Бернард Корнуэлл – Король зимы (страница 49)

Королевство Бана рассыпалось. В этот последний год некому было собирать урожай, и мы, укрывшись в крепости на южной границе королевства, всю зиму питались олениной, корнями, ягодами и дичью. Мы еще продолжали делать редкие случайные вылазки на франкские позиции, но теперь походили на ос, пытающихся умертвить быка своими жалкими укусами. Франки теперь были повсюду. Их топоры звенели в зимних лесах, когда они расчищали места для ферм, и отполированные колья их только что возведенных частоколов сияли в лучах бледного зимнего солнца.

Ранней весной нам пришлось снова отступить под напором франкских армий. Они пришли к подножию крепости с барабанным боем, а вместо знамен поднимали на шестах крутые бычьи рога. Я видел неприступную стену из двухсот щитов и понимал, что оставшиеся в живых пятьдесят наших воинов никогда не смогут ее пробить. Поэтому мы вместе с Кулухом и Галахадом отступили. Франки улюлюкали нам вслед и осыпали дротиками.

Королевство Беноик почти опустело. Мужчины шли в Броселианд, где им за военную службу обещали земли. Старые римские поселения были опустошены, а поля заросли, затянулись ползучим пореем. Мы, думнонийцы, брели, волоча копья, на север, чтобы защитить последнюю крепость королевства, его столицу Инис-Требс.

Островной город был переполнен беженцами. В каждом доме ютились по двадцать человек. Дети плакали, семьи ссорились между собой. Некоторые из беженцев спешили переправиться в рыбацких лодках на запад, в Броселианд, или на север, в Британию. Но лодок не хватало, и, когда на берегу, вблизи острова, появились франки, Бан приказал оставшимся лодкам встать на якорь в крохотной неудобной гавани Инис-Требса. Он хотел, чтобы во время осады они могли снабжать гарнизон пищей, но хозяева судов – народ непокорный, неуправляемый, и, узнав о приказе, они подняли паруса и дали деру, устремившись на север порожняком. Осталась лишь горстка утлых лодчонок.

Ланселота назначили градоначальником, и, когда он обходил город, женщины выстраивались вдоль дороги и выкрикивали восторженные приветствия. Все теперь наладится, думали горожане, потому что командует гарнизоном величайший из воинов. Он благосклонно принимал лесть и произносил громкие речи, обещая построить из черепов франков новую насыпную дорогу в Инис-Требс. Принц играл в героя, он носил богатые доспехи, каждая пластина которых ослепительно блестела на солнце. Ланселот хвастался, будто доспехи принадлежали Агамемнону, великому воину Древней Греции, хотя Галахад с усмешкой заметил, что все снаряжение недавней римской работы. Башмаки Ланселота были сшиты из красной кожи, плащ – темно-синий, а на бедре, с вышитого пояса, подаренного Артуром, свисал длинный меч Танлладвир, что означало «кровавый убийца». На голове нашего героя красовался черный шлем, увенчанный распростертыми крыльями морского орла.

– Чтобы при случае можно было улететь, – зло пробурчал Каван, мой мрачный ирландец.

В просторном зале, рядом с библиотекой Бана, Ланселот собрал военный совет. Ветер гудел за окнами и бился в стены. Был отлив, и море отхлынуло с песчаных берегов бухты, где суетились франки, пытаясь отыскать прямую дорожку к острову. Галахад насадил по всей бухте лозу, надеясь обмануть врагов и завести их в сыпучие пески или на те участки берега, которые первыми будут отрезаны от суши во время прилива. Ланселот, стоя спиной к противнику, объяснял нам задуманный им план. Отец сидел по одну его руку, а мать – по другую, и оба доверчиво кивали, впитывая мудрые слова любимого сына.

– Защитить Инис-Требс просто, – заявил Ланселот. – Все, что нам надо делать, так это оборонять островные стены. И больше ничего. У франков мало лодок, летать они не умеют, поэтому добраться до Инис-Требса могут только при отливе, да и то после того, как сумеют найти безопасный путь по заливной песчаной косе. Но, добравшись наконец до города, они так измотаются, что никогда не смогут перебраться через каменные стены города. Обороняйте стены, – закончил Ланселот, – и вас не одолеют. Лодки могут поддержать нас с моря. Инис-Требс никогда не падет!

– Верно! Верно! – подхватил король Бан, радуясь уверенности сына.

– Сколько у нас еды? – мрачно спросил Кулух.

Ланселот снисходительно глянул на него.

– Море, – весело сказал он, – полно рыбы. Это такие серебристые штучки, лорд Кулух, с хвостами и плавниками. Вы их ели, по-моему, не раз.

– Не замечал, – невозмутимо ответил Кулух. – Слишком был занят дракой с франками.

