Байзо Альбион – Бетельгейзе (страница 14)

– Чем вы докажете, что ваше утверждение верно? – спросила Алиса.

– Позвольте задать вам встречный вопрос, – ответил Сакамото. – Почему, согласно статистике, молодые врачи часто демонстрируют более высокие результаты в лечении, чем опытные врачи с многолетним стажем? Ответ довольно прост. Молодые врачи осваивают актуальные знания, основанные на последних научных исследованиях. Медицина быстро развивается, и вместе с этим появляются новые методы лечения. Если говорить прямо, пожилые врачи зачастую пренебрегают учебой, поддавшись своему высокомерию. Поэтому я ещё раз повторю: каких бы высот вы ни достигли, всегда оставайтесь учениками.

– Мы вас поняли, учитель Сакамото, – сказали ученики.

Примерно так проходили наши уроки: учителя не снижали темпа, щедро делясь знаниями. Занятия шли в интенсивном режиме, каждый день приносил новые открытия и углубление в предмет. Активное участие учеников помогало лучше усваивать материал, а живая, увлечённая атмосфера вдохновляла на дальнейшее изучение темы.

Только вчера меня выписали из больницы, и теперь я снова возвращаюсь к привычной, спокойной жизни.

– Альдерон, не забудь зайти после урока к психологу, – вдруг напомнил мне учитель.

– Хорошо.

***

Я стоял перед кабинетом психолога, испытывая сомнения: стоит ли заходить? Пока колебания не усилились, я решил постучать в дверь, чтобы внутренний голос не успел поколебать моё решение.

– Входите, – раздался её голос. Я открыл дверь и вошёл.

– Снова я. Вы вызывали?

– Да, вызывала. Присаживайся, – она жестом указала на диван. – Как у тебя дела?

– Отлично, того же и вам желаю, – ответил я, садясь напротив неё.

– Спасибо, – с улыбкой поблагодарила она. – Как самочувствие? Были ли приступы галлюцинаций при высокой температуре?

Я задумался и отрицательно покачал головой.

– Не обманывай меня. Быть может, ты поверил всему, что с тобой происходило в припадке.

– Нет, – ответил я. – Нет, к счастью, галлюцинаций не было. Если, конечно, не считать обычный сон галлюцинацией.

– Ты что-то от меня скрываешь? Знаешь, я хочу верить в волшебство. Мне бы хотелось взглянуть, как работает твоя супергеройская сила.

– Я тоже хочу понять, как активировать свою суперсилу, но никак не могу разобраться.

– И какими силами ты обладаешь?

– Я тёмный маг с мечом. Хотя, возможно, это неверное определение, ведь то существо сказало, что я не маг.

– Вместо посоха у тебя меч? Как интересно.

– Это был просто сон, не стоит придавать ему большого значения.

– Расскажи мне, как ты провёл последние два дня своей жизни. Начни с самого утра и закончи поздним вечером. Расскажи всё до мельчайших подробностей. У людей с шизофренией реальность смешивается с вымыслом, и они верят в то, что видят. Мне важно знать всё о тебе. И, пожалуйста, расскажи тот необычный сон до мельчайших деталей. Я должна всё знать.

Я подробно описал ей свои будни, не упуская ни одной детали.

– Прекрасно, – сказала она с улыбкой. – Теперь, пожалуйста, представь, что в твоей руке огонь. Вообрази, что твоя рука горит.

Я попытался представить тёмную материю, мысленно призывая её из глубин своего организма. Я чувствовал, как она циркулирует внутри меня, но она никак не реагировала на мой зов.

– Как долго мне нужно это представлять? – спросил я.

Она начала осторожно ощупывать мои руки и ладони, словно пытаясь уловить что-то важное.

– Меня что-то беспокоит, – с тревогой в голосе сказала она. – Почему ты перестал переживать из-за своей проблемы? Ты ничего не боишься? Почему ты так спокоен?

– А какой смысл переживать и бояться того, что неизбежно? Разве мои переживания что-то изменят? – ответил я. – Великие люди видели то, что не видели другие, и слышали то, что не слышали остальные. Быть может, я смогу написать книгу о своих галлюцинациях. Думаю, она станет популярной.

– Хех, – она тихо рассмеялась. – Ты прав. Кто из нас тут психолог? Меня ещё никто так не унижал. Но, если это не секрет, расскажи мне, какие сны ты видел при высокой температуре.

