Бенедикт Джека – Участь (страница 34)
– Но кто она такая?
– Она… – промямлил я и умолк.
– Но что-то тебе известно, – настаивала Лона.
Я отвел взгляд.
– Ты не хочешь говорить? – спросила Лона.
– Дело не в этом.
– Тогда в чем же?
– Понимаешь… ладно,
– Все настолько плохо? – удивилась Лона.
Я опять ничего не ответил.
– Почему она так себя вела? – выпалила Лона. – Я говорю о Лизе. Как будто Морден ее хозяин…
Я прикусил губу, притворившись, что увлечен созерцанием Лондона. Мы находились выше самых высоких небоскребов, но я не видел городских красот.
Я нехотя погрузился в прошлое и перенесся в сумрачный особняк Ричарда Дракха, Ширин и Тобрука, Рэйчел…
– Алекс!
– Помнишь, я говорил, что маги делят род человеческий на две категории – на собственно магов и баранов? – начал я. – Но есть один важный момент. Баранов колдуны не принимают во внимание, зато за своими собратьями они пристально наблюдают день и ночь. Они обожают власть и сделают все ради этого.
Лона заморгала. Похоже, она мало что поняла.
– Любой маг может прекрасно устроиться в обычной реальности простых обывателей, – попытался объяснить я. – Но тогда никто из колдунов не станет его уважать. Статус определяется влиянием именно в мире магов. Благосклонность Совета, положение, связи… и все прочее.
– А Пепел, почему он говорил, что покупает меня? – осведомилась Лона.
Я понял, что Лона не остановится до тех пор, пока не получит ответ или не услышит категоричное «нет».
Что ж, ей надо знать правду.
– Черным магам нравится обзаводиться рабами, – произнес я. Теперь настал мой черед избегать смотреть Лоне в глаза. Ладно, нечего темнить! – Для них это что-то вроде валюты. Даже те, кто не использует рабов, держит их, чтобы при случае выгодно продать другим хозяевам. Любой послушник или адепт без связей, любой, у кого не хватает сил, чтобы постоять за себя, может попасть в рабство. С большой вероятностью для Лизы все закончится именно так. Иногда новички сами делают сознательный выбор. Человек служит одному магу, поскольку иначе его возьмет другой, еще хуже. У некоторых Черных магов – десятки рабов. Такой вот своеобразный бизнес… Они любят хвастаться своим живым имуществом.
Я умолк. Лона прищурилась.
– Что они с ними делают? – спросила она.
Я поднял на нее взгляд.
– Все, что только пожелают.
Кабина почти доползла до обзорной площадки «Канареечного причала». В небе сверкали звезды – Лондон внизу тоже мерцал россыпью огней, словно отражал их далекий свет.
– Алекс! – проговорила Лона. – Пожалуй, мысль вернуться домой была не такой уж и плохой.
Я кивнул. Кабина лифта замерла, и дверцы плавно разъехались в стороны. Мы вышли в ночь.
Мы с Лоной приблизились к самому краю смотровой площадки, огороженному защитной сеткой. Стена здесь изгибалась под углом, образуя пирамиду. Влево и вправо уходили мостики с прозрачными перилами, достигавшие двух других углов. За перилами начиналась отвесная стена – семьсот футов пустоты до асфальта, прячущегося где-то внизу. Да уж, не лучшее место для тех, кто боится высоты.
На вершине пирамиды – прямо над нашими головами – мигали два ослепительно-ярких прожектора системы предупреждения самолетов.
Мы были здесь совершенно одни.
Я достал из кармана стеклянный жезл, с помощью которого вызывал Звездного Ветерка, и прошептал заклинание.
– Александр Верус зовет тебя – откликнись на мою мольбу, царица неба!
Затем я спрятал жезл и устремил взор вдаль, рассчитывая, как долго нам придется ждать.
– Алекс! – окликнула меня Лона, указывая куда-то рукой.
Выяснилось, что внимание Лоны привлек северо-западный угол башни. Вдоль стены небоскреба скользил вверх тусклый огонек, едва различимый с нашей точки.
Огонек уже успел преодолеть треть пути.
