Беар Гриллс – Над пылающей бездной (страница 32)

Малейшее движение привлекло бы внимание вожака стада. Но если они будут лежать в темноте – не шевелясь и не издавая ни звука, то у них есть шанс выжить в обрушившейся на гиен расправе.

Могучий слон пронзил первую гиену, подняв ее на бивнях вверх и швырнув тело хищника в воду.

Мощь этого животного была просто ужасающей.

Слоны по очереди подняли на бивни и сбросили в озеро всех гиен. Когда уступ очистился от их тел, вожак, похоже, немного успокоился. Джегер, словно завороженный, наблюдал за тем, как мягким плоским концом хобота огромное животное выясняет, что тут, собственно, произошло.

Он видел, как расширяются огромные ноздри, втягивая воздух. Каждый запах рассказывал свою историю. Кровь гиены. Для слона это было хорошо. Но к нему примешивался совершенно чуждый для него запах – пороховая копоть. Густой дым от пистолетных выстрелов висел в холодном воздухе пещеры.

Слон, казалось, был растерян: чем это пахнет?

Хобот тянулся все дальше. Джегер видел, как влажный розовый конец слоновьего носа подбирается к нему все ближе. Этот толстый, будто дерево, хобот был способен поднять вес в 250 килограммов. Разумеется, для него не составило бы труда обвить ногу или туловище, в один миг вырвать их из укрытия и разнести на куски ударом о стену пещеры.

Какое-то мгновение Джегер колебался, не стоит ли ему напасть на слона. До его головы было не более десяти футов[15]. Это был бы легкий выстрел. Он отчетливо видел его глаза, длинные тонкие ресницы поблескивали в свете фонаря.

В тот момент, когда хобот дотянулся до него и в первый раз коснулся кожи, мужчину охватило странное ощущение того, что животное видит его насквозь. В этом взгляде было нечто невероятно человеческое – невероятно человечное.

Джегер отказался от малейшего намерения открыть огонь. Даже если бы он и смог заставить себя это сделать, в чем сомневался, он знал: девятимиллиметровая дозвуковая пуля ни за что не пробьет череп взрослого слона-самца.

Он доверился ласке слона.

Когда хобот коснулся его кожи, Джегер застыл. Касание было таким нежным, как будто легкий ветерок шевелил волосы на его руке. Он услышал посапывание – это слон вдыхал его запах.

Уиллу очень хотелось знать, что он чует. Он отчаянно надеялся на то, что слоновий помет сделал свое дело. Но от него не могло также не пахнуть человеком. Уловит ли это слон?

Похоже, знакомый запах своего собственного вида постепенно успокоил слона. Еще несколько поглаживаний и посапываний, и хобот двинулся дальше. Джегер своим телом почти полностью закрывал Нарову, так что слон мог обнюхать ее лишь весьма поверхностно.

Слон, кажется, остался доволен результатами своего исследования и перешел к следующей задаче. Теперь нужно было перевести малышей через лужи крови – все, что осталось от гиен. Но, прежде чем он двинулся дальше, Джегер поймал взгляд этих древних, глубоких, всевидящих глаз.

Казалось, слон знает. Он знал, с чем столкнулся. Но решил сохранить им жизнь. Джегер был убежден в этом.

Слон отошел в сторону, направившись к малышам, в страхе и неуверенности сгрудившимся на каменном карнизе над озером. Поглаживая слонят хоботом, он их успокоил и утешил, а затем начал подталкивать тех, кто стоял впереди, побуждая идти дальше.

Джегер и Нарова, улучив момент, вскочили на ноги и бросились наутек, спеша опередить слонят и оказаться в безопасности.

Во всяком случае, они так думали.

Глава 39

Быстрой трусцой Джегер и Нарова продолжали бежать вдоль озера.

Каменный карниз постепенно расширялся и там, где озеро естественным образом закончилось, превратился в широкий пологий берег. Именно здесь и собралось все стадо. Судя по сотрясающему пещеру грохоту бивней, ударяющих в скалистые стены, это и были их соляные копи.

Именно ради этого слоны сюда и пришли.

Джегер присел на корточки под прикрытием стены пещеры. Ему было необходимо перевести дыхание и попытаться выровнять пульс. Он вытащил бутылку с водой и жадно припал к горлышку.

Помахал бутылкой в направлении, откуда они пришли.

– Зачем ты тащила тот труп? Гиену? Какая разница, где она упала? Мертвым все равно.

– А как же слонята? Они не смогли бы пройти по тропинке, если бы у них на пути лежала мертвая гиена. Вот я и пыталась ее убрать.

– Да, но эту работу все равно сделал бы их двадцатитонный папочка.

Нарова пожала плечами.

– Теперь я это знаю, но… Слоны – мои любимые животные. Я не могла оставить малышей в ловушке. – Она посмотрела на Джегера. – И как бы то ни было, папочка-слон не тронул даже волоска на твоей голове, верно?