Тихий смех, похожий на ропот, пробежал по рядам воинов, собравшихся здесь. Не больше дюжины из них дрались вместе с нами на материке, но остальные были близкими друзьями принца Ланселота и только что на случай осады произведены в капитаны. Борс, двоюродный брат Ланселота, значился главенствующим воином Беноика и командиром дворцовой стражи. Он, по крайней мере, участвовал в нескольких стычках и снискал репутацию бойца. Сейчас Борс сидел развалясь и вытянув длинные ноги. В римской тунике, с черными, намасленными, как у Ланселота, волосами, он должен был выглядеть браво, но лицо его посерело от усталости.

– Сколько у нас копий? – спросил я.

До сих пор Ланселот словно и не замечал меня. Я знал, что принц не забыл нашей встречи два года назад, но он спокойно улыбнулся на мой вопрос:

– У нас на службе четыреста двадцать человек, и у каждого из них есть копье. Я все ясно объяснил?

Вернув ему любезную улыбку, я кивнул.

– Но копья ломаются, лорд принц, – настаивал я, – к тому же люди, защищающие стены, вынуждены метать свои копья, как дротики. Когда четыре сотни и двадцать копий будут брошены, что мы будем кидать потом?

– Поэтов, – буркнул Кулух, к счастью, не очень громко, и Бан его не услышал.

– Копья найдутся, – легкомысленно отмахнулся Ланселот. – Да хотя бы те копья, которые франки станут метать в нас.

– Куда ни кинь, попадешь в поэта, – не унимался Кулух.

– Что ты сказал, лорд Кулух? – спросил Ланселот.

– Я рыгнул, лорд принц. Но раз уж ты обратил на меня свое благосклонное внимание, позволь спросить: есть ли у нас стрелки из лука?

– Несколько.

– Сколько?

– Десять.

– Боги нам помогут, – сказал Кулух и поерзал на стуле: он терпеть не мог стульев.

Потом заговорила Элейна. Королева напомнила нам, что остров стал убежищем для женщин, детей и самых великих в мире поэтов.

– Безопасность филидов в ваших руках, – провозгласила она, обращаясь к нам, – а вы знаете, что с нами произойдет, если не удастся удержать город.

Я незаметно лягнул Кулуха, который так и норовил вылезти со своим ядовитым замечанием. Поднялся Бан и протянул руку в сторону библиотеки.

– Там хранится семь тысяч восемьсот сорок три свитка, – проникновенно произнес он, – копившиеся веками сокровища человеческого знания. Падение города будет означать упадок цивилизации. – Затем он поведал нам древнюю историю о герое, отправившемся в лабиринт, чтобы убить монстра. За ним тянулась шерстяная нить, при помощи которой он мог отыскать обратный путь во тьме. – Моя библиотека, – сказал он, объясняя смысл длинной истории, – та самая нить. Потеряете ее, друзья, и мы останемся в вечной тьме. Поэтому я прошу вас, прошу: бейтесь! – Он помолчал, улыбаясь. – К тому же я разослал письма с мольбой о помощи. Одни ушли в Броселианд, другие – к Артуру. Думаю, уже близок тот день, когда горизонт забелеет от дружеских парусов! Ведь вы помните, Артур поклялся помочь нам!

– Артур, – вмешался Кулух, – завяз в битвах с саксами.

– Но клятва есть клятва! – с упреком поглядел на него Бан.

Галахад поинтересовался, собираемся ли мы совершать набеги на лагеря саксов, разбитые у берега. Нам нетрудно было бы добраться туда на лодках, сказал он, и незаметно высадиться восточнее или западнее расположения их отрядов. Но Ланселот категорически отверг эту идею.

– Если мы выйдем за стены, – сказал он, – то умрем. Это так очевидно.

– Никаких вылазок? – разочарованно спросил Кулух.

– Стоит нам выйти за стены, как мы погибнем, – повторил Ланселот. – Я вам приказываю оставаться в городе.

Он провозгласил, что лучшие воины Беноика, сотня ветеранов войны на материке, будут охранять главные ворота. Мы, пятьдесят думнонийцев, получили под свою опеку западную часть стены, а городские ополченцы вместе с материковыми беженцами должны были помогать защитникам там, где потребуется. Сам Ланселот со своими приближенными и дворцовыми стражниками, наряженными в белые плащи, останутся в резерве, будут наблюдать за битвой из дворца и вмешаются, когда потребуется их помощь.

– С таким же успехом можно ждать помощи от фей, – прорычал Кулух.

– Опять рыгнул? – насмешливо спросил Ланселот.

– Это все из-за рыбы, которой я объелся, лорд принц, – огрызнулся Кулух.

Король Бан пригласил нас перед уходом осмотреть его библиотеку, вероятно надеясь дать нам понять, какие бесценные сокровища мы будем защищать. Шумные мужчины, шаркая ногами, вошли в библиотеку и с разинутыми ртами глядели на свитки в пчелиных сотах полок, а потом повалили в другую комнату поглазеть на гологрудую арфистку. Галахад и я подольше задержались среди книг, где над столом невозмутимо склонился горбатый отец Кельвин. Сейчас он, казалось, весь был поглощен борьбой с серой кошкой, которая играла с его пером.

– Продолжаете выяснять размах крыльев ангела, отец? – громко спросил я.