Беар Гриллс – Дьявольское cвятилище (страница 45)

Он мчался наверх быстрее ветра — мышцы просто горели, а легкие с трудом втягивали воздух.

Наконец Йегер достиг вершины. Еще несколько секунд он продолжал скользить вперед, словно и не собирался останавливаться. Скрывшись из поля зрения преследователей, он опустился на землю, отстегнул лыжи и пополз обратно к вершине. Сняв винтовку Драгунова и уперев приклад в плечо, Йегер притаился среди снега и льда. Четырехкратное увеличение телескопического прицела ПСО-1 позволяло разглядеть склон во всех подробностях.

На первый взгляд сетка прицела — система наведения — казалась сложной. Горизонтальные линии соединяются по центру с вертикальными стрелками или шевронами, расположенными примерно в миллиметре друг от друга. В правой нижней части прицела виднеются две тонкие линии в форме воронки, на которую нанесены пять меток, похожих на деления линейки; они пронумерованы цифрами «два», «четыре», «шесть», «восемь» и «десять».

Однако в действительности это довольно простой прицел, как и в большинстве оружия из стран бывшего коммунистического блока. И, к счастью для Йегера, в полку его научили обращаться практически с любым оружием, известным человечеству.

Ты выбираешь метку, которая соответствует росту противника, и смотришь на цифру; в данном в случае это цифра «восемь». Она означает, что наемник, двигающийся во главе вражеского отряда, находится в восьмистах ярдах. Йегер слегка приподнял винтовку, наведя верхнюю стрелку ему на грудь. Каждый из шевронов означал дополнительные двести метров дистанции.

Иными словами, Йегер сделал поправку на восемьсотметровую дистанцию. Он успокоил дыхание, закрыл глаза и на какую-то долю секунды расслабился. Затем вновь открыл глаза, сделал долгий глубокий вдох и задержал дыхание, проверяя точность прицеливания.

Снайперская подготовка. Никогда не задерживай дыхание слишком надолго, иначе тело начнет едва заметно трястись. Один из ключевых принципов, которым его научили во время отбора в САС. И этот принцип давно уже стал инстинктом.

Йегер нажал на спусковой крючок.

Прогремел выстрел, и первая фигура рухнула в снег. Йегер сразу же переключил внимание на следующую цель. Группа наемников немедленно бросилась на землю, выхватив из-за спины оружие. Раздалось несколько очередей, однако они явно не понимали, куда стрелять.

На таком расстоянии Йегер мог расстреливать их совершенно безнаказанно, и наемники об этом знали.

Нужно сохранять спокойствие и рассчитывать каждое движение. Йегер отлично понимал, что находится на волосок от гибели. Он до сих пор жив лишь благодаря разделявшему их расстоянию.

В прицел он сумел разглядеть, чем вооружены люди Каммлера. Китайские пистолеты-пулеметы «Тип 79» со складным прикладом. Хорошее оружие, идеально подходящее для ближнего боя; однако прицельный огонь из него можно вести с расстояния не более двух сотен ярдов.

Йегер выстрелил снова. На снегу распростерлась вторая фигура. Понимая, что оставаться на месте означает гарантированную смерть, десять оставшихся бойцов вскочили на ноги и бросились врассыпную в надежде наткнуться на его позицию. Все двенадцать должны умереть. Нельзя, чтобы даже один из них выжил и сообщил обо всем Каммлеру.

Йегер собирался с силами. Внезапно его пронзила мысль, от которой внутри все похолодело. Он лежал, повторяя мантру: «Одна пуля — один труп». Однако кое-что упустил. Кое-что критически важное.

Магазин «Драгунова» вмещал десять патронов… А противников было двенадцать. Йегер так спешил, что забыл прихватить запасной.

На какую-то секунду он задумался, зачем вообще в это ввязался. Людей Каммлера нужно было увести от НП. И он мог запросто послать Повесу. Или Нарову. Или Алонсо.

Впрочем, ответ на этот вопрос ему хорошо известен. Он действительно лучший лыжник, однако правда заключается в том, что Йегер никогда не попросит кого-то из команды о вещах, к которым он не готов сам.

Если они хотели выжить, то нужно было рискнуть. Потому он и оказался здесь, и ему нужно убить десять наемников восемью пулями.

При самом удачном раскладе все закончится тем, что рано или поздно он окажется без единого патрона с двумя вооруженными людьми Каммлера на хвосте.

И Йегеру хорошо известно, что его пистолет против такого оружия не поможет.

62

Йегер бежал наперегонки со смертью уже тридцать минут. Наконец он увидел, что один из преследователей начал отставать.

Йегер убил из «Драгунова» восьмерых, дважды промахнувшись. Четверо оставшихся в живых людей Каммлера рассеялись по заснеженному плато, пытаясь обойти его с фланга. От одного из них удалось оторваться, однако трое остальных оказались первоклассными бойцами и прекращать погоню, похоже, не собирались.

