Бернар Клавель – Малатаверн (страница 4)
– За кого ты меня принимаешь? Думаешь, мне охота работать даром?
– Вот видишь? – отозвался Кристоф. – Ничего ты не понял Деньги тут ни при чем. Мешок-то из-под соли, я стянул его у своего старика. Попадись легавые поумнее, нас бы из-за одного этого зацапали.
Робер притих Он стоял рядом с приятелями и вдыхал, смакуя, прохладный утренний воздух, пахнущий землей и травами – Все верно, – вновь заговорил Серж, – если бы не эти идиотские куры, мы бы хорошо хапнули.
– Не куры, а цесарки, – уточнил Робер. – Как бывает полезно крутить амуры с фермерской дочкой: узнаешь много нового!
Серж проговорил это вполне серьезно, сухо, почти резко. Кристоф рассмеялся. Робер промолчал. Он стоял, поджав губы и уставившись на белесое пятно, – так выглядело в темноте тонкое лицо Сержа в обрамлении светлых волос. Когда Кристоф перестал смеяться, все трое некоторое время молчали, затем Серж продолжал в том же тоне:
– И вообще многому можно научиться под коровьим хвостом от сиволапых крестьян.
Робер разозлился Он попытался сдержаться, задыхаясь от злобы, но взорвался против воли. Он сжал кулаки и, напрягшись всем телом, бросил:
– Заткнись, подонок! Ты мне надоел!
Серж замахнулся и угрожающе переспросил:
– Ах так? Подонок?
Кристоф кинулся их разнимать, привстал на одно колено и расставил руки. В конце концов он заставил их сесть.
– Э-э, так не годится. Если хотите свести счеты, я не прочь вас рассудить, только не сейчас.
– Да я быстро с ним разделаюсь, – вскипел Серж. -Пачкаться, правда, об него не хочется!
– Ах бедняжка! – притворно вздохнул Робер. – Уж как я его разукрашу!
– Ну все, хватит!
Все трое замолчали. Кристоф дал приятелям время успокоиться и продолжал:
– Все эти дурацкие птицы! А мы-то идиоты! Ведь нам было наплевать, что за твари у них в курятнике, – индюшки, куры или страусы. Да что говорить! Если бы они не подняли шум, отличное бы вышло дельце.
– Все-таки не с пустыми руками мы ушли! – заметил Робер. – Не Бог весть сколько взяли, ну да ладно…
Разговор ненадолго прервался, потом Робер подошел к Кристофу и спросил:
– А что вы здесь делаете?
– Решили тебя подождать, а как увидели, что тебя все нет и нет, поняли, что ты у своей милашки.
Серж и Кристоф так и покатились со смеху. Робер пожал плечами.
– И что с того? Может, я не имею права? И не надоело вам чесать языками? – отрезал он – Конечно, дорогуша, твое право пусть будет при тебе, зато и мы можем повеселиться, когда хотим. Робер встал с травы.
– Ладно, – буркнул он, – мне пора домой.
– Э-э, не торопись! У нас к тебе серьезное дело. Не поднимаясь с места, Кристоф ухватил его за лодыжку. Робер плюхнулся в траву и сел, привалившись спиной к откосу. Уже вышла роса; рубашка у него промокла, спине было холодно.
– Что еще за дело?
Кристоф не спешил с ответом, он вполголоса осведомился:
– Помнишь, мы как-то говорили о мотоциклах? У Робера вырвался вздох:
– Ты не хуже меня знаешь, что это невозможно. Может, родители Сержа и согласятся, а я ..
– Мои старики просто кретины, – буркнул Серж, – пока я дождусь их разрешения, мне инвалидная коляска будет нужна, а не мотоцикл.
Все трое загоготали. Кристоф посерьезнел и прошипел:
– Заткнитесь вы оба!
Парни прислушались. Где-то далеко на юге тарахтел автомобиль.
– Лучше убраться подальше от дороги. Машины еще ладно, а велосипед мы можем не услышать. Зато если кто-нибудь послушает, о чем мы тут говорим, все, нам крышка.
