Бен Кейн – Орлы в буре (страница 145)
солдаты, которые выполняли его приказы и до конца стояли плечом к плечу
со своими товарищами. Пизон был одним из лучших. О большем Тулл и
мечтать не мог. «Тебя никогда не забудут, брат», — подумал он. «Покойся с
миром».
Молчание длилось долго.
Наконец, почувствовав холод, Тулл заговорил. — Пришло время
выпить за Пизона. Кто со мной?
Поднялся громкий хор одобрения.
— К «Быку и Плугу», — сказал Тулл. — Выпивка за мой счет.
— Пизону бы это понравилось, господин, — ухмыльнулся Метилий.
Как Туллу хотелось, чтобы Пизон стоял там с остальными.
Невыполнимость желания вернула его уныние, когда он вел провожающих к
дороге. Стараясь не показывать этого, он улыбнулся и сделал вид, что
слушает болтовню Артио.
Тулл не успел уйти далеко, когда высокие гряды серых облаков над
головой разошлись. Повинуясь наитию, он повернулся. Солнечный свет
падал на надгробие Пизона, освещая его изображение.
Сердце Тулла согрелось.
Пизон наблюдал – он был в этом уверен.
255
Эпилог
В центре переполненного длинного дома, посылая волны жара к
прямоугольнику столов, полыхал костер. Свинья, подвешенная на вертеле
над огнем, готовилась с рассвета; комната была наполнена насыщенным, аппетитным запахом. Краснолицые женщины подавали собравшимся воинам
тарелки с дымящимся мясом так быстро, как только можно было срезать
плоть с костей. Охотничьи собаки рыскали под ногами, выискивая упавшие
объедки. Мальчишки нескончаемой вереницей двигались от бочек, сложенных у одной из боковых стен, и несли измученным жаждой мужчинам
кружки с пивом. Пьяное пение, смех и крики перекликались в оглушительной
какофонии звуков.
Гервас прибыл в поселение хаттов в начале дня, один из избранной
группы последователей, выбранных для сопровождения Арминия в его
поисках союзников. Это была невыполнимая задача с тех пор, как они были
разбиты легионами Германика у Вала Ангривариев. Тщетность текла по
венам Герваса. Они больше не объединяли племена против римлян.
Поскольку год за годом проходило без нового вторжения, казалось, что – по
какой-то причине – легионы никогда больше не переправятся через Ренус в
полном составе. Теперь целью Арминия было стать королем племен.
«Почему же я до сих пор служу ему»? — недоумевал Гервас. Это был вопрос, который он задавал себе все чаще и чаще в последние месяцы.
И все же сейчас Арминий был ему дорог. Лишенный цели после
победы римлян четыре года назад, жаждущий обрести отца, после смерти
Герульфа, Гервас был счастлив остаться с Арминием, а не возвращаться в
свое племя. Вождь херусков был высокомерным и непостоянным, это правда, но он также был щедрым и сердечным, и скор на похвалу. Весной и летом, проведенными в разъездах между территориями племен в поисках
союзников, Гервас стал самым верным последователем Арминия.
Окруженный вниманием, он похоронил свои подозрения о том, что его лидер
был ответственен за смерть Герульфа. Время от времени к нему
возвращались дурные мысли, но, наслаждаясь своим новым, возвышенным
положением, Гервас не обращал на них внимание.
Он поерзал на жесткой скамье, тщетно пытаясь подслушать разговор
Арминия с Адгандестром, вождем крупной фракции племени хаттов.
Позиция Герваса – посередине одной из сторон прямоугольника – и шум, производимый по крайней мере четырьмя десятками пьяных воинов, делали
его задачу невыполнимой. Гневное выражение лица Арминия и тычущий в
256
него указательный палец выдавали в нем несчастного человека. Он никогда
не был полностью доволен, думал Гервас с клокочущим негодованием, если
люди не подчинялись его желаниям.
Было ясно, что Адгандестр, рыжеволосый тип с лицом хорька, не
преклонял колени – даже сейчас он что-то крикнул Арминию и ударил
кулаком по столу, отчего тарелки и чашки разлетелись в стороны.
«Какой еще реакции ты ожидал от него, Арминий»? — подумал Гервас.
Племенам не нужен один вождь. Им не нужен король.
С кислым лицом Арминий поднялся со своего места и протолкался
сквозь толпу слуг, стоявших позади хозяина и других вождей.
Предполагая, что Арминий опорожняет полный мочевой пузырь, Гервас снова обратил внимание на свою тарелку с мясом. Его кружка с пивом