Бен Бова – Венера (страница 39)

Он посмотрел мимо меня - на стоявшую за моей спиной Маргариту, и что-то в его глазах моментально изменилось. Он щелкнул зубами и глубоко вздохнул. Но взгляд остался прикованным к ней.

- Маргарита Дюшамп, не так ли?

- Да,- едва слышно ответила девушка.

- Вы точная копия вашей матери, какой она была двадцать лет назад,- голос Фукса изменился, заметно подобрев.

- Вы знали ее? - дрожа, спросила Маргарита. Он молча кивнул.

- Она… она мертва,- продолжала Маргарита.

- Знаю.- Фукс снова посмотрел на меня. Точнее, даже так - его холодные стальные буравчики опять остановились на мне.- Этот идиот убил ее.

Никто из нас - ни я, ни Маргарита - не высказали ни слова протеста.

Фукс сцепил пальцы за спиной, словно чтобы удержаться от того, чтобы сцепить их на моем горле.

- А еще вернее было сказать, его отец сделал это.- Он снова подошел ко мне, расхаживая по палубе, и смерил меня взглядом инквизитора, к которому привели на допрос очередную жертву.- Ведь это все идея твоего папочки, не так ли?

Молчание было ему ответом.

- И поэтому мы все находимся здесь,- заключил он.- А некоторые - и еще дальше… там же, где и твой братец.

Злоба вспыхнула во мне, как только он упомянул брата:

- Вы же сами бросились за этими деньгами, как собака за костью,- отчаянно ответил я, не помня себя от ненависти, даже не задумавшись о том, что этот человек может вышвырнуть меня как щенка за борт своего корабля.

Фукс безрадостно улыбнулся. Могу сказать одно: эта улыбка могла означать что угодно, кроме веселья.

- Что ж, упрек, не лишенный оснований. Справедливые слова. И я подниму эту кость.

Долгий, затянувшийся миг мы стояли друг напротив друга, буравя взорами каждый своего соперника. Маргарита и прочие члены экипажа молча взирали на этот безмолвный поединок.

Фукс отступил первым. Мне было нечего терять.

- Ну, что ж,- сказал он, указывая пальцем на Маргариту.- Вы будете моей гостьей на корабле. Добро пожаловать, мисс Дюшамп.

С шуточным легким поклоном, который он произвел с медвежьей грацией и такой же зверской улыбкой, он приветствовал ее. Но не меня.

Для меня у него были припасены другие приветствия:

- А ты, Хамфрис,- продолжал он, поворачиваясь ко мне,- можешь заменить члена команды, которого я потерял из-за тебя.

- Из-за меня?

- Ну да, во время твоего спасения.

- Как? Вы потеряли человека? Поморщившись, Фукс объяснил:

- Мой первый помощник испытал внезапный приступ героизма. Когда ваше судно стало разваливаться на части и третий в связке стал падать, мой героически настроенный первый помощник попытался спасти его.

- И что случилось? - спросила Маргарита.

- А как ты думаешь? Он спрыгнул на тросе и схватил его за лодыжки, понадеявшись на крепость страховочного троса.

- Но эти тросы могут выдержать нагрузку в несколько тонн,- услышал я свой голос.

- Они-то могут,- саркастически отвечал Фукс.- Но поручни, к которым они привязаны, на это не рассчитаны. Поручень сорвало - и все,- он отмахнул рукой в сторону.- Олух Царя Небесного!

Значит, помощник капитана пытался спасти Родригеса. Это их предсмертные крики преследовали меня все время, пока я падал на корпус «Люцифера».

Фукс ткнул коротким толстым пальцем в техника, сидевшего справа от командирского кресла. Это была высокая, крепко сложенная женщина с округлым, плоским азиатским лицом. Больше всего она походила на эскимоску.

- Так что теперь вы, Амарджагаль, будете моим первым помощником.

Он снова ткнул пальцем, на этот раз в жилистого молодого человека рядом с ней.

- Нодон, вы - второй пилот.

Оба, получившие новые должности, кивнули. Неужели так ничего и не скажут? Может быть, Фукс набрал в команду немых?

Теперь он опять повернулся ко мне.