– Еще чего! Мы разве не имеем права проветриться? не понял Робер. Серж и Кристоф так и прыснули.
– Конечно, – заметил Серж, – ты имеешь полное право проветриться, если при этом будешь трепаться о погоде, о природе, о девочках, но уж никак не об этом.
Они продрались сквозь кустарник и, миновав тропинку, спустились к пустырю, находившемуся на полпути к Оржолю.
– Здесь будет поспокойней, – заметил Кристоф. Отыскав в зарослях ежевики пятачок, заросший пыреем, приятели решили там и остановиться. Трава была высокая, сухая и шуршала при малейшем движении. Вокруг них, из густых зарослей дрока доносились ночные шорохи. Автомобиль, который они слышали прежде, промчался по дороге выше того места, где они сидели, и свет его фар на мгновение выхватил из темноты живые изгороди и деревья, росшие вдоль дороги; затем шум мотора стал удаляться: машина ехала вниз, в сторону Сент-Люс.
– Кто хочет посмолить? – спросил Серж. Беря у него сигарету, Робер нащупал целлофановую обертку, в какой бывают только дорогие сигареты.
– Ишь ты, американские! Хорошо живешь!
– Мои старики других не курят, так что если баловаться задарма деваться некуда, бери что есть. Конечно, с цигарками твоего водопроводчика не сравнить!
– Да плевать на тебя хотел водопроводчик!
– Опять вы за свое, – проворчал Кристоф.
– Этот подонок действует мне на нервы, – снова сказал Робер, а Серж ехидно хмыкнул.
Наступило молчание. Потом Кристоф чиркнул спичкой. Приятели по очереди прикурили, и лица их на минуту вынырнули из тьмы при свете крошечного язычка пламени, теплившегося в ладонях Кристофера. Какое-то время все трое молча курили, затем, не повышая голоса, Кристоф заговорил о деле:
– Сам понимаешь, мы не можем провернуть ничего действительно стоящего, пока у каждого не будет мотоцикла, – обратился он к Роберу.
– Конечно, – согласился тот, – но мне это не по силам.
– Ну, ты и балда! Достанем мы тебе денег! – Робер рассмеялся:
– Ну да, две тысячи монет за ворованный сыр! Придется хорошенько почистить окрестные фермы, пока наскребешь такие деньги.
Кристоф схватил его за руку и быстро заговорил:
– Сейчас не время валять дурака, парень. Мы готовим серьезное дело. Теперь главное – точно знать, хочешь ты обзавестись колесами или нет и хватит ли у тебя пороху провернуть это дело вместе с нами.
– Говори, а там поглядим.
– Ну нет, нечего ломаться. Или тебе это нужно, и ты работаешь с нами, или тебе наплевать, и тогда говорить не о чем. Мы и без тебя управимся. Да и Серж сможет купить машину посолидней.
– Не говоря уже о том, – вмешался Серж, – что, может, еще и деньги останутся.
– Все-таки я хочу знать, где вы добыли деньги и как их взять?
И вновь тяжелая рука Кристофа стиснула Роберу плечо.
– Ты так и не усек. Пойми, мы можем раскрыть все карты, если будем уверены, что ты не пойдешь на попятный. Единственное, что я могу тебе сказать, – дело верное. Никакого риска и верный барыш.
– Если все так просто, как ты говоришь, почему я должен идти на попятный? – возразил Робер. – Разве я когда-нибудь дрейфил?
Кристоф замялся, словно подбирая слова, потом медленно и еще тише произнес:
– Нет, конечно, но все-таки дело-то нешуточное.
– Ты же сам говоришь, что никакого риска нет. Кристоф вновь замолчал. Несколько раз он откашливался, но, как видно, так и решился продолжать. В разговор вмешался Серж:
– Понимаешь, тут такое дело, что знать надо наверняка. Раздумывать хуже нет. Если уж мы возьмемся за это всерьез, то все должно идти как по маслу и точно по плану. До секунды. Иначе…
Он запнулся, и за него договорил Робер:
– Иначе нас сцапают.
Кристоф возмущенно воскликнул: