Бернард Корнуэлл – Пустой трон (страница 46)

– Она прикончит бедную девочку, – пояснил я Финану.

– Или, возможно, отошлет в монастырь?

– Это одно и то же. Кроме того, Эдит знает Уэльс, – солгал я.

– Вот как? Неужто?

– Да, как свои пять пальцев. Вот почему она плывет с нами.

– Тогда понятно, – протянул Финан и больше не возвращался к этому.

Эдит, разумеется, ничего не знала об Уэльсе. Да и кто знает? По счастью, Гербрухт бывал в Тиддеви. Гербрухт – приятель моего сына, известный своей прожорливостью, из-за которой растолстел, хотя его бычья туша состояла по большей части из стальных мускулов. Я позвал его на корму, усадил рядом с рулевой площадкой и велел Эдит слушать.

– Откуда тебе известен Уэльс? – спросил я у фриза.

– Ходил в паломничество, господин.

– Ты? – Я не сдержал удивления. Гербрухт и паломничество как-то плохо сочетались.

– Мой отец был священником, господин, – пояснил толстяк.

– Он отправился из Фризии, чтобы посетить Уэльс?

– Король Альфред дал ему приход в Винтанкестере, потому что отец знал греческий.

Это звучало правдоподобно. Альфред дюжинами привлекал чужеземных попов в Уэссекс, но только если у них имелось образование.

– И вот отец, мать и я частенько посещали святые места, – продолжал Гербрухт.

– Так в Тиддеви тебя возили родители? – уточнил я.

Фриз кивнул:

– Я был совсем маленьким.

– Только не говори, что там был мертвый святой, – сказал я.

– Был, господин! – воскликнул Гербрухт благоговейно и осенил себя крестом. – Святой Деви[10].

– Ни разу о таком не слыхал. Чем он знаменит?

– Он проповедовал, господин.

– Да это все делают!

– Верно, вот только люди в задних рядах толпы не могли его разглядеть.

– Как это? Он что, был карлик?

Гербрухт нахмурился, явно страстно желая помочь мне, но не в силах подобрать слова.

– Не знаю, был ли он карликом, но люди не могли его видеть. И тогда Деви помолился Богу, и Тот воздвиг под его ногами гору.

– Деви создал гору в Уэльсе? – Я вытаращился на Гербрухта.

– Да, господин.

– И народ посчитал это чудом?

– Еще бы!

В моей «стене щитов» Гербрухт считался не самым сообразительным, но отличался силой и выносливостью. Мог целый день махать веслом, а секирой орудовал со смертоносным умением.

– Хорошо, расскажи мне про Тиддеви, – велел я.

Фриз снова нахмурил лоб, напрягая память.

– Он недалеко от моря, господин.

– Замечательно.

– Там монахи. Славные люди.

– Не сомневаюсь.

– И еще горы.

– Там был Деви. Быть может, он и создал горы?

– Точно, господин! – Идея пришлась ему по вкусу. – И еще там есть маленькие поля и много овец.

– Мне нравится баранина.

– Мне тоже, господин! – с восторгом воскликнул толстяк.

– А воинов в Тиддеви ты видел?

Он кивнул, но не мог сообщить, обитал ли близ монастыря какой-нибудь лорд, или же воины жили где-то неподалеку от поселения. Там размещалась церковь, в которой упокоился святой горотворец, и некие каменные кельи, населенные монахами. Но вот о близлежащей деревне Гербрухт ничего не помнил.

– Господин, церковь находится во впадине.

– Во впадине?

– В низине.

– Стоило предположить, что храм построят на горе, – пробормотал я.

– На горе?

– На той самой, которую воздвиг Деви.

– Нет, господин, – возразил озадаченный фриз. – Она в низине. И монахи угощали нас рыбой.

– Рыбой, значит?

– И медом.

– Одновременно?

Мысль показалась ему смешной, и он захохотал.

– Нет, порознь. Вместе получится невкусно. – Толстяк посмотрел на Эдит, ожидая, что та оценит шутку. – Мед и рыба! – воскликнул он, и девушка хихикнула, что весьма порадовало Гербрухта.

– Мед и рыба! – повторил он. – У них селедка была.

– Селедка? – спросила Эдит, стараясь не рассмеяться.

– И еще раки, ракушки и угри. Ну и макрель!

– Теперь расскажи мне о воинах, которых ты видел.

– Зато хлеб был странный, господин, – не унимался фриз. – И на вкус как из водорослей.

– Воины, – напомнил я ему.

– Было несколько близ усыпальницы Деви, господин.

– Они приходили поклониться, как и ты?