Бенедикт Джека – Бегство (страница 35)
Я решил хорошенько рассмотреть все вблизи. Обогнув здание, я приблизился к двери, ища в кармане отмычки и гаечные ключи. Поскольку в схватке лицом к лицу прорицатели сильно уступают первозданным магам, мы компенсируем это другими, не столь благородными навыками. Вскрывать замки легко, в особенности если ты можешь заглянуть в будущее, ну а я – прирожденный прорицатель.
Но мне снова не повезло. Замок только казался примитивным, а сверившись с будущим, я так и не понял, можно ли его отпереть в принципе.
И куда теперь деваться?
Я сел перед дверью, ощущая сквозь ткань джинсов холод бетона, и изучил замочную скважину. Вроде бы в ней не было ничего необычного, но…
Магический дар предупредил меня как раз вовремя. Я наскоро проанализировал грядущее событие, напружинился и бросился наутек. На бегу я выхватил из рюкзачка невесомый плащ и накинул его на плечи. Спустя мгновение я слился со стеной, закутанный в плащ-туман. Еще через мгновение дальний угол одного из зданий приобрел угольно-черный оттенок.
Люди называют ночь черной, однако я бы поспорил с этим утверждением: скорее она лоскутно-серая. И когда ты видишь тьму, поглощающую любой свет, она выделяется на фоне чего угодно подобно космической черной дыре.
Я затаил дыхание. Прямо на моих глазах тьма превратилась в вертикальный овал, который чуть-чуть посветлел и начал пульсировать. На краткий миг я различил очертания совершенно другого места, после чего из овала вышли двое.
Мой плащ-туман, как и «обезьянья лапа», является насыщенным предметом, и он никогда меня не подводил. Плащ-туман предназначен для скрытности, и в нерабочем состоянии выглядит как обычная верхняя одежда непритязательного покроя, сшитая из мягкой серой ткани. Но когда плащ надет, цвет материи меняется, как шкура хамелеона, и его обладатель становится невидимкой. Кстати, огромным плюсом плаща является то, что он полностью блокирует магическое восприятие. При хорошем освещении человека в плаще-тумане разглядеть все-таки можно (конечно, если ты знаешь, что он находится поблизости), но для магического взора хозяин плаща просто не будет существовать.
И хорошо, поскольку ничего бы не помешало появившемуся из черного овала человеку превратить меня в угольки. Ведь Пепел – маг огня! А я, между прочим, на собственном опыте успел убедиться в том, что стихийные маги видят не только ауру человека, но и все исходящие от него тепловые потоки, причем весьма отчетливо.
Выйдя из портала, Пепел обвел цепким взглядом пространство, после чего повернулся к своей спутнице (конечно же, это была Рэйчел) и завершил тоннелирующее заклинание. Врата превратились в черное пятно, которое растворилось в ничто.
А я уставился на Рэйчел. Она что-то тихо сказала Пеплу, и оба черных мага тотчас скользнули к складу. Я, в свою очередь, напряг слух и постарался впечататься в стену.
– …не получится, – говорила Рэйчел.
Пепел пробормотал что-то неразборчивое.
– Времени в обрез, – прошипела Рэйчел. – Мы должны его убить.
Они уже поднялись на крыльцо.
Я находился от них шагах в двадцати и не шевелился.
Пепел почесал затылок.
– Может, на попятную? – произнес он.
– Нет! – гневно рявкнула Рэйчел. – Я не допущу, чтобы какой-то белый паршивец заставил нас отступить. Это
– Если он умрет, мы не сумеем вытянуть из него информацию, – заявил Пепел.
– Он нам не нужен. У нас и без него все получится. – Рэйчел устремила взгляд вперед. – Но нам необходимо время!
У меня мурашки побежали по спине. Так уж получилось, что сейчас Рэйчел смотрела прямо на меня. Естественно, я понимал, что мой плащ-туман является отличной маскировкой, но тем не менее…
Маги находились в опасной близости от меня, и я даже различал черную маску, скрывающую верхнюю половину лица Рэйчел.
– А потом?.. – спросил Пепел.
– А ведь она обольстительница, – произнесла Рэйчел и хмыкнула. – Ослепила его… Да. Но если… – Ее глаза в прорезях маски блеснули, и она резко повернулась к Пеплу. – Живо!