Йегер напомнил себе, что они, небось, неплохо жрали, в то время как он в последние дни жил впроголодь. Преследователи не отставали, мчась по залитой лунным светом белизне с той же скоростью, что и он. Подъемы и спуски сменяли друг друга, а снежная гонка продолжалась.

У Йегера болели все мышцы, и он заметил, что охотники дюйм за дюймом сокращают расстояние. Он понял, в чем его главная проблема: Йегер сам прокладывал для своих преследователей путь в снегу, тем самым облегчая им задачу. Он насквозь промок от пота, а его легкие, казалось, вот-вот взорвутся.

Однако Йегер продолжал мчаться вперед. На крутых подъемах ему удавалось увеличить дистанцию, однако на спусках преследователи вновь ее сокращали. Понимая, что разумнее всего будет забраться как можно выше, он повернул на юг и, оказавшись спиной к озеру, начал подниматься в горы.

Он достиг участка, усыпанного свежим снегом, и это напомнило ему о риске схода лавин. На какую-то секунду он вновь оказался в Альпах, где вел солдат вдоль хребта Куффнера к Монблану, на ходу оценивая опасность.

Усилием воли Йегер вернул себя в суровую реальность, в состояние «здесь и сейчас». Лавина была наименьшей из его забот. У него очень быстро заканчивались варианты. Он не мог бежать вечно, а без патронов шансы явно не в его пользу.

Внезапно на него снизошло вдохновение: возможно, выход и правда есть.

Добравшись до вершины склона, Йегер низко пригнулся, вытащил из сумки, прикрепленной к ремню, гранату и развернулся, чтобы осмотреться.

Угол склона, покрытого свежим глубоким снегом, был просто идеален.

Внизу, примерно в четырех сотнях футов, возникли три фигуры. Они мчались наискосок по его оставленным на снегу следам, быстро сокращая расстояние.

Йегер дождался, когда они окажутся прямо под ним, а затем разогнул усики гранаты и, выдернув чеку, швырнул вниз. Описав высокую дугу, граната упала на склон приблизительно в сорока футах от него и зарылась в мягкий снег.

Йегер развернулся и, с силой отталкиваясь лыжными палками, ринулся вперед. За его спиной послышался звук взрыва, приглушенного толстым слоем снега. Под ногами прокатилась взрывная волна, и Йегер рванул что есть мочи.

Около секунды ничего не происходило, а затем склон сзади него пришел в движение.

С глухим треском покров снега и льда над эпицентром взрыва разошелся и устремился вниз по склону. С каждым пройденным футом лавина увеличивалась, набирая все большую и большую мощь.

Грохот катаклизма превратился в оглушительный рев. Решив, что ему удалось оторваться от вызванного им хаоса на достаточное расстояние, Йегер остановился. Развернувшись, он увидел, как бурлящая волна снега и льда мчалась по склону, подобно замерзшему цунами, способному смести все на своем пути.

Или не совсем все.

Из трех преследователей одному каким-то образом удалось увернуться от лавины прежде, чем она успела его накрыть. Йегеру редко доводилось видеть такое мастерство лыжника. Остальные двое, беспомощно молотя руками и ногами, были унесены вниз и погребены под сотнями тонн снега.

Как только лавина остановится, снег превратится в твердый как камень лед.

Однако один из наемников все еще жив.

Глядя на одинокую фигуру, которая мчалась по склону, только что пережившему катаклизм, Йегер почувствовал, что их глаза встретились. Кем бы ни был этот человек, он не снимал оружие с плеча и не открывал огонь. Явно хорошо обучен и бережет патроны, понимая, что расстояние слишком велико. Умно. Вне всяких сомнений, ему хорошо известно, что у Йегера закончились патроны.

Теперь они остались один на один. Настоящая охота на человека.

Йегер знал, что находится в шаге от смерти. Нужно было найти способ покончить со всем этим. Он и его преследователь практически синхронно вернулись на склон и возобновили смертельную гонку.

Через двадцать минут человек Каммлера начал сокращать расстояние даже на подъемах; чаша весов явно склонялась в его пользу. Рано или поздно его цель окажется в зоне поражения пистолета-пулемета.

В мозгу у Йегера вспыхнули слова его сасовского инструктора: «Ты должен сам выбирать, где и когда вступать в бой».

И тогда Йегер сообразил, что ему искать и как действовать.

63

Йегер забрался на небольшую возвышенность. Открывшийся перед ним пейзаж был вполне подходящим. Вдаль тянулась практически плоская равнина. Ветер дул непрерывно и быстро заметал его следы.

Йегер двинулся вперед, к выбранной им небольшой груде валунов, которая под снегом сделалась похожей на причудливую скульптуру. Спрятавшись за ней, он снял лыжи и достал П228. Дослав патрон в патронник, Йегер положил ствол пистолета на самый верхний валун. Лежа на животе за камнями, почти полностью скрывавшими его, он будет практически невидимым для поднявшегося по склону преследователя.