Беатрикс Маннель – Затерянный остров (страница 57)
О
Но в этом не было смысла. А где же ваниль? Она ломала себе голову. Можно получать ароматы цветов, которые нельзя экстрагировать, как, например, лилию или левкой. Аромат этих цветов можно имитировать, если смешать померанцевые цветы, розу, экстракт ванили, фиалкового корня и экстракт цветов акации, добавив немного горького миндального масла. Но смесь ароматов-нот ее бабушки была слишком уж неподходящей для того, чтобы представить такой сложный аромат, как ваниль. Нет, это не может быть тот парфюм, о котором мечтала Матильда.
В отчаянии Паула все стерла ногой. Она должна попробовать как-то иначе, это был тупик. Она подошла к морю и по лодыжки окунула ноги в холодную воду, затем вернулась туда, где оставила свою обувь.
Вильнев уже стоял там и отряхивал песок.
— Мне очень жаль, — сказал он и попытался посмотреть ей в глаза, — я вел себя непростительно.
Паула не смотрела ему в глаза, и, так как она не могла найти хороший ответ, молча взяла ботинки и пошла обратно в лагерь. Ей хотелось поговорить с ним об этой нотной загадке, но она решила немного подумать о ней, прежде чем выставить себя на посмешище.
Когда она шла по пустынной земле к палаткам и смотрела на засохшие растения, она осознала, сколько сил потребуется, чтобы восстановить хижину и ванильную плантацию. Паула тяжело вздохнула. Зато как было бы хорошо, если бы ей удалось найти золото бабушки.
Мортен и Нориа сидели рядом у костра и беседовали. Они были так увлечены, что даже не заметили приближающуюся Паулу. Она никогда даже не подозревала, что у них так много тем для разговоров. Что будет, если Мортен уговорит Нориа работать на него? «Я срочно должна выучить малагасийский язык, только так я стану независимой», — подумала Паула.
Она присела к ним и взяла кружку померанцевого чая. Мортен и Нориа посмотрели на нее так, будто она им помешала.
— Нориа, чем вы планируете теперь заняться?
— Что вы имеете в виду?
— Ну, вы хотели вернуться в столицу.
Мортен вмешался.
— Мы все заинтересовались золотом вашей бабушки.
«И как долго эти двое будут молчать? И Вильнев тоже, — подумала Паула. — Я должна что-то придумать, но что?»
— Мне тоже хотелось бы знать, где моя бабушка его нашла, но я ума не приложу, где это может быть.
— А если мы внимательнее изучим письмо? — Мортен посмотрел на нее невинными глазами. — Она же детально описывает место, не так ли?
— Река, зеленый собор, поваленное дерево… Мортен, это может быть где угодно.
— Но она же пишет, где она спрятала свою находку, а потом еще эта песня…
— Верно, но я не понимаю что это значит. И давайте договоримся, Мортен, что никто впредь не будет читать мои письма, кроме меня. Это ясно?
Паула подумала, что ей не помешала бы помощь. Но бабушка не могла все так всерьез зашифровать, потому что у нее для этого не было времени. Или она подготовилась заранее?
Возле костра стояла деревянная доска с маленькими рисовыми пирожками, высушенными бананами, фаршированным перцем и поджаренными речными раками. При виде этого аппетитного зрелища у нее слюнки потекли.
— Что это?
— Подарок от госпожи Ракотовао, специально для вас, в память о вашей бабушке, поэтому мы еще ни к чему не прикасались.
— Пожалуйста, угощайтесь.
Паула наклонилась, взяла рака и съела его с большим удовольствием. С тех пор как она ускользнула от крокодилов, ей постоянно хотелось есть, но их запасы так быстро таяли, что в последние дни у них были только рис с овощами на обед.
К ним присоединился Вильнев. Он молча присел и начал есть без приглашения.
