Бен Мезрич – Кожа (страница 34)
— Послушай, Малдер. Если верить всем этим бумагам, получается, что Джона Доу доставили сюда, в Алькат, четверть века назад. Обожженным до неузнаваемости. И превратили в гуморобота вместе с остальными ранеными.
— Я понимаю, что это звучит неправдоподобно. Но со мной едва не произошло то же самое. Причем наши тридцать солдат только малая часть.
Он протянул Скалли полный список. Она перевернула несколько страниц и потрясенно воззрилась на Малдера.
— Не может быть! Для того чтобы содержать и лечить столько пациентов, понадобился бы огромный исследовательский центр. Финансировать такой немыслимый проект — и ради чего?! Ради чего создавать две тысячи безмозглых гумороботов?
— Помоги мне, пожалуйста, встать… Спасибо. Видишь ли, я думаю, гумороботы — это не финальный продукт. Они — прототип чего-то гораздо более совершенного. Палладин достиг потрясающих результатов.
Скалли вздохнула. Опять он обходится без доказательств! Как будто уже проведена проверка подлинности документов и человек со стальным глазами назвался Эмайлом Палладином.
— Значит, ты уверен, что он изобрел искусственную кожу?
Малдер помолчал. У него почти выстроилась теория, но он не торопился делиться ею с недоверчивой напарницей.
— Это не искусственная кожа, — произнес он наконец, — а краденая. Содранная с другого живого существа.
— Что ты имеешь в виду?
— Помнишь, Троубридж рассказывал, что Палладин живо интересовался тайской мифологией? Я думаю, еще до приезда в Алькат он знал о Пожирателе кожи. Палладин облазил окрестные горы и нашел его! Вспомни: кожа чудовища — источник его могущества. А теперь она стала источником могущества Палладина.
Скалли посмотрела на мониторы. Эпидермальные клетки по-прежнему скакали в бешеной пляске.
— Она искусственная, Малдер. Сложная биохимическая структура взаимодействует с кровеносной системой и по сосудам постепенно проникает в контролирующие зоны головного мозга. Совершенный материал, практически неуязвимый для внешних воздействий — за исключением электрического. Ток проникает сквозь него напрямую, бьет прямо по периферийным нервам, и в результате — рефлекторная остановка сердца.
Малдер поднял бровь. Еще не так давно Скалли отрицала связь между гибелью Джона Доу и Стэнтона — теперь она ее признала.
— Я тоже видела гуморобота, — пояснила Скалли. — Он вошел ко мне в номер. Наверное, хотел убить. Но погиб сам. В руках у него был шприц, я оборонялась лампой, и игла попала в патрон.
Малдер кивнул. Теперь все ясно. Люди, встретившиеся с гумороботами лицом к лицу, быстро находят общий язык.
— Но если гумороботы только начало, то какова же следующая стадия? — спросила Скалли задумчиво.
— Понятия не имею! Но мы должны это установить. Если Палладин экспериментировал над двумя тысячами солдат, значит, где-то поблизости действительно есть огромная исследовательская база. Пора нарушить его покой.
Скалли промолчала, но на сей раз ее молчание было знаком согласия. Она пойдет с ним в горы. Но каждый все-таки будет искать свое: она — подпольный медицинский центр, он — воплощенную легенду.
25
Скалли и Малдер осторожно ступали по тропе, которую просекали длинными мачете три худосочных тайца. Рядом шел юный монах и указывал дорогу. Удивительное дело — тайцы продирались сквозь джунгли вот уже семь часов, но ни один не подавал признаков усталости. Уже час прошел с тех пор, как оранжевое небо начало сереть, а они упрямо двигались вперед, горя желанием забраться в горы до наступления темноты.
— Теперь уже близко, — сказал монашек. — За следующим холмом.
Скалли никак не отреагировала на эти слова. Вот уже три мили кряду Мальку периодически делал подобные заявления, холмы следовали один за другим, а цель путешествия все не появлялась. Молодой человек был, наверное, от природы склонен к преувеличениям — перед выходом он обещал тропу, а на деле повел их сквозь едва проходимые джунгли.
Малдер остановился, чтобы высыпать из ботинка набившиеся туда камни. Облако прожорливых москитов тут же сгустилось над его головой.
— Он знает, куда идет, Скалли, — сказал он убежденно. — Это в их религии заложено — знать свой путь.
Скалли скептически смерила его взглядом. Знаток восточных религий в камуфляже и с автоматом наперевес. Они нашли себе экипировку в магазине рядом с ратушей. Чего там только не было! Как и лендровер, все это досталось тайцам в качестве сувениров после вьетнамской войны. Камуфляж был истрепан, и штаны на коленях довольно сильно потерлись, зато форма отлично подошла Малдеру по размеру. Правда, надел он ее, только когда хозяин магазина поклялся, что предыдущий ее владелец не умер от ран.
