Бернар Вербер – Время химер (страница 2)
Восстановив тишину, министр продолжает:
– Существование проекта «Метаморфоза» нет смысла отрицать. Диего Мартинез не соврал в своей статье.
Журналисты опять оживленно переговариваются.
– Имеется тем не менее некий немаловажный нюанс: «Метаморфоза» – это всего лишь… проект. Проект, не более того. Именно поэтому я счел нужным сделать официальное разъяснение. Для тех, кто еще не читал статью господина Мартинеза, я вкратце перескажу ее содержание. Основательница проекта «Метаморфоза», профессор эволюционной биологии Алиса Каммерер, ставит его целью создание, при помощи последних достижений генной инженерии, нового человечества, состоящего из трех подвидов: люди летающие, люди роющие, люди плавающие.
В зале снова шум. Министр науки старается успокоить аудиторию.
– Знаю, знаю… Это может показаться… как бы лучше выразиться? Новаторством? Вот именно, это новаторство. Такое, что сбивает с ног. Но терминология не так важна. Прозвучавшее этим утром сообщение породило непонимание и даже враждебность: внезапные и несоразмерные.
Бенджамин Уэллс переводит дух.
– Не прошло и часа, как развернулась кампания дезинформации. Сначала статью подхватила блогосфера, приверженная теории заговора. Далее последовала кампания клеветы, систематического паникерского поношения, которой дирижируют злонамеренные люди. Эту кампанию раздувают также оппозиционные партии, которые, почуяв удачную возможность, спешат очернить образ нашего правительства, финансирующего этот новаторский проект. В этой связи позвольте мне подчеркнуть, что причина нашей поддержки столь дерзких исследований – желание министерства науки способствовать прогрессу… науки. Мы совершенно не страшимся достижений, которые не вписываются в общепринятые нормы. Знайте, как член правительства я всегда буду поддерживать ученых, устремленных в будущее. Когда их трусливо смешивают с грязью, когда над их открытиями глумятся разные недобросовестные субъекты, стремящиеся к сенсациям, я непременно предоставляю им возможности объясниться и выступить в свою защиту. Итак, дамы и господа, прошу, поприветствуйте профессора Алису Каммерер. Напоминаю, мадемуазель Каммерер всего тридцать лет, но она – блестящий биолог. Алиса уже считается одним из лучших в мире специалистов в области эпигенетики, ее работы об эволюции живой материи и о мутациях ДНК пользуются международным признанием.
Молодая брюнетка с собранными в хвост волосами, с большими зелеными глазами, покидает свое место в первом ряду зала, поднимается на сцену и встает к пюпитру. По такому случаю она скромно облачилась во все белое: белый жакет, белая блузка, белая юбка.
Она оглядывает зал.
Алиса поправляет микрофон и начинает говорить четко и звонко:
– Всякий, кто рискует устроить революцию в области своей компетенции, неизбежно вербует три группы своих противников: тех, кто не желает никаких перемен; тех, кто хочет сделать то же самое, но немного опоздал; наконец, массу тех, кто ничего в этом не понимает, однако воображает, что имеет собственное мнение, хотя повторяет то, что твердит наиболее враждебное большинство. Особенно если это – ложь. Ведь эмоции препятствуют мысли.
Алиса берет с пюпитра стакан с водой и медленно делает глоток, чтобы привлечь всеобщее внимание. Поставив стакан, она обводит глазами аудиторию.
– Поговорим теперь о проекте «Метаморфоза». Да, этот проект существует. И да, я в него верю. Правда то, что пока что он находится на стадии эксперимента. И все же, пусть это и покажется поразительным, я всерьез надеюсь однажды его осуществить. Почему? Потому что он необходим для выживания нашего вида.
После недолгой паузы она продолжает:
– Я верю в биоразнообразие, служащее доказательством разумности матери-природы. Множа всевозможные формы одного и того же организма, она добивается его приспособления к изменениям среды обитания. Возьмем для примера муравья: в семействе муравьев насчитывают двенадцать тысяч видов. Самый крупный из известных на сегодня муравьев в шестьдесят раз больше самого мелкого. Это то же самое, как если бы среди людей были и метровые карлики, и гиганты ростом в шестьдесят метров.
