Benjamin Owl – Веном Хранители Миров (страница 1)
Benjamin Owl
Пойзон Хранители Миров
Benjamin Owl
ПОЙЗОН – ХРАНИТЕЛИ МИРОВ
КНИГА ВТОРАЯ
«Пролог – Имя ему Пепел»
Женщина в снежно-белом плаще с большим капюшоном, отделанным изящным кружевом, держа младенца на руках, вошла в двери храма. Он был вырублен в скале. Солнечные лучи, проникавшие сквозь множество маленьких кривых окон в потолке, тёплым светом заливали неровные молочно-бежевые стены, розовый ониксовый пол и скромное убранство. Посредине красовался алтарь – небольшая возвышенность, выстланная благоухающими цветами и уставленная чашами разных форм и размеров. Навстречу женщине вышли три служительницы храма.
– Здравствуй, Анна! – радостно приветствовала первая жрица.
Мать улыбнулась и передала ей младенца.
– Сын! – радостно объявила Анна.
Женщины одобрительно улыбнулись и закивали.
– Бог выберет ему самое славное имя! – заверила вторая жрица.
– А мать вымолит великую судьбу! – добавила третья.
– Счастливую судьбу… – робко пробормотала Анна.
Женщины, шелестя юбками, направились в глубину зала. Уложили младенца в стоящую у алтаря деревянную колыбель. Зажгли свечи в аромалампах, и воздух постепенно начал наполняться лёгким ароматом лимона. Мать удобно уселась подле колыбели, не сводя любящих глаз со своего малыша.
– Ты подготовила оберег? – спросила первая жрица.
Анна сняла с шеи цепочку, на которой висел маленький обрамленный в серебро рубиновый кулон. Цвет камня был точно таким же, как цвет её глаз. Она протянула оберег жрице, та положила его в колыбель. Потом все три служительницы разом словно по команде опустились на пол, взялись за руки и начали тихо шептать.
– Дай ему имя! Имя ему… Nomen illis1… Дай ему имя! Имя ему… Nomen illis… Дай ему имя! Имя ему… Nomen illis…
Таинственный звук их голосов заполнил пещеру. Солнце скрылось за тучей и пламя свечей задрожало от легкого прикосновения ветра. Анна невольно поежилась, обняв себя за плечи.
– Cinis2! Пепел к пеплу, прах к праху! – подняв лицо вверх громко воскликнула одна из жриц. Вторая радостно объявила
– Имя ему Ашэ!
– Пепел… – едва слышно сорвалось с дрожащих губ матери. В её рубиновых глазах застыл ужас. Ребёнок заплакал. Анна начала качать колыбель, а по её щекам текли безмолвные слёзы. Третья жрица поднялась и, взяла одну из чаш с пола, наклонилась над колыбелью. Обмакнула палец в вязкую жидкость и провела по лбу младенца, оставляя красную полосу.
– Бог нарёк тебя Ашэ! – улыбнувшись, сказала она. Ребёнок замолчал. – Не бойся, Анна! – обратилась она к матери с той же ласковой улыбкой. Проведя по её щеке рукой, подняла лицо за подбородок вверх, и заглянув ей в глаза. – Ашэ – хорошее имя! Ведь всё не только обращается в пепел, но и рождается из него. А теперь попроси у Бога великой судьбы для своего сына!
Служительницы быстро удалились, оставив мать и младенца одних. Анна взяла ребёнка на руки, начала качать его и тихо запела:
Как заклинание, снова и снова повторяла мать свою молитву, ещё долго сидя у алтаря, качая своё дитя и крепко сжимая в руке оберег.
«Возвращение»
Человек, облачённый в чёрный плащ с капюшоном, стремительно шёл по огромному коридору. Каждый его шаг гулким эхом раздавался под высокими сводами пещеры, в которой находился дворец. Он с поразительной лёгкостью распахнул массивные резные двери из блестящего чёрного оникса, вошёл в приёмный зал, откинул капюшон и снял чёрную плотную тканевую маску, скрывавшую нижнюю часть его лица.
– Ваше Высочество! – поприветствовал он короля. Король, сидевший за столом, заваленным бумагами, утомлённо взглянул на вошедшего.
– Говори, – тихо сказал он.
– Ашэ снова исчез! – разочарованно усмехнулся человек в плаще. – И скрыл от нас мир, в котором он находился! – король устало потер лоб. Его глаза были красного цвета, как и у вошедшего капитана, но в них не было ужасающего огненного блеска; они были тёмными и тёплыми, словно огромные рубины. Из противоположного угла просторного зала послышался голос.
– Приветствую тебя, Грум! – он резко обернулся. Ашэ, развалившись, сидел на диване. Его непослушные светлые волосы причудливо торчали, воротник куртки был расстёгнут, а лукавые красные глаза горели, как раскалённые угли. – Ты всё время теряешь то, что у тебя под носом! – насмешливо добавил он, довольно глядя на потерявшего дар речи Грума. Грум, едва нашедший в себе силы сохранить самообладание, вернул взгляд на короля.
– Ваше Высочество, мне кажется, самое время упрятать его в Темницу! – голос капитана, до этого спокойный и приятный, теперь казался громовым.