Джегер досадливо закатил глаза. Что он мог ей ответить?

Подход Наровой к животным казался ему по-детски волшебным. Он осознал это еще во время экспедиции на Амазонку. Иногда Ирина вела себя так, будто животные были ей гораздо ближе, чем люди. Казалось, она понимает их гораздо лучше, чем свой собственный вид.

К тому же для нее не имело ровным счетом никакого значения, что это за животные. Ядовитые пауки, змеи, способные сжатием колец сломать человеку позвоночник, плотоядные рыбы. Порой Джегеру начинало казаться, будто Нарову интересуют лишь особи, не относящиеся к виду хомо сапиенс. Все животные, от мала до велика, были для нее Божьими тварями. А когда ей приходилось убивать зверей ради спасения товарищей по оружию – как, например, эту гиену, – она неизменно терзалась сожалениями.

Джегер осушил бутылку и сунул ее обратно в рюкзак. Подтянув его лямки, приготовился двигаться дальше, как вдруг внимание мужчины привлекло нечто, расположенное далеко внизу.

Создавая что-либо, природа редко использует прямые линии и углы, столь любимые людьми. Как правило, они предаются анафеме. Именно это – некая прямоугольная аномалия, входящая в резкое противоречие с окружающим ландшафтом, – и привлекло внимание Джегера.

Река впадала в озеро, начинаясь где-то глубже в недрах горы. Перед тем как слиться с ним, ей приходилось проходить через своеобразное горлышко бутылки – выдолбленный в скалах узкий проход.

И на ближайшем к ним берегу этого прохода стояло здание.

Оно скорее напоминало укрытие времен Второй мировой – наподобие Фалькенхагенского бункера, – чем корпус генератора или насосную станцию. Но с учетом такой близости к воде сооружение не могло быть ничем иным. Уилл не сомневался в этом.

Они подползли к кромке воды. Прижав ухо к скалистому берегу, Джегер уловил слабое ритмичное жужжание, доносящееся от постройки, и окончательно убедился в ее назначении.

Это была гидроэлектростанция, расположенная в том месте, где стиснутая скалами вода реки превращалась в быстрый и бурный поток. Часть реки по трубе попадала внутрь здания, наверняка вращая лопасти ротора – современного аналога древнего водяного колеса. Вращаемый потоком ротор, в свою очередь, приводил в действие электрогенератор. Массивная конструкция постройки предназначалась для защиты всех этих механизмов от мощи и любопытства слоновьего стада.

Скептицизм Джегера вмиг испарился. Под этой горой и в самом деле что-то было. Это что-то пряталось глубоко в ее недрах. Это что-то было создано людьми и нуждалось в электричестве.

Он ткнул пальцем в темноту.

– Надо идти по кабелю. Он приведет нас к тому, что потребляет эту электроэнергию, что бы это ни было. И так глубоко под горой…

– Любая лаборатория нуждается в электричестве, – перебила его Нарова. – Она здесь. Мы уже близко.

Глаза Джегера вспыхнули.

– Пошли! Скорее!

Они быстрым шагом двинулись вперед, следуя за кабелем, протянувшимся куда-то в глубь горы и надежно защищенным от внешних повреждений стальным кожухом. Шаг за шагом они приближались к своей цели.

Кабель закончился у стены.

Массивное сооружение перегораживало поперек всю пещеру. В высоту оно достигало нескольких метров, будучи выше самого большого слона. Джегер не сомневался, что именно в этом назначение стены – преграждать путь слоновьим стадам, разыскивающим соль. Там, где стена соприкасалась с рекой, виднелись отверстия, в которых также бурлила вода. Скорее всего, в этих желобах тоже были установлены турбины, а электростанция у озера служила лишь дублирующим источником энергии.

Они остановились у холодной стены. Джегером руководила мрачная решимость раскрыть тайны этой горы, каковыми бы они ни являлись.

Совсем скоро.

Он смерил сооружение взглядом. Эта вертикальная стена была сделана из гладкого железобетона.

Своего рода граница. Но что она ограждала?

Что могло за ней быть?

Или, скорее, кто мог за ней находиться? Перед его внутренним взглядом вспыхнул образ закованных в цепи и заключенных в клетку Руфи и Люка.

«Всегда только вперед. Не останавливайся». В бытность Джегера королевским морским пехотинцем эти слова являлись его мантрой. «В бою сокращай дистанцию». Он никогда не забывал о данном принципе при розысках своей семьи. Не собирался отказываться от него и сейчас.

Джегер снова обвел глазами стену. Ухватиться на ней было практически не за что, и преграда казалась непреодолимой. Разве что…

Он подошел к стене пещеры, изучая место стыка со стеной, возведенной людьми. Разумеется, именно здесь и было ее слабое место. Там, где гладкое сооружение упиралось в шероховатую скалу, острые кристаллы и костные выступы могли послужить упорами для рук и ног, хотя тот, кто построил стену, тот и разбил в процессе некоторые из естественных ступеней.