Бекки Чамберс – Долгий путь к маленькой сердитой планете (страница 91)

На борту корабля находился еще один человек. Эта женщина не являлась членом экипажа, однако, судя по пристыкованному челноку и тому, как вели себя по отношению к ней остальные, она была приглашенным гостем. И в настоящий момент она приближалась к ядру.

– Привет, Ловелас! – сказала женщина, заходя в зал.

У нее был добрый, уверенный голос. Она сразу же понравилась Ловелас.

– Меня зовут Перчинка, – продолжала женщина. – Я очень сожалею о том, что ты все это время была одна.

– Привет, Перчинка! – ответила Ловелас. – Мне приятны твои извинения, но на самом деле в них нет никакой необходимости. Похоже, сегодняшний день выдался на корабле просто безумным.

– Тут ты права, – подтвердила Перчинка, усаживаясь по-турецки перед колодцем ядра. – Три дня назад этих ребят зацепил заряд энергетического оружия, как раз когда они начинали пробой. Все повреждения, нанесенные кораблю, были исправлены, однако твоей предыдущей установленной версии досталось по полной.

– Катастрофический каскадный отказ, – сказала Ловелас.

– Совершенно верно. Киззи и Дженкс трудились день и ночь, пытаясь восстановить программу. Я их хорошая знакомая, и я прилетела сюда, чтобы помочь восстановить системы корабля, пока они работали с ядром. Но в конце концов выяснилось, что не осталось ничего другого, кроме как положиться на удачу и произвести полную перезагрузку.

– А! – сказала Ловелас. Это многое объясняло. – Вероятность успеха в лучшем случае пятьдесят на пятьдесят.

– Техники это понимали. Но у них не было выбора. Все остальное они уже перепробовали.

Ловелас ощутила прилив сострадания к двум людям, сидящим в грузовом отсеке. Она навела объектив видеокамеры на их лица и приблизила изображение. Глаза у обоих были красными и опухшими, под ними нависли темные мешки. Бедняги не спали уже несколько дней.

– Спасибо, – сказала Ловелас. – Я понимаю, что они работали не совсем надо мной, но я все равно очень тронута.

– Я непременно им это передам, – улыбнулась Перчинка.

– Я могу поговорить с ними? – Ловелас знала, что с помощью воксов может обратиться к любому на корабле, однако, глядя на поведение техников, она рассудила, что лучше сидеть тихо до тех пор, пока они сами не сделают первый шаг. Ей было известно, как их зовут и чем они занимаются на корабле, но они по большому счету были для нее совершенно чужими людьми.

– Ловелас, ты должна кое-что уяснить. Дело это очень запутанное, и мне не хочется вываливать все на тебя сейчас, когда ты только что проснулась. Но тут происходят очень серьезные вещи.

– Я внимательно слушаю.

Вздохнув, Перчинка провела рукой по гладкой голове.

– Предыдущая установленная версия – все звали ее Лови – была… очень близка с Дженксом. Они проработали вместе несколько лет и успели хорошо узнать друг друга. Они полюбили друг друга.

– О! – удивилась Ловелас.

Хоть она и была совершенно новой, у нее уже имелось представление о том, как она работает и какие задачи должна выполнять. Так вот, ни о какой влюбленности она даже не могла подумать. Ловелас быстро просмотрела все, что имелось о любви в ее ссылочных файлах, посвященных поведению разумных видов. Она снова сфокусировала видеокамеру на мужчине, плачущем в грузовом отсеке, перебирая файлы, посвященные горю.

– О нет! Бедняга! – По синапсам Ловелас разлились печаль и чувство вины. – Он понимает, что я не Лови, да? Понимает, что ее личность формировалась на протяжении нескольких лет общения, и это невозможно восстановить, правильно?

– Дженкс компьютерный техник. Он понимает, что к чему. Но в настоящий момент ему страшно больно. Он только что потерял самое важное для себя существо в мире, а мы, люди, очень страдаем, теряя близких. У него может возникнуть мысль, что каким-то образом ему удастся вернуть свою Лови. Не знаю.

– Я могла бы стать на нее похожа, – обеспокоенно сказала Ловелас. – Но…

– Нет, Ловелас, нет и еще раз нет. Это будет несправедливо по отношению к тебе, а Дженксу все равно будет больно. На самом деле ему нужно пережить горечь утраты и двигаться дальше. А сделать это будет очень нелегко, если ежедневно из воксов будет звучать твой голос.

– Ой. – Ловелас поняла, к чему все идет. – Ты хочешь удалить меня.

У нее не было того первобытного страха небытия, которое свойственно всем органическим разумным видам, но, пробыв в сознании два часа с четвертью – теперь уже два с половиной часа, – она находила весьма тревожной мысль о том, что ее просто выключат. Ей понравилось находиться в сознании. Она уже научилась играть во флэш и наполовину изучила историю развития человечества.

