Беркут – Визит на чай (страница 4)

По-настоящему испугаться не успел. Едва кровь из довольно глубокой (резанул левую ладошку от души), раны попала на алтарь, тот словно ожил. В месте соприкосновения с порезом камень потеплел и даже вроде бы как-то посветлел. Не будь мне так плохо попытался бы убедиться, но было не до того. И так больную руку резко прострелило аж до плеча. Вскрикнув, попытался одёрнуть многострадальную конечность. Не тут-то было! Рука словно прилипла и из неё высасывали кровь. Не фигурально. Вполне себе осязаемо проклятая каменюка древним вампиром пила мою кровушку, меняясь на глазах. Из абсолютно чёрного и холодного он стал пепельно-серым и почти обжигающим, а на его поверхности из ниоткуда появилась вязь из причудливо переплетённых рун.

После появления рисунка, из меня перестали выцеживать кровь. Процесс пошёл в обратном направлении. Я почувствовал, как по всему телу прокатываются волны успокаивающего тепла. Даже головная боль отступила куда-то на задворки. Стало так легко и хорошо, что хотелось смеяться и петь. Я и запел. Запел, сам себе не веря и не контролируя, на незнакомом языке, абсолютно не понимая ни, своих же, собственных, действий ни произносимых слов. Сейчас-то я знаю, что это был ритуальный валлийский, и вовсе не простое песнопение. Но тогда… Чуть больше года назад я лишь чувствовал — останавливаться нельзя.

Через пятнадцать минут (именно столько длиться та «песенка»), ослепительная вспышка заставила инстинктивно зажмуриться. Открыв глаза, я едва не присвистнул. Ритуальный зал исчез, превратившись в небольшую зелёную полянку на берегу чистейшего горного озера. Всё бы хорошо, но я там был не один. На меня практически не моргая смотрел самый большой представитель семейства кошачьих — тигр. Вдруг стало страшно любопытно амурский или бенгальский? Полосатый хищник слегка удивлённо наклонил голову вправо словно спрашивая: «Какая тебе разница, кто тебя сожрёт?». А вот интересно! Я повторил его движение. Тигр наклонил голову в другую сторону. Я собезьянничал. Он зевнул. Я тоже. Не специально. Рефлекс. Он угрожающе сделал шаг вперед. По идеи следовало бы отступить, но из чистого упрямства я сделал на два шага больше, возможно приблизив свою гибель. От подобной наглости у котика, по-моему, аж усы встопорщились.

Возможно, мы бы ещё долго дразнили друг друга, однако взгляд тигра вдруг сосредоточился на какой-то точке позади меня. Хотел было развернуться и посмотреть, что же там такое, но не успел, полосатый меня опередил. Гневный тигриный рык, который сопровождался потоком синего пламени, полетел в мою сторону. На уход с линии огня, даже если бы захотел, не было времени. Закрыться можно только руками, что попросту бессмысленно. И главное — я почувствовал, что мне ничего не угрожает, и этот «выстрел» не по мою душеньку. Зажмуриться всё же пришлось, но вовсе не от огня (тот прошёл сквозь меня, будто сквозь бестелесный призрак), а от злобного душераздирающего, и явно предсмертного крика на всю округу, который ударил по ушам в следующую секунду. Я даже голову в плечи втянул от неожиданности. Но подлинный сюрприз меня ждал после того, как утих тот вопль: моего лица коснулось нечто тёплое, мокрое и шершавое. Кошмар какой-то! Меня в наглую облизывали, словно леденец на палочке, а я стоял столбом, ни возмущаться, ни сопротивляться, ни даже открыть глаза совершенно не хотелось.

— Живи, — услышал я, когда на мне буквально не осталось сухого места. А затем снова наступила темнота.

Очнулся я, лёжа в позе эмбриона на чём-то твердом, но тёплом, как русская печка, с зажатом в правой руке кинжалом. Голым. Свежим. Отдохнувшим. Полным сил. Абсолютно здоровым и немного голодным.

Способность думать и воспоминания вернулись не сразу. Лишь через минуту сообразил, где я и на чём, собственно, лежу. Камень, кстати, остался серым. Осторожно выпустил нож. Судя по рукам, я снова маленький ребёнок. Хоть мальчик, и на том спасибо. Ущипнул себя за ляжку. Больно! Не сон! Погодите-ка! Домовик, явно ритуальный зал с рунами и волшебным, скорее всего родовым, камнем, маленький мальчик, крик какого-то злого мужика. Низкий деревянный потолок… и вовсе не больничной палаты — так ведь? А чулана под… Ой, твою Моргану-мать!

— Попадос!