А вот автомат пришелся как нельзя более кстати. Пистолет Малдера исчез вместе с вещами, и искать аналогичную замену было просто некогда. Но в конце концов их не зря научили обращаться с любыми моделями оружия. КАР-15, перекинутый сейчас через его плечо, был не более чем короткоствольной версией хорошо знакомого М-16. К автомату прилагался магазин с двадцатью патронами. Надо признать, лавочник хранил свой товар очень бережно — все узлы и ствол были чистыми, смазанными — хоть сейчас в бой. Мощное оружие. Его патрон прошибет любую искусственную кожу.
— Мне бы твою уверенность, — кивнула Скалли на монаха. — Даже если он приведет нас к скалам, подумай, сколько пещер у подножия Си-Дум-Као!
Малдер поморщился — надевая ботинок, он сдвинул присохший к лодыжке бинт.
— Ты видела карту, которую мне показал Ганон? Этот мальчишка изучил каждую точку и линию. Он жизнь посвятил изучению всего, что связано с Пожирателем, понимаешь? Говорю тебе — эта тропа приведет нас к лаборатории.
Скалли вспомнила, каких усилий ей стоило не рассмеяться, когда старик Ганон наставлял Мальку, как вести себя вблизи логова Пожирателя. Она старательно делала вид, что верит в эту сказку. Ведь Палладин не нашел бы лучшего места для своей лаборатории. Здешние пещеры были просторны, и в то же время ни один местный житель не посмел бы приблизиться к горам.
Но в само чудовище она не верила ни секунды. Она видела трупы Аллана и Рины Троубридж — они были изуродованы, освежеваны — но, несомненно, человеком. Она тщательно собрала остатки трансплантанта, содранного Малдером с ноги, но, увы, под микроскопом мельчайшие крупицы распались на молекулы, что исключало дальнейший анализ. Хуже того — когда они вернулись в гостиницу, труп гуморобота исчез без следа. По-видимому, хозяин утащил его от греха подальше. Она попробовала выяснить, куда исчезло тело, по телефону, но очень скоро поняла, что и на сей раз провести вскрытие не удастся.
Не везло ей в последнее время со вскрытиями. Ученый с криминальными замашками умело заметал следы. Скалли все больше склонялась к выводу, что за каждым их шагом следят еще с той памятной нью-йоркской ночи. Следят и чинят всякие препятствия. Исчезновение трупа Джона Доу, локальная вспышка летаргического энцефалита — все это звенья одной цепи. С Малдером трудно было не согласиться. Но при чем здесь легенды? Нужно искать не клыкастых монстров, а хитрых, изворотливых, умных преступников в белых халатах! Найти — и судить. Хотя бы за то, что они учинили над двумя тысячами американских солдат.
— Малдер, давай определимся, — предложила она миролюбиво. — Мы ищем секретную лабораторию, а не логово монстра.
Его ответ заглушил истошный вопль. Малдер вскинул автомат, Скалли выхватила «Смит-Вессон», и агенты бросились к проводникам. К счастью, это был крик испуга, а не агонии, тут же сменившийся распевным чтением мантры.
У ног монаха, свернувшись калачиком, лежал скелет, полузасыпанный землей и камнями. Он лежал здесь не менее двух-трех недель — кости уже пожелтели. Череп был частично раздроблен.
— Это не человек, — сказала Скалли. — Обезьяна, гиббон — видишь, какие руки длинные. Не меньше недели пролежал.
— И обглодан чисто, — добавил Малдер.
— Естественно. Падальщики обглодали, — с нажимом произнесла Скалли. — Видишь следы? Дикий кабан. Свирепая тварь. Для такой убить гиббона не проблема.
Малдер опустился на колено, чтобы рассмотреть скелет повнимательнее. Мальку и другие тайцы стояли на почтительном расстоянии и что-то тихо обсуждали.
— Кабаны не сдирают кожу со своей жертвы, — сказал Малдер.
— Шакалы сдирают, — нашлась Скалли. — Два вида водятся в этих местах. Плюс волки и ястребы. И о насекомых не забывай — объедают быстрее любого хищника.
Малдер поднял руку. У него не было ни малейшего желания устраивать дискуссии. Он встал на ноги, давая понять, что пора отправляться в дорогу. Мальку крикнул что-то тайцам, но те, как по команде, замотали головами.
— Они возвращаются, — сказал монах, опустив глаза. — Говорят, что я должен проводить их до Альката.
Скалли вопросительно посмотрела на Малдера.
— По-моему, у нас нет выбора.
— Мальку, как далеко отсюда подножие горы? — спросил Малдер.
— Совсем недалеко. Сразу за холмом.
— Малдер, эта, с позволения сказать, тропинка может тянуться еще много миль, — возразила Скалли. — Скоро стемнеет, а мы совсем не знаем местности.
— Перед тем как потерять сознание, Скалли, я слышал, что Кайл сказал: демонстрационный сеанс начинается через несколько часов. Он уже начался, понимаешь? Иди, Мальку. Мы прихватим все, что сможем унести. Но ты возвращайся за нами, хорошо?