Бенедикт Джека – Участь (страница 64)

– Плохая! – поежилась Звездный Ветерок.

С подавленным видом она сделала в воздухе пируэт.

Я просканировал грядущее на предмет тех вариантов, в которых двигался к помосту, и задумался. Мне следовало принять верное решение.

Пьедестал на помосте имел в высоту три фута, а на нем вроде бы покоился простой жезл цвета слоновой кости. Сам пьедестал был увенчан кубом непреодолимой силы, едва различимым в сумрачном зале.

Спустя секунду я сообразил, почему Грифф медлил. На кромке пьедестала имелись три квадратных держателя, идеально подходящих для артефакта Лоны, однако к ним было невозможно подступиться из-за мощного энергетического барьера.

Грифф между тем заломил Лоне руку за спину – и она вынуждена была приподняться на цыпочки.

– Живо! – приказал он.

– Я не знаю!

Сосредоточив на Гриффе свое колдовское зрение, я увидел, что серебристый туман проклятия Лоны облепил его так плотно, что маг напоминал ослепительно-яркий прожектор. Похоже, проклятие заработало в полную силу – а ведь туман все прибывал и прибывал. Грифф еще выше заломил Лоне руку, и та ахнула – серебристый туман сгустился вокруг Гриффа, обвивая его кольцами.

– Думай! – рявкнул Грифф.

– Я не знаю! – пронзительно закричала Лона. – Я здесь никогда не бывала!

Грифф толкнул Лону, и та распростерлась на полу. Он поднял руку, вокруг которой засияла бурая энергия. Каменный помост расплавился, будто лава, и собрался в кандалы, сомкнувшиеся у Лоны на щиколотках и приковавшие ее к пьедесталу.

– Значит, у нас намечается проблема, – объявил Грифф.

Я вздрогнул.

– Я иду к ней!

– Нет! – расстроилась Звездный Ветерок.

– Я должен ей помочь.

– Улетим отсюда! – настойчиво произнесла Звездный Ветерок. – Мне тут не нравится!

– Грифф ее убьет!

Звездный Ветерок пожала плечиками.

– Тебе все равно, – резюмировал я. – А мне нет. Мне нужно, чтобы ты отправила послание. Пожалуйста.

– Послание? Кому?..

– Пеплу и Рэйчел, – пояснил я, указывая на магов.

Затем, наклонившись к самому острому уху Звездного Ветерка, я прошептал:

– Пепел, Делео, на связи Алекс Верус. Оникс – в засаде за колонной в северной стороне комнаты, в десяти колоннах слева от того места, где вы сейчас. Он надеется, что вы как-то дадите о себе знать.

Звездный Ветерок метнулась к Делео и Пеплу, а потом ко мне приплыл ответный шепот:

– Верус, ублюдок, почему ты еще жив?

Я улыбнулся.

– Привет, Пепел! Прежде чем задавать подобные вопросы, вспомни, что у нас по-прежнему есть общий враг.

– Ты полагаешь, мы тебе чем-то обязаны?

Я промолчал, а Ветерок незамедлительно донесла до меня голос Рэйчел:

– Он стоит как столб?

– Да.

– Предупредишь нас, если он начнет перемещаться по залу.

Наступила пауза.

Звездный Ветерок захлопала ресницами.

– Готово.

Кивнув, я начал просчитывать свои действия.

– Алекс! – позвала меня первозданная, парящая в воздухе. В ее взгляде была мольба. Вид у нее был жалкий, и я проникся к ней сочувствием. Звездный Ветерок создана для свободы, повинуясь своим прихотям, она постоянно находится в движении. Насилие не в ее характере. Здесь она чувствовала себя потерянной, не в своей стихии, и я понимал, что инстинкты подсказывают ей, образно говоря, улепетывать со всех ног.

Одно слово – и она заберет меня вместе с собой.

– Извини, Звездный Ветерок, – вымолвил я. – К сожалению, я не смогу составить тебе компанию.

Накинув капюшон плаща-тумана, я превратился в человека-невидимку.

Обходя помещение по кругу, я максимально напрягал зрение, присматриваясь к магам. Оникс наблюдал и ждал: паук в своей паутине. Рэйчел и Пепел крадучись приближались к нему. Оникс их не замечал.

Я уже догадался, что не сумею увидеть Тринадцатую до тех пор, пока она не нанесет удар, поэтому целиком и полностью переключился на Лону и Гриффа.

Я начал приближаться к пьедесталу, уповая на то, что ни Грифф, ни Оникс не почувствуют мое присутствие.

Я смог разглядеть сквозь силовой барьер очертания веретена судьбы и впервые за последние дни проникся спокойствием. Я сделал выбор.

Я возьму веретено судьбы и воспользуюсь им. Если мне будет сопутствовать удача, мы с Лоной будем спасены. В противном случае мы погибнем. Я бесшумно скользил по залу и думал о том, видит ли сейчас меня Абитриакс. Полагаю, древнего полководца могла заинтриговать такая шахматная партия – как-никак, а все участники поединка насмерть сражались за один и тот же приз.

Наконец, я приблизился к пьедесталу на безопасное расстояние и встал, не шелохнувшись. Одно лишнее движение – и все пойдет насмарку.

А Грифф тем временем орал на Лону.

– Вставь куб! – прорычал Грифф.

– Но какой из держателей подойдет?

Послышался глухой стук удара, Лона сдавленно вскрикнула. У меня волосы на затылке встали дыбом.

– А ты определи, – настаивал Грифф.

– Я не знаю!

Еще один удар – теперь Лона уже громко вскрикнула от боли. Я вновь принялся скользить по гладкому полу, продвигаясь вперед.

Грифф присел на корточки перед Лоной. У девушки была рассечена губа, по подбородку струилась кровь. Она испуганно смотрела на Гриффа, но когда тот заговорил, его голос прозвучал ласково.

– Лона, лично против тебя я ничего не имею. Ты влипла во все это по самые уши, но, мне кажется, ты понятия не имеешь, во что ввязалась, – Грифф посмотрел на нее почти отеческим взглядом. – Лона, ты должна понять, что мне необходимо распечатать барьер, а если ты не захочешь мне помочь, я буду вынужден делать тебе больно. Думаю, ты справишься.

– Вы сказали, что если я выберу не тот держатель, я умру!

Грифф рассмеялся.

– Но ты ведь – умная девочка! Ты справишься.

Мне осталось пройти совсем немного. Рэйчел и Пепел приближались к пьедесталу с противоположной стороны. Оникс не покидал своего укрытия. Лона неуклюже лежала, скованная кандалами, ее дыхание было учащенным.

Вдруг Лона приподняла голову, и когда я увидел ее глаза, я оцепенел.

– Я всегда терпеть не могла магию, – тихо промолвила Лона. – Она отняла у меня жизнь. Но я такая, какая есть. Магия – моя неотъемлемая часть, и я не собираюсь прятаться от нее. – Она помолчала, а затем произнесла, обратившись к Гриффу: – Умри!

Внезапно я осознал, что проклятие Лоны, опутавшее Гриффа, излучает ауру обреченности.

Я опять двинулся вперед. Грифф посмотрел сверху вниз на Лону. Матрица будущего, дернувшись, изменилась. А потом картинка грядущего словно заледенела – Грифф принял решение.