– Эй, не гони коней! – протянул Ашэ, нахально усмехнувшись. Грум закатил глаза. Король тяжело вздохнул, сложил руки перед собой на столе и уверенным голосом заявил:
– Я придумал лучшее наказание за «шалости» Ашэ, чем его бесполезное пребывание в Темнице. – лицо Грума дёрнулось от злости.
– Ваше Высочество, он – дезертир и разрушил узел, пока бездумно играл в «домашнего эльфа» этой девчонки! – парировал он. Король поморщил нос и спокойным, но ледяным тоном произнёс:
– Мы не можем этого утверждать; мы так и не нашли разрушенный узел…
– Зато видели события… – не сдержавшись, злобно кинул Грум, перебив короля. Король бросил на него гневный взгляд, и капитан тут же умолк.
– Не стоит распространять домыслы! Домыслы – это дело недостойное Хранителя Миров! – раздражённо сказал он, сжимая челюсть.
– Повинуюсь, Ваше Высочество, – немного помедлив, пробормотал Грум и услышал за спиной надменный смешок.
– А за свой незапланированный «отпуск»! – повысив голос, продолжил король. – Ашэ сполна заплатит долг своему Королевству в отряде Охотников! – теперь уже Грум не сдержал довольный смешок. Король строго посмотрел на него, потом перевёл взгляд на Ашэ и устало, умоляюще произнёс: – Прошу вас, господа капитаны, ведите себя достойно, в соответствии с вашими званиями и титулами. Никаких нарушений я не потерплю! Запру вас в одной камере, там хоть убейте друг друга! Но до этого помните, вы на службе у Королевства, ведите себя соответственно!
Грум кивнул. Ашэ не спеша поднялся с дивана, направился к столу и всё с той же надменной улыбкой вальяжно произнёс:
– Повинуюсь, Ваше Высочество! – и поклонился, что скорее выглядело как насмешка, а не как должное выказывание уважения. Это ещё больше разозлило Грума. Его и без того бледное лицо стало ещё белее, а челюсти сжались крепче.
– Вы свободны! – сухо заявил король и уткнулся в бумаги. Оказавшись в длинном коридоре, Грум остановился, а Ашэ продолжил развалисто и медленно шагать дальше.
– Ты опять взялся за старое? – процедил сквозь зубы разъярённый Грум. – Что ты наплёл королю? – Ашэ остановился, и медленно повернулся. На его лице сияла задиристая улыбка.
– Наши дела с королём – это наши дела с королём! – довольно заявил он и изобразил что-то вроде поклона. Его наглые глаза с любопытством изучали лицо капитана, тот стоял молча. – Но за себя не переживай: о тебе мы даже не вспоминали, до твоего появления, разумеется! – немного помолчав, насмешливо добавил Ашэ. Грум испепелял его яростным взглядом, крепче и крепче сжимая кулаки до боли.
– Как там её зовут? Астрид? – надменно бросил он. Во взгляде Ашэ на секунду промелькнул страх, лишь на секунду, но Грум это заметил и довольно усмехнулся. – Я найду её! – с наслаждением протянул он.
– Попробуй! – вызывающе кинул Ашэ.
– Нельзя ни к кому привязываться: привязанность – это слабость! – смакуя каждое слово, говорил Грум, улыбаясь. У Ашэ вырвался разочарованный смешок. – Какой бы силой ты ни обладал, я обладаю такой же! Какое бы волшебство ты ни нашёл, чтобы её спрятать, оно мне тоже подвластно! Помни об этом! Помни каждую секунду! И бойся, Ашэ! Я найду твою девчонку и разорву её на твоих глазах! – довольно процедил он. Капитан размеренным шагом подошёл к Груму, схватил его рукой за плащ у самой застёжки, приблизился к его уху и спокойно произнёс:
– Ты проиграешь, Грум! Как и всегда! Тебе ли об этом не знать? – он отпустил плащ, аккуратно поправил его, улыбнулся, дружески ладонью похлопал капитана по груди и, насвистывая весёлую мелодию, спокойным шагом пошёл по длинному коридору прочь. Его свист жутким эхом разносился по дворцу. А Грум так и стоял неподвижно у чёрной ониксовой двери, провожая его взглядом.
«Отчаянный шаг»
Ашэ захлопнул дверь своей комнаты и тут же, согнувшись, бессильно сполз по ней вниз. Он задыхался, отчаянно хватая ртом воздух, со всей силы потянул воротник куртки вниз, так что пуговицы отлетали одна за другой. Его сердце колотилось так сильно, что он слышал отчётливые удары у себя в горле, кровь пульсировала в висках. В ушах звенело, свет померк, глаза не видели ничего, кроме темноты, хотя на улице ещё был день. На его лбу выступили огромные капли пота, ладони стали скользкими, а одежда насквозь промокла. Ужасный страх всё ещё не покидал его, сковывая своими железными щипцами и холодя душу. В трясущейся руке Ашэ сжимал капсулу с ядом и до сих пор не мог поверить, что он жив. Он был уверен, что сегодня умрёт. В голове не укладывалось, что король не бросил его в Темницу. Он распорядился его жизнью по-другому. В силу какого-то неведомого чуда капитан был жив и свободен, сидел в своей комнате во дворце и задыхался от приступа паники.