Беар Гриллс – Над пылающей бездной (страница 17)

Но это? Это было нечто совершенно неизвестное. Полное отсутствие звуков. Он также не ощущал ни малейшего человеческого присутствия, не считая своего собственного, и это леденило ему кровь.

Джегер почувствовал укол страха. Настоящего животного страха. Он понятия не имел, куда его привели, однако ощущал, что ничего хорошего это ему не сулит. К тому же он не знал, в чьих руках находится и что эти люди намерены с ним сделать.

Внезапно с его головы сорвали мешок, а помещение залил яркий свет. Джегер на миг ослеп, потому что мощный луч прожектора бил ему прямо в лицо.

Постепенно его глаза начали привыкать к свету и ему удалось различить детали окружающей обстановки.

Перед ним стоял пустой металлический стол со стеклянной крышкой. А на столе была простая белая фаянсовая кружка.

Больше ничего – только кружка с парующей жидкостью.

За столом сидел грузный бородатый лысеющий человек. На вид ему было хорошо за шестьдесят. Манжеты на его поношенном твидовом пиджаке и рубашке уже начинали кошлатиться. В старой одежде и очках он напоминал усталого университетского преподавателя или сотрудника музея, вынужденного влачить жалкое существование на мизерную зарплату. Джегер видел перед собой холостяка, который вечно перетушивал овощи и увлекался коллекционированием бабочек.

Он выглядел абсолютно невзрачно. Никто не обернулся бы ему вслед, а встретив в толпе, уже в следующую секунду забыл бы о его существовании. Классический серый человечек. Уж такого Джегер точно не ожидал здесь увидеть.

Он думал, тут будет банда бритоголовых восточноевропейцев – каждый с киркой или бейсбольной битой в руках. Все это казалось настолько странным, что у Джегера даже голова пошла кругом.

Серый человечек безмолвно смотрел на него. Судя по выражению его лица… ему было неинтересно… скучно. Как будто он разглядывал какой-то недостойный его внимания музейный экспонат.

Мужчина кивнул на кружку.

– Чай. С молоком. Одна ложка сахару. Кажется, такой вы пьете в Англии?

Он говорил тихо, с легким иностранным акцентом, однако понять происхождение этого говора Джегеру не удавалось. В голосе серого человечка не было ничего особенно агрессивного или недружелюбного. Более того, от него исходило ощущение легкой усталости. Как если бы он все это проделывал уже тысячу раз.

– Это очень вкусный чай. Ты наверняка хочешь пить. Выпей чаю.

В армии Джегера учили всегда принимать напитки и еду, если их ему кто-либо предложит. Да, продукты могли быть отравлены, но зачем кому-то его травить? Гораздо легче избить пленника в кровавое месиво или просто его пристрелить.

Он смотрел на белую фаянсовую кружку. В промозглом воздухе вились тонкие струйки пара.

– Чай, – повторил серый человечек. – С молоком и одной ложкой сахару. Выпей чаю.

Джегер перевел взгляд на лицо серого человечка и снова на кружку. Он протянул руку и схватил ее. Судя по запаху, это был всего лишь горячий сладкий чай с молоком. Уилл поднес кружку к губам и залпом выпил содержимое.

Он не ощутил ничего неприятного. Не рухнул со стула. Его не стошнило. Он не начал биться в конвульсиях.

Джегер вернул чашку на стол.

Снова воцарилась тишина.

Он украдкой обвел обстановку взглядом. Комната была голым, совершенно безликим кубом, лишенным каких-либо окон. Джегер чувствовал, что серый человечек не сводит с него глаз, буравя пристальным взором. Он снова опустил глаза в пол.

– Мне кажется, ты замерз. Тебе наверняка холодно. Хотел бы согреться?

В голове Уилла вихрем роились мысли. Что это? Ловушка? Возможно. Но Джегеру было необходимо выторговать еще хоть немного времени. И он на самом деле сидел на этом стуле в одних трусах, поэтому совершенно окоченел.

– Мне бывало и теплее, сэр. Да, сэр, мне холодно.

Еще одним уроком, вбитым в мозг Джегера в армии, была необходимость обращаться с похитителями так, как если бы они заслуживали уважения. Всегда существовала вероятность того, что подобная вежливость будет вознаграждена и похитители станут вести себя с тобой, как с человеческим существом.

Но в настоящий момент Джегер на это почти не надеялся. Все, с чем ему пришлось здесь столкнуться, было нацелено на то, чтобы опустить его до уровня беззащитного животного.

– Мне кажется, тебе хотелось бы согреться, – продолжал серый человечек. – Посмотри на пол рядом с собой. Открой сумку. Внутри ты найдешь сухую одежду.

Джегер бросил взгляд вниз. Рядом со стулом теперь стояла дешевого вида спортивная сумка. Он дотянулся до нее и сделал то, что ему было велено, то есть расстегнул молнию. Он был готов обнаружить внутри окровавленную отрубленную голову одного из членов своей амазонской экспедиции. Но там лежал вылинявший оранжевый рабочий комбинезон и пара выношенных носков плюс старые парусиновые туфли на резиновой подошве.

