Беар Гриллс – Призраки пропавшего рейса (страница 53)

Притаившись в густых зарослях, Джегер и его команда ожидали удара. Казалось, напряжение можно резать ножом. Прошла минута, но «Хелфайр» так и не появилась. Две минуты — никаких ракет.

— Три минуты, дружище, — наконец проворчал Алонсо. — Похоже, что такая связь работает.

— Похоже, — согласился Джегер. — Что дальше?

— Сначала ты должен позволить мне позаботиться о твоей голове, — вмешалась Летисия Сантос. — Она слишком красивая, чтобы так ее ранить и повреждать.

Джегер согласился, предоставив Сантос обрабатывать его раны. Она промыла ссадины на руках и помазала их йодом, после чего толстым слоем бинтов обернула его лоб.

— Спасибо, — поблагодарил он ее, когда она закончила. — Что касается медицины, то с тобой иметь дело гораздо приятнее, чем с обычными волосатыми коммандос, к которым я привык.

Подойдя к Пурууэхе, он пару минут потратил на то, чтобы объяснить ему, что произошло. Почти никто из индейцев не имел ни малейшего представления о том, что такое «Хелфайр». Подобная смерть с небес с таким же успехом могла быть посланным богами ударом молнии. Только насмотревшийся фильмов о войне Пурууэха понимал суть происходящего.

— Объясни все своим ребятам, — попросил его Джегер. — Я хочу, чтобы они отчетливо представляли, с чем мы имеем дело. Против «Предатора» духовые трубки и стрелы совершенно бесполезны. Если они захотят повернуть назад, я не буду на них в обиде.

— Ты спас нас на мосту, — ответил Пурууэха. — Это долг, который мы обязаны вернуть. Когда мы отправляемся на войну, наши женщины провожают нас одной и той же фразой. Ее можно перевести так: «Возвращайтесь с победой или мертвыми». Для нас позор вернуться в деревню живыми, но не снискавшими славы. Тут даже вопросов быть не может — мы идем с тобой.

Лицо Джегера просветлело. Если бы индейцы их сейчас покинули, это стало бы тяжелым ударом.

— Мне все-таки интересно… Скажи мне, как я сумел выжить после падения на мосту?

— Ты был без сознания, но твои руки крепко сжимали Пайхаму, — ответил Пурууэха и посмотрел на брата. — Мы с братом спустились вниз, чтобы тебя достать. Но именно Гвайхутиге удалось разжать твои руки и поднять тебя наверх.

Джегер изумленно покачал головой. За сдержанными словами индейца явно скрывались мгновения непередаваемого ужаса.

Он посмотрел на молодого воина амагуака. Да, теперь он смотрел на Пурууэху далеко не только как на переводчика.

— Выходит, Пурууэха, самая храбрая лягушка во всех джунглях, я тоже обязан вам жизнью.

— Верно, — просто согласился он.

— Но почему Гвайхутига? — спросил Джегер. — То есть я хочу сказать, что он из тех, кто хотел, чтобы нас убили.

— Мой отец решил иначе, Коти’ар.

— Коти’ар?

— Коти’ар. Так назвал тебя мой отец. Это означает «постоянный спутник», «друг, который всегда рядом».

Джегер покачал головой:

— Скорее это ты для нас коти’ар.

— Настоящая дружба равноправна. И Гвайхутига теперь считает тебя членом нашего племени. — Пурууэха бросил взгляд в сторону Наровой. — Как и джа-гвару, и маленького человека из Японии, а также Большого Бородатого Человека из твоей группы.

Джегер был потрясен услышанным. Он подошел к сидевшему неподалеку Гвайхутиге. При его приближении воин амагуака поднялся. Мужчины стояли друг против друга. Оба были приблизительно одного роста и телосложения. Джегер протянул Гвайхутиге руку, желая рукопожатием выразить свою искреннюю благодарность.

Индеец какое-то мгновение смотрел на эту руку, а затем устремил неподвижный и непроницаемый взгляд своих темных глаз на Джегера.

Джегер уже успел подумать, что его жест отвергнут. Но Гвайхутига взял левую и правую руки Джегера и крепко сжал их вместе, окружив своими ладонями.

— Эпенхан, Коти’ар, — произнес Гвайхутига. — Эпенхан.

— Это означает «добро пожаловать», — пояснил Пурууэха. — Добро пожаловать, друг, который всегда рядом.

Джегер почувствовал, как его охватывает волнение. Он знал, насколько редки и бесценны такие моменты. Он стоял лицом к лицу с вожаком воинов практически неизвестного миру племени, который рисковал своей жизнью, чтобы спасти совершенно незнакомого ему человека, да к тому же еще и чужака. Джегер на мгновение стиснул Гвайхутигу в объятиях и быстро отстранился.

— Что скажете, парни, как мы теперь попадем вниз? — спросил он, не зная, что еще им сказать. — Веревочного моста больше нет.

— Именно это мы и обсуждали, — сообщил ему Пурууэха. — У нас нет возможности перебраться через реку и спуститься по противоположной стороне водопада. Единственное, что нам остается, — это воспользоваться маршрутом, который вы наметили с самого начала. Но это кружной путь, и он займет не меньше трех дней. В итоге мы придем к цели гораздо позже тех, кого пытаемся обогнать.