Прямоугольное блюдо быстро опустошалось, и они увидели, как красиво оно украшено резьбой. Нориа объяснила им, что здесь идет речь о малагасийской легенде о Раноро, морской женщине, которая из любви к своему мужу стала настоящей женщиной. Это произошло при условии, что он никогда в ее присутствии не станет упоминать слово «соль». Но в порыве гнева он однажды произнес его и таким образом потерял ее навсегда. С внешней стороны справа деревянная доска была украшена вертикальными, написанными в столбик буквами: «
Написанные в столбик буквы что-то напомнили Пауле. Наверное, ноты вовсе не представляли собой рецепт, может быть, бабушка, как и предполагал Мортен, просто указывала таким образом место.
Она встала, побежала в свою палатку, принесла записную книжку и карандаш и достала из сумки письмо Матильды, которое она, как и прежде, носила с собой.
Р
А
К
О
Т
О
В
А
О
Из начальных букв получалось имя старосты деревни, Ракотовао. Паула еще раз взялась за письмо:
Воспользоваться обычаями страны и спрятать там, где никто не будет искать. Ракотовао. Места, которые повсюду представляют собой
Но как ей добраться туда? Последний раз, когда она нарушила
Необходимо выяснить, где находится могила, потому что на Мадагаскаре нет кладбищ: каждый может похоронить человека там, где ему нравится, и, если у него достаточно денег, он может возвести семейный каменный склеп. Кроме того, ей нужно было сделать это ночью, когда все спят, иначе она всю деревню настроит против себя.
Ее план начал принимать какие-то очертания. Она откроет склеп и осмотрит его, для этого ей понадобится свет, значит, нужно будет хорошенько закрыть вход. Для этого у большинства склепов есть тяжелые каменные плиты. «Мои поздравления, Паула, — торжественно произнес ее внутренний голос, — то, что у тебя все получится, так же вероятно, как и то, что верблюд пройдет через игольное ушко». Начнем с того, что на могилах не указаны имена. Значит, ей нужна помощь Нориа, чтобы выяснить, где расположена нужная могила. Кто-то должен стоять на часах, кто-то должен держать свет, кто-то должен двигать тяжелые камни. Кроме того, все хотят получить золото ее бабушки, поэтому попутчики не выпустят ее из виду ни на секунду. А значит, она спокойно могла посвятить в этот план своих попутчиков. Но если их поймают, они все окажутся в опасности. Даже когда королева на далеком плоскогорье пыталась ввести новые законы, здесь не многие из них исполнялись. Паула с ужасом вспоминала радостные напевы своих преследователей, которые вынудили ее и Ласло проложить ложный след. «Нам нужен план, хороший план. Я поговорю с ними и пообещаю каждому из них долю из того, что мы найдем», — подумала Паула.
42 Ваниль
Когда через две ночи взошел месяц, Паула отнесла ребенка к Нориа, потому что не хотела брать его с собой. Нориа осталась в лагере, не пожелав оскорблять своих предков разорением захоронений. Но все же она выяснила для Паулы, какая гробница ей необходима, и за это она должна была получить свою долю.
Мортен, хотя и мечтал узнать, где спрятано золото, все же с возмущением отказался осквернять могилы, даже принадлежащие язычникам.
А Вильнев, с которым она после того случая у моря общалась только по делу, пытался отговорить ее от этой затеи.
Напрасно.
Склеп Ракотовао показался Пауле удивительно маленьким для семьи, занимающей такое важное положение в деревне, он был прикрыт небольшой каменной плитой. Паула надеялась, что отодвинуть ее будет не очень сложно.
Паула поцеловала малыша.
— Вы ведь позаботитесь о нем, если со мной что-то случится, правда?
Нориа взяла Нирину на руки и кивнула. Этого было для Паулы слишком мало.
— Вы не бросите его, вы обещаете?
Нориа опять кивнула.
— Вам нужно идти, пока светит месяц, — сказала она, и Паула понимала, что она права.
Однако ей было нелегко оставлять Нирину. Ей было неприятно то, что она намеревалась сделать, она изо всех сил старалась игнорировать внутренний голос, который со вчерашнего дня только и повторял, что: «Нет, нет, нет. Нет, ты этого не сделаешь!»
Снаружи она столкнулась с Вильневом, который стоял прямо у входа в палатку.
— Дороги назад нет? — спросил он.
— Нет.
— Тогда я вас проведу.
«В этом нет необходимости», — хотела сказать Паула, но подавила свою гордость.
— Вы уверены?