– Сначала я подумал, что попал в загробный мир…

Я не стал приукрашивать свой рассказ, а, наоборот, опустил многие детали и не стал углубляться в подробности. Она внимательно слушала, время от времени делая заметки. Мой рассказ занял около семи минут.

– И когда огромная волна смыла меня, я проснулся.

– Очень правдоподобный сон, – сказала она. – Словно всё это произошло с тобой наяву. Твой сон говорит о том, что ты – творческая личность. А я, например, когда меня что-то беспокоит, чувствую себя виноватой. Поэтому мне было бы спокойнее, если бы ты приходил ко мне каждый день. Мне важно знать, что ты под моим наблюдением.

– Как бы это сказать…

– Я не буду настаивать, – быстро добавила она, перебивая меня.

– Думаю, было бы здорово найти компромисс, – продолжил я. – Честно говоря, мне не очень удобно отчитываться каждый день. Во-первых, это требует времени и сил, а во-вторых, не каждый день в моей жизни происходят какие-то значимые события. Просто сообщать каждый день, что у меня всё хорошо, кажется излишним.

– Может, будешь заглядывать ко мне раз в неделю? – предложила она.

– Может, раз в месяц? – начал я настаивать на своём, а после долгого её молчания я не выдержал и сказал, – Хорошо! Раз в неделю, так раз в неделю, – согласился я – Ну, мне пора идти на занятие.

– Заходи почаще, – сказала она. – На кону моя клятва Гиппократа.

«Разве психологи – это врачи? Хотя, неважно», – мелькнуло у меня в голове.

Глава 5 Вторая часть

Идя обратно на следующий урок, я задумался о работе психолога.

«Мне интересно, как Мия умеет так притягивать к себе людей? Наверное, чтобы стать для кого-то тёплым светом, нужно найти ключ к их сердцу. Этот ключ состоит из слов, которые нужно выстроить так, чтобы они смогли открыть сердца людей. Такое умение требует огромных умственных усилий. Стоит лишь сказать что-то не то, и ты из тёплого света превращаешься в холодную тень. Как же всё-таки трудна работа психолога.»

Я постучал в дверь класса, объяснил причину своего опоздания и сел за парту.

– И зачем она тебя позвала? – спросил Адонис, сгорая от любопытства. – Тебя так долго не было, что я начал беспокоиться.

– Она сказала, что я должен заглянуть к ней домой вечером, – ответил я с шутливой улыбкой. – Представляешь, она пригласила меня к себе домой.

– Серьёзно?! – воскликнул он, окаменев на мгновение, но затем до него дошло. – Это же шутка, да? Я на секунду поверил тебе.

– Конечно, это шутка. Зачем мне уводить твоего кумира?

– Из тебя вышел бы великий обманщик, если бы ты врал до конца, – сказал он, и в его голосе прозвучала лёгкая нотка подозрения.

– А может, ты в неё влюблён? – спросил я.

– Кто сказал, что нельзя любить двух женщин одновременно? Как ты думаешь, почему я ношу на руке старые и новые часы?

– Я думал, ты носишь двое часов просто ради забавы.

– Я пошутил, но, знаешь, в каждой шутке есть доля правды.

– Ладно, а что я пропустил, пока меня не было?

– В твоё отсутствие к нам зашла заместитель директора и сказала всем мальчикам явиться в актовый зал после уроков.

– Что случилось? Была массовая драка с другой школой? Или произошло что-то серьёзное, вроде убийства?

– Мои источники сообщили, что один старшеклассник из общежития заставлял младшеклассников читать ему сказки на ночь. Из-за этого всех парней вызвали в актовый зал.

– Какой ужас! Заставлять младшеклассников читать сказки на ночь! Это просто преступление, такого даже врагу не пожелаешь, – воскликнул я. – Надеюсь, это была твоя глупая шутка. Так что на самом деле произошло? И с каких пор ты начал называть сплетников информаторами?

– Я вообще-то не шутил, – ответил он. – Если отбросить шутки в сторону, ты же сам знаешь: нас не вызывают в актовый зал из-за пустяков. Значит, он ещё что-то сделал с младшеклассниками.

– Если бы мир можно было изменить красивыми словами… а дальше я не помню, как продолжается эта цитата.

– Ты не один страдаешь от головной боли из-за всех этих нравоучений, которые, как мне кажется, не действуют на бунтарские умы.

Сегодня время для меня текло медленно, словно мои биологические часы сошли с ума. Что мне нравится во времени, так это то, что оно движется только вперёд. Лишь мысль о её уходе в дальний путь хоть как-то облегчает моё утомлённое состояние.