, а зачастую простые люди, одержимые новыми идеями. «Врачи мира» безо всякой правительственной поддержки сами ездили по всему свету и помогали людям в беде… Добровольцы, которые зимой спасают и кормят бедняков и бездомных… Великое множество частных инициатив исходит снизу, а не сверху. Чем сильна молодежь? На политические лозунги ей наплевать. Зато она знает назубок слова сотен песен – именно так и началась Революция муравьев. Идеи, музыка и, главное, никаких властных амбиций. Власть нас погубит.

– Но в таком случае мы никогда не сможем использовать ПНН! – возмутился лысый.

– ПНН, вернее наше знание ПНН, будет, тем не менее, работать, и мы будем предоставлять его в распоряжение любого политика, который захочет им воспользоваться.

– Будут другие предложения? – спросил Цзи-вонг, не желавший, чтобы потом среди них возникли какие-то мелкие разногласия.

Тут поднялась одна из амазонок:

– Дома у меня остались дед и сестра с ребенком, на которого у нее не хватает времени. Она попросила деда, чтобы он помог ей присматривать за малышом. В итоге дед очень доволен, да и малыш тоже. Дед ощущает свою пользу, и ему уже не кажется, что он сидит на иждивении общества.