Бен Кейн – Орлы на войне (страница 54)

К тому времени, когда Арминий и его воины вернулись в голову колонны, где в этот день шагал Девятнадцатый легион, утро уже подходило к концу. Приказав своим ауксилариям снова встать впереди, Арминий вместе с Мело поскакали дальше. Шеренги марширующих легионеров занимали всю ширину дороги, отчего оба херуска были вынуждены скакать по узкой полоске земли с одного ее бока. Двигаясь против хода колонны, они привлекали к себе внимание. Солдаты косились на них, центурионы и опционы забрасывали вопросами. Хотя в душе у него все кипело, Арминий продолжал играть свою роль преданного союзника Рима, улыбаясь и то и дело повторяя: «Мои известия предназначены наместнику, и только ему».

От Арминия не ускользнуло, сколько в колонне гражданских лиц. Рядом с легионерами шагали маркитанты, все лето снабжавшие лагерь продовольствием и напитками. Некоторые даже сейчас умудрялись продавать свои товары: разведенное вино, хлеб и колбасу. Кроме торговцев в колонне были и женщины – как солдатские жены, так и продажные шлюхи, – таща на себе свертки с одеждой и горшки. Вдоль колонны, с визгом гоняясь друг за дружкой, бегали ребятишки. То там то здесь в промежутках между когортами катили грузовые подводы, на которых везли раненых солдат, но чаще – личные вещи какого-нибудь офицера. Один раз глаз Арминия даже выхватил из толпы бродячего прорицателя, готового за монетку истолковать любому желающему карканье ворон или рисунок облаков над головой. Подобные сцены окрыляли. Все, что он видел, было нарушением военных правил. Мирным жителям: детям, женщинам, торговцам и прочему пестрому сброду – было строжайше запрещено шагать рядом с легионерами, особенно в голове колонны. Все подводы должны были передвигаться в ее хвосте, вместе с обозом.

По всем правилам за авангардом должны были шагать по десять солдат от каждой центурии всех трех легионов – общим числом в тысячу восемьсот человек, – неся инструменты, необходимые для строительства походного лагеря. Арминий их не увидел. Впрочем, в этом нет ничего странного, с мрачным удовлетворением подумал он: Вар и его легаты рассчитывали использовать временные укрепления, построенные рядом с дорогой в предыдущие годы, а потом – постоянные лагеря, такие как Ализо.

Как только он сообщит свое «срочное известие» и легионы двинутся в другом направлении, ночью им потребуется походный лагерь. От каждого легиона выделят команды рабочих и отправят вперед. Даже если это будет сделано сразу после того, как он поговорит с Варом, к тому времени, когда к лагерю подтянется остальная часть колонны, место еще не будет готово. На первый взгляд мелочь, но и она подорвет боеготовность римского войска.

Инженеров, которые по идее должны были идти сразу за строителями лагеря, он также не увидел. Что тоже неудивительно. Войско движется по мощеной дороге прямиком на Ветеру. Иное дело, что будет, когда оно сойдет с маршрута. Уже первый глубокий ручей заставит легионы Вара остановиться и ждать, пока инженеры не получат инструменты и не возведут временный мост.

Единственное, что было на своих местах, так это запряженные волами подводы, числом около двух десятков, щедро нагруженные вещами Вара и офицерской верхушки. Сопровождаемые спереди и сзади половиной когорты легионеров, это были тяжелые, скрипучие телеги, управляемые потными возницами. Ехали на них и ловкие путники, сумевшие раздобыть себе бесплатное место. На одной такой подводе Арминий заметил Аристида. Лицо грека являло собой недовольную маску. В каждой руке он держал по свитку, которыми тщетно отбивался от роя назойливых мух у себя над головой.

– Ну как, приятная поездка? – окликнул его Арминий. Аристид, явно не ожидавший его увидеть, яростно затряс головой:

– Эти мухи съедят меня заживо.

– Они слетаются на волов. Сойди с подводы и шагай вместе с легионерами, – предложил Арминий, прекрасно зная, что греку ни за что не пройти в день положенные двадцать миль.

Аристид смерил его хмурым взглядом.

– Я останусь там, где сижу.

– Как хочешь, – ответил Арминий. Мело лишь усмехнулся.

Они поскакали дальше и вскоре увидели первую когорту Девятнадцатого легиона, которой Вар поручил личную охрану во время марша назад в Ветеру. Ее солдаты не шли ни в какое сравнение с теми, которых они проехали раньше. Солнечные лучи отражались от штандартов, начищенных до блеска лат и шлемов. Их ряды были ровными и аккуратными, как будто прочерченными по линейке плотника. Мерный шаг подкованных подметок добавлял в общий гул колонны глубокую, ритмичную ноту. Зрелище было впечатляющее. Оно в очередной раз напомнило Арминию, почему он всегда избегал открытой конфронтации с легионами. Пусть германские воины храбры и бесстрашны, но даже им лишний раз лучше не сталкиваться с римскими солдатами.

