Бен Кейн – Орлы в буре (страница 58)
ноги поднялись на высоту десятилетнего мальчика. Лицо побагровело, вены
вздулись на лбу, Тудрус метался взад-вперед в агонии, но ни один стон не
сорвался с его набухших губ. Его налитые кровью глаза, торчащие из
глазниц, не сводили глаз с Арминия, по крайней мере, так казалось вождю
херусков.
Встревоженный, но возбужденный, Арминий выдержал измученный
взгляд Тудруса. Делая вид, что проявляет уважение, он сделал это из-за
своего горячего желания, чтобы конец Тудруса был безмолвным и
приемлемым для бога.
Большинство людей, повешенных таким образом, умирали быстро, но
воин долгубниев был сделан из более прочного материала. Арминий
насчитал семь раз по пятьдесят, а Тудрус все еще корчился на веревке.
Арминий почувствовал тошноту. Агония Тудруса была так велика, что в
конце концов ему пришлось бы издать какой-нибудь звук.
Но он этого не сделал.
Когда счет Арминия приблизился к пятистам, Тудрус наконец перестал
дергаться. Его мускулистые ноги обмякли. Моча начала капать из его
сморщенного члена; запах дерьма наполнил воздух. По его пятнистым, искаженным чертам невозможно было сказать, обрел ли он покой, которого
он так жаждал.
Взгляд Арминия метнулся к старому жрецу. «Ну?» — хотел крикнуть
он, но редкое суеверие помешало ему.
При поддержке послушника жрец прошаркал и встал рядом с мягко
покачивающимся трупом Тудруса. Он ткнул его в бедро, и, как и все
наблюдающие, Арминий напрягся.
— Воин умер достойно, — прохрипел священник. — Донар доволен!
Облегчение нахлынуло на Арминия. Победа будет за ним.
105
ЧАСТЬ ВТОРАЯ
Глава XIV
День клонился к вечеру, и солнце палило на землю Германии с ясного
неба. Высокая температура, поначалу приятная после прохладной весны, была на грани того, чтобы стать проблемой. Стаи крошечных кусачих мух
вились вокруг головы Пизона и группы его товарищей, когда они стояли по
икры в глубине Висургис, наслаждаясь лаской быстрой реки. Следуя приказу
Тулла, они наполняли бурдюки водой. После похоронных игр прошло шесть
дней, и армия Германика находилась более чем в ста милях от тропея Друза.
Ранее в тот же день он пересек Висургис и остановился на ровной местности
в полумиле от западного берега. Четыре больших лагеря, которые все еще
достраивались, должны были обеспечить достаточно места для восьми
легионов и вспомогательных когорт; Германик оказал честь Пятому и
Двадцать Первому, разместив их в один лагерь с собой и своими
преторианцами.
Когорта Пизона и четыре других вырыли оборонительные сооружения
накануне, поэтому им было легче следить за тем, как другая половина
легиона потела над сооружением глубокого рва и прочного земляного вала.
Это было отличное развитие событий, потому что Пизон и его товарищи
оказались здесь, на берегу реки, утоляя жажду и охлаждаясь. Хотя
разведчики доложили, что Арминий и его войска находятся поблизости, они
разместились на противоположной стороне Висургис. Атаковать по воде в
такой поздний час было рискованно – половина вспомогательной когорты
лучников стояла с Пизоном и его товарищами, а остальная армия Германика
находилась совсем недалеко от них в тылу.
Ни с того, ни с сего кто-то сзади плеснул водой на Пизона — Эй! — Он
развернулся и увидел ухмыляющегося и быстро удаляющегося Дульция.
Пизон ударил ногой, обдав своего товарища градом брызг. В ответ Дульций
взмахнул рукой по поверхности реки, обдав Пизона брызгами воды.
Остальные бросили один взгляд на них и присоединились к забаве. На какое-то время воцарился хаос. Лучший момент наступил, когда Метилий пнул
Дульция в задницу и тот грохнулся в воду, промокнув с головы до ног.
В конце концов, Пизон положил этому конец. — Тулл или другой
офицер увидят, — предупредил он.
Они возвращались к своей задаче не слишком расторопно.
106
— Я видел вас, личинки! — взревел Тулл, идя по мелководью к Пизону
и его товарищами. — Я приказал вам наполнить эти бурдюки водой, а не