Буркнув что-то себе под нос, Пепел вытащил из кармана ключ. Вспыхнул ослепительный свет, Пепел вставил ключ в замочную скважину и повернул его с громким щелчком. Дверь распахнулась настежь, и Рэйчел переступила через порог здания.
– А как же Верус? – осведомился Пепел, закрывая за собой дверь.
Та с лязгом захлопнулась, и ответ Рэйчел я не услышал.
Никогда в жизни я не испытывал такого облегчения и вместе с тем такого отчаяния. Парочка меня не засекла, но я – увы! – упустил самое важное! Всего
Наверняка вы можете себе представить мое состояние. Я был на взводе, но в конце концов отлепился от стены и нехотя побрел прочь.
Через пять минут я находился в двух кварталах от склада. Плащ-туман лежал свернутый в рюкзачке, откуда в случае необходимости его можно было быстренько извлечь. Я добрался до перекрестка и спрятался в тени какого-то навеса над входной дверью: откуда открывался неплохой обзор, я мог просматривать территорию и оставаться незамеченным.
Я достал телефон, посветил вокруг и решил послать сообщение Белфасу, с указанием местонахождения Пепла и Делео.
Однако я медлил: я читал и перечитывал свое краткое послание, пока экран не погас.
Что-то меня сдерживало.
Мне достаточно было лишь провести пальцем по экрану и передать инициативу Белфасу. А он бы, конечно, разобрался с Пеплом и Делео! Полагаю, мне не пришлось бы принимать участие в расправе, я смог бы отойти и насладиться фейерверком.
Но почему же я остановился?
При прошлом моем столкновении с Пеплом и Делео они пытались поочередно то завербовать, то убить меня, делая выпады и в сторону Лоны. Тогда с ними работал третий маг, Хазад, который
Воспоминания нельзя было назвать приятными.
Но без этой парочки мне, наверное, не удалось бы выпутаться из передряги. И дело было вовсе не в обоюдной симпатии: просто постепенно мы умудрились каким-то образом найти общий язык, вместо того чтобы сразу хвататься за оружие. И я, по крайней мере, один раз спас им жизнь с тем условием, что они обязались отплатить мне той же монетой.
Покушение Пепла похоронило былое соглашение, но сейчас я почему-то колебался. Неужто прошлое сделало меня сентиментальным? Что за глупости!
Рэйчел, не задумываясь, прикончит меня…
Я «увидел» Меридит задолго до того, как она по-явилась на перекрестке. Когда она оказалась в поле моего зрения, я вышел из тени и махнул ей рукой.
– Что случилось? – спросила Меридит, подбежав ко мне.
Я покачал головой и ткнул пальцем в экран телефона. Раздался слабый писк, означающий, что сообщение отправлено.
– Я их нашел.
Меридит широко раскрыла глаза:
– Они…
– Нет.
– Ты собираешься…
– Только что с ним связался.
Меридит укуталась в пальто и шагнула под навес. Мы набрались терпения и стали ждать.
Белфас не терял времени даром. Меньше чем через полчаса я услышал шуршание автомобильных шин, и перекресток озарили яркие фары. Сюда ехали три черных минивэна без опознавательных номеров.
Машины плавно притормозили у обочины. Двигатели перестали ворчать, и в наступившей тишине громко хлопнули дверцы.
К нам направился рослый мужчина. Я стоял в углу, прислонившись к стене и опустив голову. Звук шагов затих в нескольких футах от меня.
– Привет, Верус, – произнес знакомый голос.
Я поднял взгляд.
– Привет, Гаррик.
Гаррик был в своем фирменном бронежилете и с таким внушительным арсеналом оружия, что ему можно было сниматься в главной роли фильма «Матрица».
Следом за ним из микроавтобусов прямо-таки выплеснулся отряд вооруженных парней.
– Полагаю, вот и ответ на вопрос, на кого ты работаешь, – заметил я.
– В настоящий момент. – Гаррик привычно закинул за плечо компактный пистолет-пулемет. – Какие новости?
– Складское здание, одноэтажное. Два прохода: через промышленную зону, где находится главный вход на территорию, и сзади. Вот план. – Я протянул Гаррику лист бумаги, на котором набросал примерную схему. – Снаружи защиты нет, в логово я не заглядывал.
– Начало хорошее. Хочешь принять участие в операции?
– Пожалуй, это я предоставлю настоящим профессионалам.
– А я-то решил, ты хочешь что-то доказать.