Заметив приближение херусков, самые зоркие и бдительные из личной гвардии Вара тотчас велели им остановиться.

– Стойте. Назовите себя! – приказал им шагавший впереди центурион.

Арминий вскинул в мирном жесте руку.

– Я – Арминий, вождь херусков, командир кавалерийской алы, приписанной к Семнадцатому легиону. У меня срочное известие для наместника Вара.

Последовал короткий разговор, и Арминий и Мело поскакали дальше, мимо марширующих легионеров. Вслед за пешими солдатами двигались конные. Арминий заметил посреди штабных офицеров Вара. Несмотря на всю его уверенность, желудок тотчас как будто стянуло узлом. Стоит хотя бы пустяковой мелочи прозвучать неубедительно, как весь его план рухнет.

Он посмотрел на Мело, и его охватила тревога. По лицу его друга градом катился пот, в глазах застыло безумное выражение. Такое обычно бывает у барана за миг до того, как ловкая рука мясника перережет ему горло.

– Что, во имя Донара, с тобой не так? – прошипел Арминий.

– Он догадается. Он обо всем догадается.

– Неправда, ни о чем он не догадается! – Арминий улыбнулся и помахал заметившему их Вару. – В его глазах мы верные и надежные союзники. Такие, как мы, не предают.

Мело сглотнул комок и кивнул, хотя уверенности это ему не прибавило. В двадцати шагах от них Вар жестом подзывал их к себе.

– Немедленно возьми себя в руки или я отрежу тебе яйца и запихну их тебе же в глотку! – сквозь зубы процедил Арминий.

Помощник вытер с лица пот и изобразил улыбку.

– Арминий! – крикнул им Вар.

– Приветствую тебя, наместник! – ответил херуск и сделал серьезное лицо. Улыбки Вара как не бывало.

– Что-то не так?

Помоги мне Донар, мысленно взмолился Арминий. Развернув коня, он встал справа от наместника, чтобы ехать рядом с ним в направлении движения колонны. Опустив голову, Мело повторил его маневр. Легионеры между тем шагали дальше.

– В некотором смысле, – ответил Арминий. – Пока мы были в разведке, нам навстречу попался торговец, со всех ног спешивший на юг. По его словам, ангриварии подняли против Рима мятеж.

– Во имя Юпитера, почему? – нахмурил брови Вар.

– Похоже, из-за нового налога.

– Налоги не нравятся никому! Бороться с ними – это все равно что сражаться с дождем, – произнес Вар усталым голосом.

– Если б все это понимали, наш мир был бы куда более тихим и приятным местом, – согласился Арминий.

– Если не ошибаюсь, ангриварии живут к северу отсюда, причем где-то рядом? – уточнил Вар.

– Милях в тридцати-сорока, не больше.

Чувствуя, как колотится в груди сердце, Арминий сосредоточил внутренний взор на железном рыболовном крючке: вот он насаживает на него жирного червяка, вот осторожно опускает удочку в воду реки, вот на него из ее глубины смотрят глазки-бусинки отменной форели. Бери ее, подумал Арминий, она твоя.

– С твоим помощником Мело все в порядке? – спросил Вар. – По-моему, он болен.

Арминий обернулся через плечо. Пот больше не тек по лицу его друга – как говорится, спасибо и на том, – зато оно имело нездоровый серый оттенок. Арминий махнул рукой – мол, подумаешь!

– Этот болван накануне вечером поел рыбы, якобы выловленной в море! И теперь с раннего утра расплачивается за свою глупость. Рыба только и делает, что выходит из него с обоих концов.

– Довольно, Арминий! – рявкнул Вар. – С меня хватает забот помимо его кишечника. Лучше расскажи мне, что сказал тебе этот торговец.

Вождь херусков облегченно вздохнул. При этом он постарался не перегружать свой рассказ подробностями. Сторонний наблюдатель, такой как торговец, вряд ли стал бы утруждать себя подсчетами воинов и их оружием.

– Вид у него был напуганный, – сказал Арминий, подводя итог. – Он быстро рассказал мне о том, что видел, и поспешил на юг.

– Скажи, эти ангриварии – сильное племя? – уточнил Вар.

– Они немногочисленны. Даже если каждый ребенок и каждый старик возьмет в руки копье, вряд ли их будет больше трех с половиной тысяч. Может, четыре, – ответил Арминий.

– Скажи, этот твой торговец что-то говорил о других племенах?

Вар не дурак, подумал Арминий. Вряд ли он захочет повести свои легионы против крупного восстания.

– Нет, ничего.

Ничего не сказав, Вар поехал вперед. Желудок Арминия как будто сжали железные клещи. В ярком солнечном свете собственный рассказ показался ему жидким, как водянистая каша без масла. Он хотел было продолжить его, чтобы склонить Вара к действиям, однако опасался наговорить лишнего. Но и молчание тоже давалось ему с большим трудом.