Бернар Вербер – Империя ангелов (страница 5)
– Вы, случайно, не были замешаны в деле об убийстве изготовителей инсектицидов?
– Ну, ты силен!
«Маленькие лесные домовые…» Я морщу лоб, напрягая память.
– Вы придумали прибор для общения с муравьями!
– Я нарек его «Розеттским камнем», потому что он служил посредником между двумя совершеннейшими цивилизациями планеты, неспособными, увы, понять и оценить одна другую: людьми и муравьями.
Кажется, он испытывает ностальгию по своему изобретению.
– Я буду учить тебя «ангельскому» ремеслу, – продолжает он, – вместе с вытекающими из него обязанностями и возможностями. Главное, никогда не забывай, что находиться здесь – это само по себе ОГРОМНАЯ ПРИВИЛЕГИЯ.
Он чеканит дальше:
– ТЫ ХОТЬ ПОНИМАЕШЬ, ЧТО БОЛЬШЕ НЕ ПЕРЕРОЖДАТЬСЯ – ВЕЛИЧАЙШИЙ ДАР, О КАКОМ МОЖЕТ МЕЧТАТЬ ЧЕЛОВЕК?
До меня начинает доходить, что я освобожден от цикла перевоплощений.
– Чему же вы будете меня учить, месье Уэллс?
5. Энциклопедия
СМЫСЛ ЖИЗНИ: «Смысл всего в развитии».
Сначала было…
Ноль: пустота.
Пустота развилась и стала материей. Это дало…
Первое: минералы.
Минералы развились и обрели жизнь. Это дало…
Второе: растения.
Растения развились и обрели подвижность. Это дало…
Третье: животных.
Животные развились и приобрели сознание. Это дало…
Четвертое: человека.
Развитие человека позволило его сознанию достичь стадии мудрости. Это дало…
Пятое: духовного человека.
Развитие духовного человека шло в направлении превращения в нематериальный дух. Это дало…
Шестое: ангела.
Эдмонд Уэллс,
6. Эдмонд Уэллс
– Итак, я – номер 6?
– Итак, ты – «ангел», – уточняет Эдмонд Уэллс.
– Я всегда представлял ангелов с нимбом над головой и с крылышками на спине.
– У этого шаблонного образа древние корни. Нимб – это остаток железного карниза, ими римляне защищали статуи христианских святых от птичьего помета. Крылышки же на спине восходят к месопотамской традиции изображать отростками на спине все, что считалось принадлежностью высшего мира. Крылатыми изображали лошадей, быков, львов…
– Что меняется, когда ты становишься ангелом?
Я смотрю на свою руку. Только сейчас я заметил, что все мое тело излучает сияние цвета морской волны.
– Физические изменения – это еще не самое главное, – отвечает Эдмонд Уэллс. – Куда важнее то, что в этом новом состоянии меняется твое отношение к живым существам и к предметам.
Эдмонд Уэллс принимается объяснять, чем я буду теперь заниматься. Мне будут вверены три души в человеческом воплощении. Моя задача – сделать так, чтобы по меньшей мере одна из них развилась до 600 баллов, тоже стала номером 6 и вышла, таким образом, из цикла перерождений. Моя работа будет состоять в том, чтобы следовать за этими тремя земными жизнями, помогать им, сопровождать их. Когда они скончаются, я выступлю их адвокатом при процедуре взвешивания в присутствии трех архангелов.
– Как только что Эмиль Золя в отношении меня?
Эдмонд Уэллс подтверждает мое умозаключение.
– Благодаря этому своему успеху Эмиль Золя смог перейти на более высокий уровень ангельского развития.
Теперь понятно, почему Эмиль Золя проявил такое упорство перед моими судьями и почему, победив, так возликовал.
– Что собой представляет этот «более высокий уровень развития»?
Мой наставник отвечает, что на каждом этапе обучения я буду приобретать надлежащие познания. Сначала должна успешно сложиться моя ангельская карьера, это – условие допуска в более высокие сферы.
Так, за беседой, мы доходим до конца тоннеля. Выход из него лучится, подобно голубому бриллианту, как и вход. Перед нами простирается «страна ангелов».
«Ангелы? Нет, прошу прощения, я в такое не верю. Все это – не более чем дань моде. То возникает мода на ангелов, то на каких-нибудь инопланетян. Бездельникам и суеверным людям это дает пищу для ума. Ломая над этим голову, они забывают о безработице и об экономическом кризисе.
7. Страна ангелов
Я любуюсь представшей моему взору бескрайней панорамой.
– Ты не обязан ходить по земле, – подсказывает мне Эдмонд Уэллс. – Здесь нет тяготения, мы свободны от материальных условностей. Можешь перемещаться в пространстве, куда и как захочешь.
Если бы не отчасти матовая просвечивающая почва, можно было бы подумать, что мы находимся на «нормальной» человеческой территории.
Эдмонд Уэллс указывает на некоторые ориентиры:
– На западе равнина, где прогуливаются ангелы, желающие между собой поспорить. На севере крутые обрывистые горы с глубокими пещерами, там ангелы могут уединиться, когда захотят покоя. Идем!
Отсюда вся эта территория напоминает глаз. В центре длинной узкой миндалины синеет круг, похожий на радужную оболочку, – лес отдающих в синеву деревьев.
Посередине радужной оболочки блестит зрачок – черное озеро. В отличие от настоящего человеческого зрачка, это озеро – не круг, оно имеет форму… сердца. У меня возникает чувство, что рай – это бирюзовый глаз, глядящий на меня черным сердцем-зрачком.
– Это озеро Зачатия, – объясняет Эдмонд Уэллс.
Мы приближаемся к более темному участку. Окружающие его бирюзовые деревья похожи на приморские сосны с густыми плоскими кронами.
Под деревьями я вижу ангелов. Большинство, сложив по-турецки ноги, парят под ветвями в метре над землей, с интересом рассматривая расположенные перед каждым треугольником три шара. Одни заметно нервничают, другие возбужденно передвигаются от одного шара к другому.
Ангелов тысячи, они занимают многие километры. Мой наставник отвлекает меня от наблюдения за ними и зовет за собой, вверх.
– Что это за деревья?
– На самом деле это не деревья, а средства для улучшения излучения и приема исходящих от земли волн.
Мы делаем резкий поворот. На юге я вижу долину, где собираются «ограниченными группами» ангелы.
Мы меняем курс.
На востоке виднеется еще один вход, лучащийся словно зеленый бриллиант. Все здесь блестит, все прозрачно, все испещрено бликами: и черная вода озера, и бирюзовые деревья, и перламутровая белизна земли.
– Сапфировые врата – вход в страну ангелов, ты пришел оттуда.
Эдмонд Уэллс указывает на вспыхивающий зеленым грот на востоке.
– Изумрудные врата служат выходом, через них ты уйдешь, завершив свою ангельскую миссию. Мы отправимся на западные равнины. Я знаю там спокойный уголок, где удобно будет провести первое учебное занятие.