Ученая берет пульт и выводит на экран у себя за спиной фотографию животного, смахивающего на плюшевую игрушку.
– Или вот пример более близких к нам созданий. Существует сто тридцать два вида лемуров самых разных размеров, мохнатости, окраса и способностей. У некоторых – галеопитеков, их еще называют «летучими лемурами» – передние и задние конечности соединены перепонкой, позволяющей им планировать на очень большое расстояние.
На экране короткое видео: парящий на фоне лазурного неба галеопитек.
– А есть лемуры, умеющие плавать. Есть лемуры, роющие норы в земле. Но нет ни одного, который бы одновременно летал, плавал и рыл норы. У каждого свои физиологические особенности.
Следующая фотография.
– Еще более близкие наши родичи – обезьяны, их сто двадцать пять видов, и у каждого свои размеры, таланты, социальные взаимосвязи и возможности.
На экране появляется человеческий череп.
– А что касается человека, то я напомню, что когда-то существовало три разных вида людей, не считая
Алиса выводит на экран фото прославленной звезды социальных сетей: гладкое поблескивающее лицо, надутая грудь, перекачанные губы, невероятно длинные ресницы, закаты с пальмами на длиннющих ногтях. Звезда сует в кадр крохотного йоркширского терьера, высунувшего язык, с бантиком на голове, который усеян маленькими бриллиантами. Под портретом подпись: «5 миллионов подписчиков».
В зале слышны смешки – доказательство, что журналисты наконец расслабились. Алиса опять пьет воду.
– Позволю себе раскрыть скобки: какое нужно высокомерие, чтобы назвать свой собственный вид
Она с деланым огорчением усмехается.
– Давайте по-честному: до мудрости нам далеко. На самом деле мы неразумны, даже глупы, а главное, бесконечно презираем другие виды живых существ, сосуществующие с нами на поверхности этой планеты. В своей безграничной дерзости мы воображаем, что способны управлять природой. И по этой причине норовим все унифицировать. Аграрная индустрия создает особый сорт пшеницы, отличающийся ускоренным ростом и высокой устойчивостью. То же самое относится к селекции крупного рогатого скота, приводящей к появлению высокоудойной породы. К селекции в овцеводстве – на максимальное производство шерсти. В свиноводстве создается порода предельной жирности. В птицеводстве – максимально толстые окорочка и слабое оперение. Цель селекции и клонирования в животноводстве и растениеводстве – производить больше и быстрее, с максимальной прибыльностью. Но когда вспыхивает та или иная болезнь – мучнистая роса пшеницы, коровье бешенство, баранья трясучка, свиная лихорадка или птичий грипп, то эти однородные виды вымирают, потому что не способны защитить себя.
Алиса отбрасывает со лба непослушную челку, переводит дух и продолжает:
– Проект «Метаморфоза» состоит в том, что мы в подражание матери-природе занимаемся диверсификацией человека. Как напомнил господин министр Уэллс, речь идет о создании трех дополнительных подвидов человека, способных противостоять вызовам, неизбежным в недалеком будущем. Каждый из этих подвидов – гибрид, то есть результат скрещивания человека и другого вида. Первая категория – человек летающий, я использую для его обозначения английский термин «Aerial», что значит «воздушный». Для его получения мы скрестили человека и летучую мышь. Вторая категория – человек роющий, он тоже проходит у меня под английским именем, «Digger». Это гибрид человека и крота. Наконец, третья категория – человек плавающий, «Nautics», гибрид человека и дельфина. Все эти наименования выбраны не просто так: взгляните на их начальные буквы, из них получается код, вписанный в сердцевину наших клеток, секрет жизни – ADN[3].
Алиса Каммерер умолкает и дает всем время осознать, а сама отпивает еще воды.
– Превратив наш вид во владыку трех стихий – воздуха, воды и земли, – мы попытаемся обеспечить его выживание. При землетрясении не пострадают умеющие летать. При цунами – плавающие, как рыбы. Устойчивыми к чрезвычайному потеплению окажутся те, кто сможет уберечься от солнечных лучей в подземной прохладе.