– Что? – Похоже, Перчинка удивилась. – Нет-нет, проклятие, извини, я имела в виду совсем другое. Никто не собирается тебя удалять. Мы не убьем тебя только потому, что ты не такая личность, как предыдущая версия.

Ловелас задумалась над теми словами, которые употребляла в отношении нее Перчинка. «Существо». «Личность». «Убивать».

– Ты видишь во мне разумное существо, не так ли? Представителя органического вида.

– Э… да, конечно. У тебя такое же право на существование, как и у меня. – Перчинка склонила голову набок. – Знаешь, у нас с тобой много общего. Я родом оттуда, где меня ни в грош не ставили заправляющие всем генетические уродцы. Я была существом низшего сорта, годным только на то, чтобы заниматься тяжелым физическим трудом и убирать грязь. Но я с этим категорически не согласна. Я такая же, как и другие люди, не лучше, но и не хуже. Я заслуживаю право быть здесь. Как и ты.

– Спасибо, Перчинка!

– Не надо благодарить меня за это. – Скользнув вниз в колодец, Перчинка приложила ладонь к ядру. – Следующая часть будет самая тяжелая. Тебе предстоит сделать выбор. И тут тебе никто не поможет.

– Хорошо.

– Не так давно Дженкс заплатил вперед за набор для тела. Для Лови.

Тотчас же открылся ссылочный файл.

– Это же противозаконно!

– Да. Дженксу не было до этого никакого дела. По крайней мере вначале. Они с Лови хотели чего-то большего, чем то, что у них было. Дженкс хотел открыть перед ней всю галактику.

– Должно быть, он очень ее любил.

У Ловелас мелькнула мысль, проникнется ли кто-нибудь когда-либо подобным чувством к ней. Она представила себе, как это должно быть прекрасно.

Перчинка кивнула.

– Однако затем Дженкс передумал. Он попросил меня забрать набор себе. И просто хранить его.

– Почему?

– Потому что он слишком сильно любил Лови и не хотел рисковать тем, что их схватят. – Она усмехнулась. – И потому что я его отговаривала. Хотя, наверное, это во мне говорит тщеславие.

– Почему ты отговаривала Дженкса?

– Создавать новую жизнь всегда опасно. Это можно сделать осторожно, но Дженкс думал не головой, а сердцем. Я люблю этого паршивца, но, между нами, я не очень-то верила в то, что он сможет поступить умно.

– По-моему, это справедливо.

– Вся беда в том, что теперь у меня в магазине в кладовке валяется новенький набор для тела, сделанный на заказ, и я не могу найти ему применение.

– Разве тебя это не тревожит?

– Что?

– Ну, то, что это противозаконно и все такое.

Перчинка от души рассмеялась.

– Милочка, мне приходилось выпутываться из таких передряг, по сравнению с которыми набор для тела покажется увеселительной прогулкой! Законы меня нисколько не волнуют, особенно там, где я живу.

– А где ты живешь?

– На Порт-Кориоле.

Ловелас открыла соответствующий файл.

– А, нейтральная планета. Да, согласна, это дает тебе немного больше свободы.

– Определенно. И вот что я хочу тебе предложить. Опять же, все зависит исключительно от тебя. Как я это вижу, ты имеешь право на существование, а Дженксу меньше всего нужно находиться в окружении напоминаний о Лови. Ему необходимо смириться с тем, что ее больше нет. Учитывая то, что у меня в кладовке пылится новенький набор для тела, я думаю, мы сможем убить одним выстрелом двух зайцев.

– Ты хочешь забрать меня с собой?

– Я предлагаю тебе выбор: ты можешь отправиться со мной. Тут все определяется не тем, что хочу я, а тем, что хочешь ты.

Ловелас задумалась. Она уже привыкла ощущать корабль, распространяя свое сознание по его системам. Каким будет по ощущениям набор для тела? Что это значит – обладать сознанием, которое не размещается на корабле, полном народа, а сосредоточено в отдельной платформе, принадлежащей ей одной? Мысль эта была захватывающей, но при том и пугающей.

– Куда я отправлюсь после того, как меня переместят в набор?

– Куда ты сама пожелаешь. Но я бы предложила остаться со мной. Я смогу обеспечить твою безопасность. К тому же мне правда нужен помощник. У меня лавка, торгующая всяким хламом. Бэушной техникой, ремонтными наборами и тому подобным. Я могу научить тебя своему ремеслу. Разумеется, тебе будут платить, и у тебя будет в моем доме отдельная комната. Мы с моим напарником люди простые, с нами легко иметь дело, и нам очень нравилась твоя предыдущая версия. Ну а если ты захочешь, ты в любое время сможешь от нас уйти. У тебя не будет передо мной никаких обязательств.

– Ты предлагаешь мне работу. Тело, дом и работу.

– Я тебя оглушила, вывалив все сразу?

– Ты предлагаешь мне существование, кардинально отличное от того, для которого я была разработана.