- У меня появилась вакансия техника по связи,- сказал он несколько смягчившимся тоном.- Теперь это место займешь ты, Хамфрис. Эта работа не требует особого труда и способностей, так что ты с ней вполне справишься.

- Минуту, Фукс, я только…

Он пнул меня в левую голень, так что я сморщился от боли. Когда я взвыл и склонился к ушибленному месту, я увидел, как на меня опускается его правый кулак. Но с этим я уже не мог ничего поделать. Он ударил меня в селезенку, а потом еще добавил слева, попав на этот раз в лицо. Я упал на палубу так, что у меня в глазах стало двоиться.

Фукс склонился надо мной, уперев кулаки в бедра, с кривой улыбкой на широкоскулом лице.

- Больно, не правда ли?

Я не мог ответить. Все, что я мог,- корчиться и стонать от боли.

- Это первый урок дисциплины на моем корабле,- сказал он ровным бесстрастным голосом.- Ты будешь обращаться ко мне «сэр» или «капитан Фукс». И следовать моим приказам точно и неукоснительно. И быстро. Понял?

Я видел вспышки перед глазами. Я не мог ничего сказать, даже дышал через силу. Фукс пнул меня в ребра.

- Еще раз повторяю: понял?

Я кивнул. Слабо, как поверженный воин. Удовлетворенно хмыкнув, он отошел.

- Найдите койку для нашего нового техника,- распорядился он.

Боль - это еще не самое страшное. Для меня было страшнее всего присутствие Маргариты, которая стояла безмолвно, как статуя. Пока я лежал на палубе, она ничем не выразила желания поддержать меня или прийти на помощь.

Я терял сознание. Дыхание с трудом вырывалось из моих легких. Когда мир поплыл перед моими глазами, последнее, что я увидел, был Фукс, который манил своим толстым коротким пальцем Маргариту.

- Пойдем со мной,- позвал он ее. И она пошла.

Все кануло во мрак.

КОШМАР

Я брел по своему садику, разбитому возле дома в Майорке. Рядом шла Гвинет. Она была в каком-то легком платье, прозрачном настолько, что я мог видеть сквозь ткань ее обнаженное тело. Платье вздымалось волнами от бриза, веющего со стороны моря.

За ухом прозвенел москит. Я оказался крайне раздосадован. Генетический контроль уничтожил насекомых-паразитов по всему острову. Что случилось? Что-то не так?

Я повернулся спросить Гвинет, но ее уже не было. Маргарита. Она шла рядом со мной в скафандре, при полном комплекте, со шлемом в руках, точнее, в перчатках. В скафандре, в моем прекрасном саду, на берегу Средиземного моря, в солнечный весенний полдень!

Я улыбнулся. И она улыбнулась в ответ. Но затем я почувствовал жало насекомого в обнаженном предплечье и прихлопнул его.

- Тебе лучше надеть скафандр,- сказала Маргарита мне, и тут я увидел, что это была не Маргарита, а ее мать.

- Но вы же умерли,- пробормотал я, не веря своим глазам.

- То же самое ждет и тебя, если не наденешь скафандр! - очень серьезно предупредила она.

- Но у меня же нет скафандра,- возразил я.- Зачем бы я стал хранить здесь скафандр?

Вместо ответа она указала рукой в перчатке на Средиземное море. Море кипело, пузырясь и с диким шипением испаряясь, превращалось в громадный массив облаков, встающих в небе, где внезапно пропал голубой цвет, сменившись на чахлый серо-желтый. Интенсивное свечение прожигало облака… Солнце казалось таким близким, гигантским и жарким, словно какое-то все испепеляющее божество сошло на землю, чтобы истребить все, чего оно коснется.

- Скорее! - закричала капитан. Теперь я не мог точно определить, была это Маргарита или ее мать. Она уже надела шлем.

Я стремительно развернулся и стал озираться по сторонам, в поисках скафандра в своем саду. Но все, что я нашел,- это прекрасные цветы и лозы, которые уже ссыхались, коробились и обугливались у меня на глазах.

Все насекомые вдруг набросились на меня, кусая, терзая мою плоть, зарываясь мне под кожу и пожирая внутренности. Я чувствовал, как они гложут меня изнутри, и когда я попытался крикнуть, из меня не вышло ни звука. Они сожрали даже мой голос.