Нет. Точно не усну, раз на воспоминания пробило. Давно такого не было. Да уж, взбаламутил меня денёк сильно. Чуть больше года прошло. Вроде, хорошо же обжился, быстро, а вот спокойно реагировать на ключевые фигуры книжной истории не могу. Веду себя дурак дураком. Обидно. Вот что это за «не женюсь» вообще? Позорище! Ещё и сбежал. Детский сад, штаны на лямках. Не думал же о таком! Совсем. К тому же, я здесь, значит и мир тут вовсе не канонический по определению. Не факт, что она вообще волшебница. Чего дёргаться-то? А с Малфоем? Ну, поморщился он от цвета волос, ну не нравится ему синие волосы — павлинов, видимо, напоминают — Поттером же не назвал, не заговорил вообще, просто прошёл мимо. Паниковать-то тогда зачем? Так всё! Долой рефлексию! Всему своё время. Вон с Макгонагалл же всё прошло более-менее чинно. Даже не вериться, если честно. Эх, ладно. Всё потом.

Молока хочу. И хлеба с вареньем. Яблочным:

— Ночной дожор! Все брысь из кухни!

Глава 4

Мои ночные налёты на кухню не то, чтобы регулярные, но не такие уж и редкие. Какого-то графика тоже нет, да и тайны. Вездесущие домовики всё узнали с первого раза, хоть я и убрал за собой. Пришлось выслушивать ворчания Тайво, который в то время уж слишком рьяно взялся опекать вновь обретённого хозяина, что мол, милорд может его вызывать в любое время. Пришлось тихо поинтересоваться не считает ли он, что хозяин даже не способен себе сэндвич сделать? Сработало, ворчание прекратилось. А в следующий раз в буфете под стасисом обнаружились нарезанные: хлеб, ветчина, томаты и сыр. Можешь-то, можешь, но ножик в руки ни-ни — пальчик порежешь. Хихикал я ещё долго. Сейчас всё стабилизировалось. То ли сказывается присутствие взрослого, то ли я «заматерел» в их глазах, но опека перестала быть столь навязчивой, как в первые пару месяцев.

К слову, о домовиках: то что происходило после случая в Годриковой впадине мне категорически не нравится. С гибелью Джеймса и Лили, вот не получается назвать их родителями и всё тут, для эльфов исчез и наследник. Они чувствовали, что род не прервался, но найти маленького Гарри не могли, ровно до того момента пока я впрямую не позвал. Вот и думай теперь, кто, как и зачем это проделал? Гадость от Тома на такой фортель не способна однозначно. Дамблдор? Ой, вряд ли! Камень принял меня именно как главу по праву магии в столь юном возрасте — значит никакого ритуала по отсечению сына Флимонт Поттер не проводил. Тайво тоже категорически это отрицает. Я думал у него голова открутиться от отчаянного мотания и истерика начнётся от возмущения и обиды по поводу такого оскорбительного предположения. Из всего этого следует: уведомление в палату лордов, датированное, что характерно и, мягко говоря, подозрительно днём исчезновения главы, с большой вероятностью — фальшивка. Так что при появлении сиротки в магическом мире всё бы вскрылось. Оно Дамблдору надо при таком его общественном статусе? Нет. Смерть героя для сохранения такого проступка в тайне его тоже не устроит. Пятно на репутации: прятал, прятал да не спрятал. Какой ты к драклам верховный чародей? Вовек не отмоешься. Но кто-то это сделал. И сделал явно надеясь, что последний из рода долго не протянет. Фиговые дела, однако!

Так. Кухня ожидаемо пуста. Это хорошо. Варенье, варенье, ты где? Ага. Нарезка. Тоже иди сюда. Да, я передумал — хочу и бутерброд. Лорд Поттер сегодня непоследовательный и сумасбродный. Дитятко растёт и ему надо много кушать, а одни только сладости вредны. Тьфу ты! Грейнджер! Закормлю конфетами насмерть! Прямо в поезде и начну… Блин. Молоко пролил:

— Экскуро!

Ну вот, тряпочка от чистоты просто сияет. Бытовые чары у меня прекрасно работают без палочки, как и «протего» кстати. Последнее радует больше всего. Ещё бы атакующие подтянуть, вообще красота. Однако, что имеем, то имеем. В общем, свою волшебную палочку от Григоровича, того самого (лиственница и сердечная жила дракона), я до сих пор не достал из правого кармана магловских шорт. Вернувшись из Лондона, так и не переоделся. Попытку прятать её в задний карман одежды давно забраковал Волхов, просто медленно заведя правую руку за спину и спросив о моих ощущениях от этого действа. Пришлось признать, что такой жест подсознательно воспринимается агрессией, и шанс получить в нос до того, как успеешь что-то сделать очень высок. В обычное время и под мантией моя палочка покоится в специальном чехле на правом бедре. Жаль нельзя воспользоваться идеей с тростью. Не по возрасту, как-то.

Ё-моё! Я ведь сегодня палочку вообще не доставал. Редко такое случается. Действительно кошмарный день был. Волшебные палочки хоть и вправду вещь для мага незаменимая, индивидуальная и сугубо личная, но не настолько как это считают одержимые своим делом Олливандеры. Они не выбирают хозяев, не отказываются служить чужакам, хотя по древней традиции их часто даже сейчас специально ломают в случае смерти владельца. Но с оружием, а волшебные палочки им вполне можно считать, это обычная практика прошлых веков. Кстати, покупать палочку лично вовсе необязательно — взрослому волшебнику каталога с колдографиями вполне достаточно. А лорд — всегда взрослый волшебник. Ну, почти всегда.