– Делео! – констатировал я. – И почему она такая упрямая? – Я просканировал будущее. – Пепел до сих пор в холле. Конечно, он дежурит у лифта. Ждет, что мы спустимся вниз.
Лона с тоской всмотрелась в ночное небо, и я понял, о чем она думала.
– Делео, – повторил я.
– Что?
– Ты гадала, кто доберется сюда первым, Звездный Ветерок или Делео. В общем, Делео выигрывает.
– Надо бежать?
– Необязательно. Не стоит постоянно улепетывать от этих ребят. У них выработается привычка гоняться за тобой, – я протянул Лоне жезл. – Спрячься где-нибудь. Как только появится Звездный Ветерок, кричи.
– А ты?
– Будь хорошей девочкой и делай то, что я говорю.
– Я – плохая девочка, – парировала она, но по ее голосу я почувствовал, что она с трудом сдерживает улыбку.
Повиновавшись, она отступила в тень. Пирамида скрыла ее от лифта, на котором поднималась Делео.
Я направился к мостику, поневоле наслаждаясь панорамным видом на ночной Лондон.
Совет был в своем репертуаре: маги высшего звена всегда предпочитают выбирать для своих тусовок зрелищные места на тот случай, если кому-либо из гостей вздумается полюбоваться здешними красотами. Вытащив из кармана пару золотистых дисков, я положил их по обеим сторонам мостика – один у перил, другой у основания пирамиды. Теперь мне следовало набраться терпения и дождаться Делео.
Зрелище ночного Лондона завораживало. Воздух был холодным и свежим, и вдруг я поймал себя на том, что мне всего этого недоставало. Я даже соскучился по суете мира магов! В моей жизни затворника отсутствовало нечто важное, и теперь я, казалось, снова обрел самого себя.
Огонек исчез, заслоненный стеной, а потом опять появился – уже на верху «Канареечного причала». Я нервозно наблюдал, как Делео покидает кабину лифта…
Заметив меня, она на секунду застыла, после чего зашагала к мостику.
Я позволил ей приблизиться на расстояние тридцати шагов и четко произнес магический приказ. Золотистые диски вспыхнули, оживая, а между мной и Делео возникло мощное силовое поле, предохраняющее меня от вражеских поползновений. Невидимый энергетический щит был абсолютно непробиваемым – по крайней мере, на некоторое время.
Услышав звуки моего голоса, Делео едва не споткнулась о щит, однако сумела сохранить равновесие. Вскинув руки вверх, она уставилась на меня.
Спустя десять секунд Делео приняла решение, и между ее ладонями зажглось зеленое флуоресцентное сияние.
– Не трать силы понапрасну, – заявил я. – Ты бы смогла сломать преграду, если бы тебе никто не мешал, но я буду постоянно подпитывать щит с противоположной стороны.
– Ты долго не продержишься, – возразила Делео елейным голосом.
– Давай поболтаем, – я скрестил руки на груди и сделал глубокий вдох. – Я хочу тебя кое о чем спросить.
Делео молчала.
– Начнем с того, мне нужно узнать ваши планы насчет Лоны, – продолжал я. – Но, разумеется, правды я от тебя не добьюсь. Поэтому я решил избрать иную тактику и выяснить кое-что еще… – Я склонил голову набок. – Позволь задать тебе личный вопрос, Делео. Почему ты меня так люто ненавидишь?
Делео молча сверлила меня взглядом. Пауза затянулась, и я уже открыл рот, чтобы продолжить свою речь, но внезапно Делео нарушила тишину.
– Ты ведь не мог сидеть в углу, да? – проговорила она с болью и гневом. – Я знала, что ты обязательно вернешься! Вечно ты!
– Послушай, давай попробуем еще раз. Почему?..
– Заткнись! – гневно выкрикнула Делео. – Только ты был виноват, виноват во всем! А сейчас ты хочешь, чтобы этот кошмар повторился опять! – Свечение между ее ладонями яростно полыхнуло. – Такие, как ты, вечно портят жизнь другим и всегда делают хуже! Если бы не ты, я бы все исправила. Я бы смогла! – Она резко обернулась. – Прекрати!