– А чего ты ожидал? – спросил серый человек, глядя на него с легкой усмешкой. – Сначала вкусный чай. Теперь одежда. Одежда, которая тебя согреет. Оденься. Надень все это.

Джегер натянул на себя комбинезон, застегнув все пуговицы на груди, затем обулся и снова сел, откинувшись на спинку стула.

– Согрелся? Так лучше?

Уилл кивнул.

– Я думаю, теперь тебе все понятно. В моих силах облегчить твою участь. Я и в самом деле могу тебе помочь. Но хочу кое-что получить взамен: мне нужно, чтобы ты помог мне. – Серый человек сделал многозначительную паузу. – Мне всего лишь необходимо знать, когда прибудут твои друзья, кого нам следует ожидать и как мы их узнаем.

– Я не могу ответить на данный вопрос, сэр. – Это был стандартный ответ. Джегера учили отвечать отрицательно, однако настолько вежливо и уважительно, насколько позволяли обстоятельства. – Я также не понимаю, о чем вы говорите, – добавил он.

Ему необходимо было выиграть время.

Серый человек вздохнул, как если бы именно такого ответа и ожидал.

– Это не имеет значения. Мы нашли твое… оборудование. Твой ноутбук. Твой мобильный телефон тоже у нас. Мы взломаем твои пароли, и скоро все твои секреты будут в нашем распоряжении.

Джегер лихорадочно обдумывал услышанное. Он был уверен в том, что не привез с собой ноутбук. Что касается его дешевого мобильника, в нем не было ничего особо важного.

– Если ты не можешь ответить на мой вопрос, скажи мне хотя бы, что ты здесь делаешь. Зачем приехал в мою страну?

У Джегера голова шла кругом. Его страну. Но ведь он находился в Германии. Не могли же они за то время, что он был в грузовике, успеть перевезти его в какое-нибудь восточноевропейское государство? Кто же его захватил? Что, если это сделало какое-то нелегальное ответвление немецких разведслужб?

– Я не знаю, о чем вы говорите… – начал было он, однако серый человек оборвал его на полуслове.

– Мне очень грустно осознавать, мистер Уилл Джегер, что я вам помог, но вы даже не пытаетесь помочь мне. И поскольку вы не в состоянии это сделать, то вас вернут в комнату, где много шума и боли.

Серый человек не успел закончить фразу, как невидимые руки снова натянули на голову Джегера мешок. От неожиданности у него даже сердце оборвалось и на мгновение замерло.

Затем его подняли на ноги, развернули в сторону двери и вывели наружу – все это в полном молчании.

Глава 18

Джегер снова очутился в комнате с белым шумом, под безумным углом к кирпичной стене. Во время отборочных испытаний в САС такие места называли «смягчителями» – комнаты, где взрослые мужчины слабели и теряли волю к сопротивлению. Он не слышал ничего, кроме бессмысленного воя, что разрывал окружающую тьму. Из запахов ему был доступен лишь запах собственного пота – холодного и липкого. А его горло горело от кислого привкуса желчи.

Он был избит, измучен и совершенно одинок. И все его тело разрывала такая боль, которую ему очень редко приходилось испытывать в прошлом. В голове у него грохотали кузнечные молоты, а рассудок кричал от ужаса.

Он начал мысленно напевать песенки. Обрывки любимых мелодий своей юности. Джегер надеялся, что эти песни помогут ему отрешиться от белого шума, от страха и агонии.

На него накатывали волны усталости. Он был на грани своих возможностей и знал это.

Когда песни исчерпались, Джегер начал пересказывать себе истории из своего детства. Сказания о героях, которые ему читал отец. Подвиги тех, кто воодушевлял и поддерживал его во время самых трудных испытаний, как в детстве, так и в сложнейшие периоды его службы в армии.

Он заново проживал историю Дугласа Моусона, австралийского исследователя, вошедшего в ад и вернувшегося из него. Оставшись во льдах и снегах Антарктиды без пищи и спутников, он каким-то чудом сумел спастись. Жизнь Джорджа Мэллори, вполне возможно ставшего первым человеком, взошедшим на Эверест. Он точно знал, что жертвует жизнью ради покорения самой высокой вершины мира. Мэллори не спустился с горы, погибнув на ее укрытых льдом склонах. Но эту жертву он принес добровольно.

Джегер знал: люди способны на поступки и достижения, которые кажутся абсолютно невозможными. Когда тело кричит, что оно более не в силах терпеть испытание, разум толкает его все дальше и дальше. Человек в состоянии преодолевать границы возможного.

Точно так же он знал, что если будет верить достаточно сильно, то сможет склонить чашу весов в свою пользу. Он сумеет все вытерпеть и преодолеть.

За счет силы воли.