— В таком случае не будем терять времени, — вмешался Алонсо. — Мужик, если надо, мы будем бежать всю дорогу. Веди.

Джегер поднял руку, требуя внимания:

— Одну секунду. Всего одну.

Он обвел взглядом окружающих его людей, и озорная улыбка осветила его лицо. В силах особого назначения всегда ценились нестандартные и неожиданные идеи, позволяющие перехитрить неприятеля. Что ж, то, что пришло в голову Джегеру, и было совершенно нестандартным и неожиданным. И сделать это им предстояло здесь и сейчас.

— В тайнике у нас спрятаны парашюты, верно? — напомнил он. — Целых десять штук, если я не ошибаюсь. Кто-нибудь из вас когда-нибудь прыгал со скалы или здания?

— Я несколько раз прыгал, — раздался голос Джо Джеймса. — Вставляет не хуже понюшки из трубки амагуака!

— Я тоже прыгала, — кивнула Летисия Сантос. — Неплохо, но не идет ни в какое сравнение с танцами на карнавале. А что?

— Прыжок со скалы, моста или здания — это фактически сокращенная версия прыжка с высоты в тридцать тысяч футов. Разве что в люк самолета не надо шагать и времени на то, чтобы раскрыть парашют, у вас очень мало.

В глазах Джегера светился азарт.

— Вот что мы с вами сделаем. Мы заберем свои парашюты из тайника и спрыгнем с Дьявольского водопада.

Несколько мгновений вся группа обдумывала слова Джегера. Первое и вполне здравое возражение выдвинул Хиро Камиши:

— А как насчет амагуака? Пурууэха, Гвайхутига и другие воины не смогут этого сделать. Мне кажется, это не очень… мудро — оставлять их здесь.

— Нас семеро, а значит, есть еще три свободных парашюта. К тому же мы можем прыгать в тандемах, а значит, доставить некоторых из них вниз на своих парашютах. — Джегер посмотрел на Пурууэху. — Ты когда-нибудь мечтал полетать? Как тот орел, которого ты мне показывал? Топена, кажется? Большая белая птица, которая похищает цыплят.

— Топена, — подтвердил Пурууэха. — Я летал высоко, как топена, когда нюхал порошок найакуаны. Я летал за океаны и дальние горы. Но то были горы моего рассудка.

— Да, Пурууэха, — кивнул Джегер, — я уверен, что так и было, но сегодня, прямо сейчас, ты научишься летать по-настоящему.

Лицо Пурууэхи оставалось невозмутимым, на нем не промелькнуло ни тени страха.

— Если это единственный и самый быстрый способ спуститься вниз, мы прыгнем.

— Мы сможем взять с собой семерых. Даже больше, если некоторые прыгнут сами, — пояснил Джегер. — Во всяком случае, это позволит нам прийти к самолету первыми.

— Мы прыгнем, — еще раз подтвердил Пурууэха. — Те, кто не сможет прыгнуть, пойдут длинным путем — по тропе. Оттуда они смогут нападать на Темную Силу. Таким образом, мы ударим по ней с двух сторон.

В их разговор вмешался Гвайхутига. Он произнес несколько слов, подчеркивая их резкими взмахами оружием.

— Мой старший брат говорит, что после сегодняшнего дня мы пойдем за тобой куда угодно, даже в водопад, — перевел Пурууэха. — И он назвал тебя новым именем: Кахухара’га. Это означает Охотник.

Джегер покачал головой:

— Спасибо, но здесь, в джунглях, настоящие охотники — это вы.

— Нет, я думаю, Гвайхутига прав, — вмешалась Нарова. — В конце концов, Джегер — это в переводе с немецкого «охотник», разве не так? И сегодня в джунглях тебе дали это имя во второй раз. Это сделал воин амагуака, который не мог знать значения твоей фамилии. Это наверняка какой-то знак. Это, наверное, указывает на то, что ты начинаешь соответствовать своему имени — Кахухара’га.

Джегер пожал плечами:

— Пусть так. Но в настоящий момент у меня такое ощущение, что охотятся за мной. Я предпочел бы избежать столкновения с теми, кто идет по нашему следу, кто бы это ни был. Это означает, что мы должны попасть к самолету первыми, и нам ничего не остается, кроме как прыгнуть в водопад. Так что за дело.

— Возможно, ты не учитываешь еще одну проблему, — произнесла Нарова. — Я ничего не имею против фазы полета. Но вот по приземлению у меня вопросы. У меня нет ни малейшего желания снова зацепиться за деревья и повиснуть там на съедение паукам. Где ты планируешь приземляться?

В ответ Джегер подошел к самому краю Дьявольского водопада.

Заглянув вниз, он указал рукой:

— Видишь вон ту лагуну у подножия водопада? Над ней нет никаких деревьев. Планируя экспедицию, мы рассматривали эту точку как альтернативную площадку приземления, но по ряду причин отказались от этой идеи. В настоящий момент других вариантов у нас нет. Именно туда мы и будем прыгать. Одна из причин, по которой мы остановили свой выбор на песчаной косе, — продолжал Джегер, — заключалась в том, что мы предположили: в лагуне будет полно кайманов. Что скажешь, Пурууэха? Есть тут кайманы? Вон в той лагуне, у подножия водопада?